Бёрлингтон-сквер, 23 - Дженни Кир

Хозяйка нахмурилась:

– Кажется, Гилберт занимается художественной фотографией, но для меня это темный лес. Сегодня он уехал на поезде в Суррей к мистеру и миссис Фаррингтон, вроде бы по работе. Полагаю, он делает портреты, но вряд ли на это можно прожить, особенно не имея собственной студии, а у него ведь есть только темная комната наверху. Я однажды приоткрыла дверь, и он страшно рассердился: видите ли, пленку проявлял. Честное слово, этот мальчишка скоро покроется грибами – слишком уж много времени проводит в темноте.

– Понятно. Что ж, если я могу вам чем-то помочь – только скажите.

– Как мило с вашей стороны! – воскликнула Агнес. – Не могли бы вы отнести поднос мистеру Горски, когда я приготовлю ему обед? Вы настоящий христианин, мистер Томпсон. Гилберт неверующий, но все равно довольно приятный юноша. Я надеюсь, что со временем он придет в лоно церкви. А где вы обычно молитесь? Я хожу в храм Всех Святых.

– А я в церковь Святого Петра. Она ближе к моему прежнему жилью, и я по привычке продолжаю ее посещать, – улыбнулся Стивен.

Церковная служба приносила умиротворение, если только викарий был не из тех, кто пугает верующих адом и серой. Тихая и спокойная обстановка, доверчивость и доброжелательность прихожан действовали на Томпсона подобно целительному бальзаму. Сразу же по приезде в Лондон Стивен познакомился в церкви с молодыми супругами, которые тоже увлекались орнитологией и пригласили его на чай. Он угощался чудесными сэндвичами и пирожными в компании приятных людей, разделявших его хобби. Однако ему было трудно вести беседу – ведь он не привык к такому общению. Стивен понимал, что заводить друзей необходимо, хотя это давалось ему нелегко. В глубине души он был почти уверен, что Бога не существует, однако все же решил, так сказать, поставить на эту лошадь и держаться поближе к верующим – на всякий случай.

На кухню к мисс Хамфрис Стивен заглянул сейчас не просто так, хотя их обмен репликами и напоминал обычную светскую беседу.

– Помнится, на днях в дом заходила юная леди. Эффектная особа, ничего не скажешь. Я даже подумал: уж не актриса ли? Внешность у нее для этого самая подходящая.

– Ах, это моя племянница Клара. Та самая, о которой я вам говорила. Моя сестра Дафна удачно вышла замуж за богатого землевладельца, который недавно подался в политику. У них небольшое поместье в Хекстоне, неподалеку от Хитчина. Вы бывали в Хартфордшире?

Стивен молча пожал плечами. Это было проще, чем откровенная ложь, а с мисс Хамфрис он хотел быть предельно честным. Да, он обманул ее насчет своей профессии, но лишь потому, что пытался выбиться в люди. Некоторые, вроде Клары Гудвин, родились под счастливой звездой, тогда как других жизнь не баловала.

– Из их поместья открывается чудесный вид на Чилтернские холмы. К сожалению, я навещаю сестру куда реже, чем хотелось бы. Вечно занята по дому. – Агнес обвела рукой кухню. – Да и колени уже не выдерживают долгой дороги.

– И как она? Я имею в виду Клару. Нашла себе жилье? – Стивен осторожно подвел хозяйку к интересовавшей его теме.

Пожилая дама тяжело вздохнула и снова взялась за фасоль.

– Представьте себе, моя племянница поселилась в отеле, но вскоре выяснилось, что это слишком дорого. Теперь, по словам сестры, она живет в какой-то глуши – у престарелой тетушки одной своей подруги. Не думаю, что Клара долго выдержит чинные чаепития в обществе унылой старушки. Домой ее по-прежнему не пускают, а она наотрез отказывается каяться в своих грехах.

– Вот как?

Агнес наклонилась вперед и понизила голос:

– Я слышала, что Клара повела себя слишком вольно с одним молодым человеком, если вы понимаете, о чем я, и родители застали их вместе. Скандал, да и только. В былые времена даже кивнуть кому-нибудь без последствий было нельзя.

Она на миг замолчала, словно бы вспоминая кого-то из собственной молодости, но вскоре очнулась от задумчивости и ловко сняла волокна с очередного стручка фасоли, прежде чем нарезать его прямо в кастрюлю.

– А может, это все и к лучшему? Надеюсь, оказавшись вдали от соблазнов Лондона, девушка остепенится и спустя некоторое время вернется домой. Семья – это настоящее благословение для тех, у кого она есть, – дружелюбно улыбнулся Стивен, стараясь скрыть облегчение от того, что Клара выбыла из игры.

– Да, – согласилась Агнес. – Семья – это важно. Но я иногда думаю: правильно ли ставить семейные интересы превыше всего? Ведь ради сестры и племянницы я чуть было не отдала Кларе ваши комнаты, хотя теперь сомневаюсь, что это пошло бы ей на пользу. А уж остальным жильцам это наверняка не понравилось бы. Вы верно подметили, мистер Томпсон: все к лучшему. Признаюсь вам по секрету: один достойный молодой человек проявляет к Кларе интерес, и Дафна, это ее мать, считает, что вскоре состоится помолвка. Так что вполне возможно, что жизнь моей племянницы вот-вот изменится самым чудесным образом.

Получив нужные сведения, Стивен почувствовал, как тяжелый груз упал с его измученных плеч. Каждый человек заслуживает второго шанса, а появись здесь мисс Гудвин, это могло бы поставить крест на всех его планах. Священник сегодня утром проповедовал с кафедры о прощении. В религии Стивену больше всего нравилась возможность получить прощение за грехи. Взамен он старался не осуждать других, чтобы и его самого не судили слишком строго. Ведь на совести Стивена Томпсона было слишком много грехов, которые следовало отмаливать.

37

– Пожалуйста, входите, – отозвался из-за двери голос с сильным акцентом, и Стивен толкнул створку свободной рукой, балансируя подносом с воскресным обедом.

Граммофонная пластинка наполняла комнату приятными звуками фортепиано и скрипки. В кресле сидел пожилой мужчина. Лицо его обрамляли белые, как облака, волосы, а неестественно яркие голубые глаза словно бы пронзали гостя насквозь. Под этим пристальным взглядом Стивену на мгновение показалось, что старик видит как на ладони все те преступления и махинации, к которым он был причастен. Но почти сразу же Стивен осознал, что его опасения нелепы.

– Здравствуйте, мистер Горски, – с улыбкой произнес он. – Я ваш новый сосед с третьего этажа, моя фамилия Томпсон. – С этими словами он поставил поднос на маленький столик.

– Рад знакомству, молодой человек, – ответил старик, протягивая через столик искривленную артритом руку.

– Ну, не такой уж я и молодой, – пошутил Стивен.

Он очень остро ощущал свои годы. Большинство мужчин его возраста уже давно были женаты и имели взрослых детей, но его судьба сложилась иначе. За те четыре года, что Томпсон провел вдали от Лондона, у него было