Королевская кровь - Риз Боуэн

Только усы торчали. Так что его лицо отец рассмотреть не мог. Старина Дарси просто молодчина. Теперь остается надеяться, что телефонную линию починят еще не скоро.

— А когда мы соберемся на военный совет? — нетерпеливо спросила леди Миддлсекс.

Царевич не сразу ее понял.

— Какой военный совет?

— Мы ведь собирались разработать нашу стратегию и посовещаться, как расследовать убийство.

— Ах да, и верно.

Николай посмотрел на почтенную даму так, словно совсем не собирался с ней совещаться.

— Нам надо как следует пораскинуть мозгами и обменяться наблюдениями, — настаивала леди Миддлсекс. — Розан вот заметила, что один из слуг нервничает;

— Очень хорошо. Чем скорее, тем лучше, — сказал Николай. — Мария все еще занята примеркой? — спросил он, и я кивнула. — Тогда пойду отыщу Драгомира и своего брата. Через четверть часа встречаемся в библиотеке. Договорились?

— Розан, вы только-только успеете переодеться в сухое, — сказала леди Миддлсекс.

Я направилась было в библиотеку, но вспомнила, что так и не позавтракала, и завернула в столовую, надеясь что-нибудь там перехватить. В столовой никого не было, кроме Белинды — она пила кофе.

— Где ты пропадала? — спросила она. — Я тебя повсюду ищу.

— Спала допоздна, потом ходила гулять с Дарси, — ответила я.

— Как романтично. А где все? Тихо как в мертвецкой.

— Матти с подругами примеряют платья, а остальные, наверное, где-то бродят по замку. Кстати, ты знаешь, что прибыл королевский кортеж?

Белинда помрачнела.

— Еще бы мне не знать. Антон бросил меня и помчался к папочке. И теперь все они, кажется, отправились к одру больного — этого несносного фельдмаршала.

— Его, к счастью, уже отправили в больницу, — сказала я, ощущая, как неловко лгать лучшей подруге.

— А почему ты не на примерке вместе со всеми?

— Я успела первой, и со мной управились быстро. Оказывается, у меня настолько идеальное отсутствие форм, что ничего и подгонять не понадобилось.

— Отлично, тогда можем повеселиться вдвоем. Чем займемся? — Белинда встала и взяла меня под руку. — Правда, тут с весельем не очень. Казино нет, магазинов нет. Хорошо еще, что существует секс, а то я бы рыдала от скуки.

— Белинда! Не говори такое вслух, тебя могут услышать.

Белинда рассмеялась.

— Здесь мы только вдвоем. К тому же я говорю сущую правду.

— Ты сама хотела сюда попасть, — напомнила я.

— Да, тогда мне казалось, что будет весело, — сказала Белинда. — И должна признать, Антон ужасно мил. Но теперь, при родителях, ему, боюсь, придется себя вести как примерному маленькому мальчику. Итак, чем займемся? Хочешь, пойдем и поищем твоих вампиров? Вдруг обнаружим, где хранятся их гробы.

— Хватит дразниться. Я видела все своими глазами, а мне никто не верит!

— Дорогая, конечно, я тебе верю и до смерти хочу встретиться с вампиром. — И Белинда потащила меня за собой.

Я поспешно вырвалась.

— Прости, но прямо сейчас я с тобой никуда пойти не смогу, — сказала я. — Мне нужно встретиться… — Я осеклась. Нельзя же проговориться, что меня ждут царевичи, не то Белинда захочет со мной. — С леди Миддлсекс, — закончила я. — Да, меня ждут леди Миддлсекс и мисс Розан. — Я отчаянно попыталась сочинить причину встречи, которая бы наверняка отвратила Белинду. — Леди Миддлсекс пишет историю Сандрин-гемского дворца и хочет меня расспросить[21].

Белинда наморщила носик.

— Тогда, пожалуй, пойду приму ванну и попробую новые парижские соли. В это время в ванных никого нет. Чао-чао.

Я с облегчением вздохнула, быстро прихватила булочку и ломтик сыра и поспешно удалилась. В библиотеке царил сумрак, и все, кроме меня, уже собрались вокруг массивного овального стола красного дерева. Здесь было на что посмотреть — полки, заставленные книгами, переплетенными в кожу, поднимались до самого потолка и терялись в сумраке, а вокруг библиотеки шла галерея — в двенадцати футах у нас над головой. Сквозь узкие высокие окна падали полоски света, и в них танцевали пылинки. Ноздри щекотал вездесущий запах плесени, пыли и старых книг. Я села на свободный стул рядом с леди Миддлсекс, напротив Николая и Драгомира.

— Простите, что опоздала, — извинилась я. — Меня задержали… — тут я осеклась, так как увидела новое лицо, не входившее в круг посвященных.

Рядом с Драгомиром восседал князь Зигфрид.

— Леди Джорджиана. — Он чопорно кивнул.

Я вопросительно посмотрела на Николая. Тот поднял брови.

— Зигфрид почувствовал неладное и настоял, чтобы ему показали фельдмаршала Пирина. Естественно, мне пришлось открыть ему правду и извиниться за меры, которые мы приняли, чтобы сохранить эту историю в тайне.

Зигфрид по-рыбьи пожевал губами.

— Мне сообщили об этом крайне серьезном случае, и теперь я должен решить, скрыть ли его от своих родителей или предать огласке.

Я глянула на Драгомира. Не он ли проболтался Зигфриду? А если он и есть убийца, то разве это разумный поступок?

— Я объяснил его высочеству, сколь деликатна эта ситуация, затрагивающая покой моей страны и Балкан в целом, — резко произнес Николай, и по тону его стало ясно — они уже успели поспорить.

— А я объяснил его высочеству, что это моя страна, и я должен следить, чтобы соблюдались правила, касающиеся любого ее гражданина, — и в том числе эти правила требуют незамедлительно сообщить об убийстве властям.

— Ясно, что в конце концов нам придется сообщить властям, — умиротворяющим тоном вмешался Антон, — но если мы все уладим между собой, то никому больше и знать об этой истории незачем, и свадьба пройдет, как планировалось. Ведь вы этого хотите, Зигфрид?

— Разумеется.

Драгомир откашлялся.

— Проще всего предположить, что какой-то коммунист или анархист забрался в замок по стене, подмешал фельдмаршалу яд и ускользнул незамеченным.

— Проще всего, — веско сказал Николай, — подать эту историю как сердечный приступ, тем более что все и так верят в эту версию. Если решат делать вскрытие, то следы цианистого калия за это время уже все равно исчезли.

— Если мы поверим в ваше заключение, что фельдмаршал скончался именно от отравления цианистым калием, — тщательно подбирая слова, произнес Зигфрид. — тогда мы должны исполнить свой дом и найти того, кто совершил это ужасное злодеяние. Хотя в замке и собрались высокопоставленные лица, мы все равно обязаны подчиняться законам страны.

— Отлично сказано, ваше высочество, — вмешался низкий гортанный голос по-французски, и из сумрака на дальнем конце библиотеки возникла высокая фигура.

Если бы меня попросили описать Дракулу, незнакомец отлично подошел бы под описание. Высокий, худой, со впалыми щеками, очень бледный и с головы до ног в черном, отчего казался еще бледнее. На миг у меня возникла шальная мысль, что Влад Цепеш все еще жив и правит замком и его обитателями. Незнакомец приблизился плавной, зловещей походкой,