Кукольный лес - Саския Калден

class="p1">– Возможно, в этом как раз и заключается ваша проблема, уважаемая коллега. Вы видите общую картину и не замечаете того, что лежит на поверхности. Вам не хватает взгляда на самое существенное. Джессику похитил мужчина. Наша задача – арестовать этого человека и посадить его за решетку за то, что он сделал. Речь идет о том, чтобы выяснить личности девочек, которые не пережили его игры. И ни о чем больше!

– А что насчет Малены?

– А что с ней?

– Мы должны выяснить, где она!

– А какое нам до этого дело?

Он просто не понимает. Или не хочет понимать. Я действительно задаюсь вопросом, не делает ли Болте это намеренно. Ведь нельзя же быть настолько тупым!

– Речь идет о преступлении, которое было совершено пять лет назад, – говорю я, хватаясь за поручень, чтобы на очередной выбоине не удариться о боковое стекло. – О преступлении, в результате которого Джессика потеряла родителей и попала в приют. Ее похитили и заставили подчиниться собственной сестре. Похититель где-то держит ее мать, а вы говорите, какое нам до этого дело?

– Вам не хватает концентрации, госпожа Хольм. Вы слишком многое додумываете. Давайте просто посмотрим правде в глаза. Вы не обладаете теми качествами, которые требуются для того, чтобы руководить расследованием.

Я смеюсь. Я просто ошеломлена. У него кончились аргументы.

Похоже, кроме пустой полемики Болте нечего предложить.

– Так и знала! – говорю я. – Я знала это с самого начала. Вас бесит, что дело досталось мне.

Он тоже смеется.

– Только не надо думать, что вы получили его, потому что у вас есть способности или потому что вы такая умная и видите общую картину.

– Ах нет? Тогда почему же?

– Вам поручили это дело, потому что Джессика настояла на этом.

Должно быть, это шутка.

– Девчонка не стала бы давать показания, если бы Герстхоф не подключил вас. Вот почему вам позволили поиграть в босса.

Глава 38

Я молча сижу в служебной машине Болте, которую он припарковал в нескольких сотнях метров от цели у лесной просеки между патрульной машиной и микроавтобусом криминалистов. Он заглушил двигатель, не сказав ни слова, вышел из машины, хлопнув дверью, и теперь стоит рядом с Ханнесом, который что-то ему рассказывает.

Я смотрю сквозь толстые стволы елей, возвышающиеся передо мной. Время от времени с них падают комья снега, словно кто-то трясет деревья. Что я вообще здесь делаю? Я была так уверена, что дело поручили мне потому, что Герстхоф заметил во мне потенциал. Полгода назад нам пришлось заниматься громким делом о пропаже человека. Сын одного депутата не вернулся домой после дискотеки. Его нашли мертвым спустя несколько дней в лесу у озера Вальтерсхофен. Именно мне удалось найти преступника. Дело попало в заголовки национальных газет. Герстхоф даже поздравил меня. А теперь Болте утверждает, что дело не в моей компетентности?

«Возьми себя в руки, – одергиваю себя я. – Это твоя работа, будь профессионалом. Неважно, почему тебе поручили это дело, главное, что ты его получила. Сделай свою работу, докажи тем, кто сомневается, что они ошибаются на твой счет».

Я делаю глубокий вдох и выхожу из машины, собираюсь с духом и расправляю плечи. Меня охватывает ледяной ветер, заставляя содрогнуться. Я держусь за свой бронежилет и пробираюсь по слякоти к остальным. На опушке леса группа захвата ожидает команды к штурму, все одеты в черную форму, руки на автоматах, из-под масок клубами вырываются облачка пара.

Под ногами хрустит гравий. Болте поворачивается ко мне и замолкает. Ханнес тоже оглядывается в мою сторону, но быстро опускает взгляд и вытирает ботинок о гравий, словно к подошве прилипла грязь, от которой он хочет избавиться. Похоже, они как раз говорили обо мне.

Командир группы захвата подходит к Болте и поднимает руку в знак приветствия. Высокий мужчина с рыжеватой бородой и сотней килограммов мышц под утепленной специальной курткой.

– Привет, Ахим! Давно не виделись, – говорит он.

– Эм, да, – отвечает Болте с натянутой улыбкой. – Привет, Майк.

– Как твоя жена?

– Наверное, хорошо. Как всегда, когда меня нет дома.

– А Марлон? Как он?

Болте на секунду всматривается в его лицо, но так и не отвечает.

– Пойду возьму рацию, – вместо этого бубнит он и проходит мимо меня к машине с хмурым лицом.

– Мистер Тойберт, – говорю я и пожимаю руку начальнику оперативного отдела. – Все готово к работе?

– Мы готовы.

– Тогда, как говорится: «Да начнется шоу». – Еще даже не закончив фразу, я чувствую себя глупо. Словно плохая актриса, не способная вымолвить ничего, кроме дурацкой фразы. Мысль о том, что я лишь временная замена, выбивает меня из колеи сильнее, чем хотелось бы.

Но Тойберт не ставит под сомнение мою компетентность, он уверенно кивает и возвращается к своей команде.

Я делаю глубокий вдох.

– Где Тарек? – спрашиваю я Ханнеса.

– Наверное, все еще прихорашивается, – говорит он, подняв правый уголок рта в глупой ухмылке.

Я оглядываюсь в поисках Тарека. Тойберт дает своей команде последние указания, скоро начинаем.

– Разве он был не с тобой? – спрашиваю я.

– Со мной, он должен… Вон он. – Ханнес указывает на микроавтобус криминалистов.

Тарек стоит, прислонившись к двери, выпуская дым от сигареты и разговаривая с криминалисткой, словно вышедшей прямо из хиппи-эпохи. Большие круглые очки и длинные каштановые афрокосички, собранные на затылке разноцветным платком. Контраст с аккуратным пробором и идеально выглаженными брюками Тарека не мог быть более разительным.

Я машу ему рукой, когда он случайно оглядывается. Тарек бросает сигарету на землю и тушит ее носком ботинка.

Мы следуем за группой захвата, пока они бегут по дорожке к дому. Почти бесшумно, словно в немом кино двадцатых годов. Дюжина мужчин в черных масках, серое небо, белый снег, а вокруг – темно-серый лес.

За поворотом перед нами предстает дом. Словно заброшенный памятник. Облицованный камнем первый этаж и остроконечная, потрепанная непогодой крыша, с которой свисает несколько сосулек.

Мы наблюдаем за происходящим с опушки леса. Смотрим, как полицейские из группы захвата барабанят в дверь и кричат: «Полиция! Откройте!» Они проделывают это дважды, затем берут дверь штурмом. Отряд врывается в дом, словно рой мух. Раздается пронзительный звук, громкий, похожий на вой сирены. Сработала сигнализация. Тойберт знает, где находится электрощиток, он также знает код. Джессика дала его нам. Хотя не стоит исключать, что Лотшек мог изменить его после ее попытки побега. Джессика также описала нам план дома, по крайней мере тех комнат, которые она знала. Запрос планов дома в управлении по строительству занял бы слишком много времени, к