Убийство на вершине утеса - Бетти Роулендс

«Не глупи!» — отчитала Сью. — «Зачем кому-то из нас убивать бедного Алена?»

«Ну, они никак не могут заподозрить кого-то из нашей группы», — сказал Джек. «Мы провели в бамбуковом лесу все утро среды — это Ален нас туда отвез».

«Ты хочешь сказать, они даже не захотят нас допрашивать?» — Крисси произнесла это с глубоким разочарованием, словно перспектива быть исключенной из расследования без возможности даже захватывающего допроса в полиции ей совсем не нравилась.

«Знаешь, — сказала Джейн, — кажется, это Фернан убил…» Она замолчала, ее лицо покраснело, а многозначительные взгляды напомнили ей о присутствии Жюльетты.

Последовала неловкая тишина, прежде чем Мервин спросил: «Совершенно точно ли Ален был убит?»

«Похоже, что так и есть — я так понимаю, они ищут пропавшую клюшку для гольфа», — объяснил Эрик.

Взгляд Крисси, почти обвиняюще, упал на Дору, которая стояла в стороне спиной к остальным. «Наверное, они думают, что это было орудие убийства».

«Они не могут быть уверены, пока не найдут его», — настаивал Мервин. «Не стоит делать поспешных выводов».

«О боже, ты совершенно уверена, что не оставила это дома, Дора?» — пробормотала Роза. Она заговорила впервые, и все обернулись к ней. Она была в жалком состоянии; блеск и девичья живость, которые привлекали внимание к морщинам вокруг глаз и обвисшей линии подбородка, исчезли, а вместе с ними, казалось, и всякая уверенность в себе. Она выглядела старой, усталой и испуганной.

Дора обернулась. Выражение ее лица было мрачным, а веки опухшими, словно она плохо спала, но она сохраняла полное спокойствие, отвечая твердым, ровным голосом: «Сколько раз я должна повторять, что знаю, что принесла это с собой?» «Кто-то, — она многозначительно выделила это слово и ее взгляд обратился к Дитеру Эрдле, — украл это из багажника машины. Когда его найдут, на нем, несомненно, будут отпечатки пальцев, и мы узнаем, кто вор».

Дитер ответил ей взглядом с нарочитой безразличностью. «Если найдут», — насмешливо сказал он. Он взял тарелку и критически оглядел фуршетный стол. «После всех этих хлопот Джульетты нам бы тоже что-нибудь поесть», — сказал он и начал накладывать себе еду, как будто все было совершенно нормально.

«Я, кажется, ничего не смогу съесть», — причитала Дафна, но взяла тарелку, которую муж сунул ей в пухлую руку, и позволила ему наложить на нее еду.

Остальные следовали одна за другой. В какой-то момент Джульетта ненадолго исчезла в поисках хлеба; как только она ушла, Мервин набросился на Джейн.

«Не стоило тебе так говорить о Фернане, особенно в присутствии Жюльетты!»

«Да какая разница?» — угрюмо сказала Джейн. — «Она не понимает английского. А что касается Фернана — мы все знаем, что он не любил Алена, и с тех пор, как нашли его тело, он весел как сумасшедший».

«Это не значит, что он его убил. В любом случае, разве он не вышел в среду утром? У него, вероятно, есть алиби».

«Я думаю, он ходил в супермаркет в Алесе, но я уверена, что офицер Хасан проверит передвижения каждого», — сказала Мелисса.

Все взгляды снова обратились к ней. «Как вы думаете, кто это сделал?» — спросила Крисси. «Вы же писательница детективов — у вас нет своей версии?»

«Конечно, у неё есть несколько теорий, если быть точным», — сказал Дитер. Держа вилку смясной нарезкой над тарелкой, он нагло ухмыльнулся Мелиссе. «Уверен, она обнаружила, что у многих из нас есть мотив, как в одной из её книг. Многие из нас могли это сделать — Филипп, я, Дора, даже Роза, возможно… нет, нет, только не Роза, у неё не хватит смелости». Роза поморщилась от этого бесчувственного замечания, которое, судя по обмену взглядами, многие сочли неуместным. «Предупреждаю тебя, — продолжил он совершенно бесцеремонно, — что всё, что ты скажешь, будет передано следователю и может быть использовано в качестве доказательства. Разве не так, Мелисса?»

«Все, что ты скажешь, или все, что я случайно прочитаю», — холодно ответила она, с удовлетворением заметив, как дрогнула его улыбка. «Серьезно, я знаю не больше, чем вы все», — продолжила она, — «и я думаю, Мервин абсолютно прав, пока еще не ясно, был ли Ален убит, и нам не следует делать поспешных выводов».

Это заявление, казалось, приглушило дальнейшие дискуссии, и люди внезапно заинтересовались содержимым своих тарелок. Обеденный перерыв как раз подходил к концу, когда из дома вышел Филипп Бонар в сопровождении невысокого, полного мужчины лет пятидесяти, одетого в бесформенный серый костюм, который странно контрастировал с его безупречным внешним видом.

«Уважаемые дамы и господа, представляю вам моего коллегу Роже Дармеля. Он только что прибыл из Авиньона и временно возьмет на себя управление Центром». Взгляд Бонара обратился к Мелиссе, и он подвел новоприбывшую к ней. «Мелисса, — поспешно сказал он, — поскольку пришло время занятий, не могли бы вы любезно объяснить господину Дармелю причину присутствия полиции, а затем проводить его в кабинет Мари-Клер? Мадам Крейг пользуется доверием следователя благодаря своей репутации писательницы детективных романов», — объяснил он и поспешно удалился.

Месье Дармель достал платок и вытер пот со своей блестящей лысой головы. Он посмотрел на Мелиссу со смесью недоверия и неодобрения.

«К сожалению, я не знаком с этим жанром, — сухо заметил он, — и не привык к контактам с полицией». Его тон подразумевал, что те, кто имел такие контакты, не были теми людьми, которых уважаемый гражданин ожидал бы встретить в повседневной жизни.

«Все это очень расстроило месье Бонара, — сказала Мелисса. — До вчерашнего дня считалось, что Ален Гебрек покончил с собой. Этого было достаточно, но теперь заговорили об убийстве».

«Убийство!» — бледное лицо месье Дармеля побледнело еще сильнее, и он широко раскрыл рот. «Кто? Почему?» — он снова в шоке и недоумении замахал платком.

«Ничего не известно наверняка. Полиция ищет возможное оружие».

«Месье Бонар намекнул, что у вас есть информация от полиции».

«Немного». Мелисса изложила факты, но не высказала своего мнения. «Конечно, я познакомилась с Аленом только в прошлое воскресенье, поэтому понятия не имею, каким он был человеком. Вы хорошо его знали, месье?» — небрежно добавила она.

«Я?» — Дармель облизнул губы. — «Нет, нет, почти совсем нет, только как коллега, понимаете, совсем не в нашей личной жизни». Слова вырвались у него нервным потоком,