Современный зарубежный детектив-22 - Лэй Ми

всевозможные непотребства, подобно вонючей грязи, налипшей на дно, оказались на поверхности. Зло бесконечно увеличивалось, а добро разбивалось на осколки. Все с нетерпением ждали, чтобы под мясницким ножом «Огней города» умерли таксисты, отказывающиеся брать пассажиров, лоточники, навязывающие некачественную еду, государственные служащие, сыплющие оскорблениями, лживые страховые агенты… А сами они надеялись стать острием этого мясницкого ножа.

Фан Му считал, что Цзян Я убил не только своих жертв, но и доброту и надежду этого города. Из-за него горожане превратились в диких зверей, в головах которых не осталось ничего, кроме ненависти.

Бороться насилием с насилием? Нет, так не пойдет.

Одному Всевышнему известно, как сильно Фан Му хотел убить Цзян Я! Но это просто означало бы замену одного злодеяния другим. Уничтожение одного зверя другим. Подобно льву, пожирающему гиену.

Это никоим образом не изменит город, превратившийся в джунгли.

И есть только один свет, который может показать настоящее правосудие и восстановить мир и спокойствие.

Фан Му опустил взгляд на удостоверение сотрудника полиции в своей руке, на котором ярко блестел значок.

«Меня зовут Фан Му. Тридцать два года. Полицейский. Возможно, я смогу дожить до шестидесяти или более лет. Хотя, сколько бы ни прожил, есть всего одно дело, которое я должен завершить до конца своих дней.

Погасить этот яркий свет от имени полиции».

* * *

Рано утром следующего дня позвонил Ян Сюэу, который сперва осторожно поинтересовался состоянием Фан Му, а затем сказал, чтобы тот пришел на собрание в отделение.

Фан Му прибыл на место в 8:55. Как только он вошел в главный зал офисного здания, то увидел Ми Нань, сидящую на скамье у стены и неподвижно смотрящую в сторону двери. Увидев его, она нервно встала, словно не зная, подойти к нему или остаться на месте.

Когда их глаза встретились, сердце Фан Му снова сжалось от боли. Он постарался успокоиться и с трудом улыбнулся ей. Эта улыбка придала Ми Нань смелости, и она подошла, не сводя глаз с его лица:

– Ты в порядке?

– Да, – коротко ответил Фан Му, прошел к лифту и нажал на кнопку.

Смущенная Ми Нань посмотрела на него, но все, что ей оставалось, – молча дожидаться лифта рядом.

Когда лифт прибыл на первый этаж, Фан Му вошел внутрь и Ми Нань последовала за ним. После того как профайлер нажал кнопку четвертого этажа, он поднял взгляд на постоянно меняющиеся цифры на ЖК-дисплее, явно не намереваясь больше разговаривать.

Подъем с первого этажа на четвертый занял считаные секунды. Однако для молчащих мужчины и женщины то были долгие часы. С тихим «дзинь» лифт остановился на четвертом этаже. Фан Му уже собирался выйти, как почувствовал, что Ми Нань удерживает его за рукав. Он обернулся – и увидел слезы в ее глазах.

– Я не знаю, что тебе сказать… И знаю, что никакие мои слова не помогут… Просто хотела сказать тебе, что мне очень, очень жаль…

Фан Му хотел улыбнуться, но вместо этого убрал руку Ми Нань, развернулся и вышел.

Комиссар Фэнь уже ждал в конференц-зале. Увидев Фан Му, он предложил ему сигарету и лично помог прикурить.

– Следовало бы дать тебе отдохнуть еще пару дней… Однако речь пойдет о твоей невесте, поэтому будет лучше, чтобы ты присутствовал.

Члены следственной группы один за другим входили в конференц-зал и, независимо от того, были ли они близко знакомы с Фан Му, обязательно подходили к нему и перекидывались парой слов, не лишенных наставлений и утешений. Фан Му выдержал нескольких человек и вскоре не захотел больше разговаривать. Он понимал всеобщую доброжелательность, но не желал выглядеть жертвой и тем более позволять своим эмоциям влиять на других.

Когда все собрались, комиссар Фэнь объявил о начале собрания.

Основное содержание встречи заключалось в обобщении и анализе улик и разведданных, полученных за предыдущий период, а также в проведении брифинга по делу об убийстве Ляо Яфань. Общая идея была такова: мобилизовать все силы, какие только можно, собрать все возможные улики, получить все возможные доказательства и ни в коем случае не дать «Огням города» уйти.

Если предыдущие жертвы были в основном так называемыми злодеями, что позволяло полиции отчасти халтурить, то на этот раз погибшей оказалась близкая полицейского, а с этим нельзя было мириться ни в коем случае.

Следственная группа направила людей для проведения обыска в доме Цзян Я в Старой Лоянцунь, в результате чего были обнаружены труп и ряд улик. В настоящее время проводили экспертизу и идентификацию костей и вещественных доказательств, а также готовились обратиться в Верховную народную прокуратуру с заявлением о начале расследования дела, срок давности которого истек.

Вэй Вэй объявили в розыск, и теперь по всей провинции велись активные действия по ее задержанию. Было установлено, что Вэй Вэй с 2004 по 2007 год училась в университете Ж., где получала докторскую степень. В течение этих трех лет она неоднократно приезжала в Департамент общественной безопасности города Ж. для проведения исследований, поэтому предполагалось, что она использовала эту возможность, чтобы выкрасть материалы по делу Сунь Пу. Учитывая сложившиеся обстоятельства, вероятность успешного обвинения Вэй Вэй в подстрекательстве Цзян Я к убийствам крайне мала, но в полиции надеялись, что Вэй Вэй опознает Цзян Я, ведь она была единственной свидетельницей в серии убийств «Огней города».

Что касается дела об убийстве Ляо Яфань в Городской народной больнице, то здесь не было ни зацепок, ни прогресса. Хотя все знали, что убийца – Цзян Я, дальнейшие следственные действия было невозможно провести из-за отсутствия соответствующих улик.

Отделение полиции Тедун передало дело о безголовом трупе мужчины следственной группе. У полиции имелись большие подозрения, что здесь замешан именно Цзян Я, поэтому было предложено объединить это дело с убийством Ляо Яфань и серией убийств «Огней города».

С виду все шло полным ходом, но деятельность органов предварительного расследования смогла всего лишь привести их к данной точке. Главная проблема заключалась в отсутствии доказательств. Даже если Верховная народная прокуратура одобрит возобновление расследования дела об убийстве в Старой Лоянцунь, вероятность доказать вину Цзян Я, опираясь исключительно на воспоминания и показания свидетелей более чем двадцатилетней давности, оставалась ничтожной. Доказательство того, что Гоудань – это Цзян Я, не означало, что именно он убил своего отца. Даже если аммиачно-селитренное взрывчатое вещество, обнаруженное в Старой Лоянцунь, удастся идентифицировать со взрывчаткой, использовавшейся в деле о взрыве в деревне Далюцунь, все равно сохранялась проблема серьезной нехватки доказательств.

У полиции оставался только один выход: принять строгие меры предосторожности и