Признание в убийстве - Лия Миддлтон

– Поскольку Харрис Китон был найден этим утром, офицеры достали записи с камер наблюдения, чтобы проверить его последние передвижения.

Запустив первую из них, она снова смотрит на Эмилию, подняв бровь.

– Кто это? – Она тычет пальцем в экран, ее кроваво-красный маникюр контрастирует с черно-белым изображением.

Это бар – «Дэнди Фокс». Но им не составило труда отследить, где он находился – все из «Лафтон и Кемп» знали, что он был там. Цифры в правом верхнем углу показывают, что изображение было снято в 20:23.

– Что ты там делала?

Эмилия отрывает взгляд от изображения.

– Они сказали мне идти туда.

– Что они от тебя хотели?

Уайлд слегка приподнимается на своем месте, приблизившись к столу. Она смотрит, не моргая. Эмилия шмыгает носом, все перед глазами плывет, как будто ее разум пытается заблокировать вопрос, заблокировать все, даже память о нем. Эта короткая встреча стерта навсегда. Но так не работает. Он там, его лицо такое же настоящее, как и черты людей по ту сторону стола.

– Прежде чем выпустить меня из Комнаты, они сказали мне, что позвонят. Что выжившие в Комнате обязаны помогать.

Уайлд и Брэннан снова мимолетно переглядываются, обменявшись короткими кивками. То ли они отметили для себя вопрос, который будут задавать другим, то ли кто-то уже в чем-то признался.

Они снова обращаются к Эмилии, и Уайлд кивает ей, приказывая продолжать.

Объяснения льются из Эмилии, одно слово за другим, все быстрее и быстрее, чтобы скорее покончить с ними. Но, подходя к концу, она может думать только о том, что действительно выполнила это: она следовала их инструкциям, как побитая собака, испугавшаяся своего хозяина, до самого последнего шага. Как она могла? Если бы она не увидела фотографию его детей, закончил бы Харрис Китон с передозом в ее гостиной?

Ее взгляд снова расплывается, мозг берет контроль на себя: не думай об этом. Блокируй.

– Так, здесь ты подходишь к мистеру Китону и беседуешь с ним на улице около пятнадцати минут. Не больше.

– Да.

– О чем вы говорили? – спрашивает Брэннан.

– Я попросила у него зажигалку.

– Давно ты куришь?

Эмилия, открыв рот, опускает взгляд на свои руки. Большим пальцем она ковыряет заусенец на указательном пальце.

– Нет. По телефону они сказали мне, что он курит. Поэтому я… Я купила пачку сигарет в ларьке возле участка. Это самый простой способ заговорить с кем-то.

– То есть ты немного поразмыслила над этим? Над тем, как тебе завязать с ним разговор?

– Да.

Она подцепляет заусенец и отрывает его с резкой болью. Морщится.

– Я подумала об этом. Мне пришлось.

Уайлд кивает и включает видео. Они какое-то время смотрят на него в тишине: Эмилия и Харрис сближаются, их головы наклонены. Затем Эмилия начинает отступать, наконец сворачивает и быстро направляется к бару, скрываясь внутри.

– Видите, – говорит Эмилия. – Вот здесь я захожу внутрь в попытке оторваться. Я поняла, что не могу это сделать. Я просто не могла. Сказала ему, что мне срочно нужно в туалет, прежде чем мы поедем ко мне.

– Почему же ты так резко передумала? – спрашивает Брэннан. – Ты ведь уже зашла так далеко в общении с ним.

– Я увидела заставку на его телефоне – фотографию детей. И когда я увидела их лица, то просто… Я поняла, что не справлюсь. Не смогу взять на себя непосредственную вину за то, что его похитят в то место.

Уайлд откидывается на своем стуле, ее прямая осанка сменяется новым языком тела: руки скрещены, подбородок запрокинут.

– А вот тут интересно, Эмилия… Дальше тебя нет на записях камер в этом баре. Ты скрываешься внутри, а после – ничего.

– Я побежала в туалет, а потом вышла через пожарный выход в задней части бара.

Уайлд делает паузу, тщательно изучая выражение лица Эмилии, ее гладкая кожа напрягается от сосредоточенности. Оторвав взгляд, она поворачивается к ноутбуку и еще раз нажимает на воспроизведение.

– Не могла бы ты посмотреть на мистера Китона, Эмилия, – говорит она.

Эмилия кивает, пытаясь сфокусировать уставшие глаза, сконцентрироваться на маленькой фигуре мужчины на мониторе. Он стоит на том же месте какое-то время, периодически поглядывая на часы. Но потом он идет ближе к двери, остановившись снаружи возле нее. Он посматривает в стрельчатое окно мимо охраны, частично заслоняющей обзор.

Вдруг он подрывается, толкает двери и заходит в бар.

– Он последовал за тобой, – говорит Уайлд. – Скорее всего, чтобы выяснить, куда ты подевалась.

– Я его не видела. Когда я вышла из туалета, я не проверяла, там ли он еще.

– И вот тут дело приобретает неожиданный оборот. Видишь ли, как и ты, мистер Китон входит в бар и больше из него не возвращается.

Мышцы Эмилии напрягаются.

– Что вы имеете в виду?

– Он входит внутрь, но уже не выходит.

– А внутри? Наверняка были кадры с ним внутри?

– Когда мы забрали эту видеозапись из бара, то спросили, есть ли наблюдение за задней дверью, вдруг он ушел этим путем. Но там нет камеры. Единственная камера охватывает только сам бар, – отвечает Брэннан. – Еще одна направлена на ведущий к туалетам коридор, но она уже несколько месяцев не работает, – он пожимает плечами.

– Понимаешь, что это означает?

– Тогда… что с ним случилось?

– Это ты нам расскажи, – с вызовом бурчит Уайлд.

– Я не знаю! – вскрикивает Эмилия. – Я сбежала, и на этом все! Я отправилась домой, села за руль и уехала к родителям, напуганная, что они могут преследовать меня. Просидела всю ночь в ужасе, что они собираются проникнуть в мой дом и совершить что-то чудовищное. А когда вышел их последний пост, я решила попробовать выяснить, где они, чтобы попытаться им помешать! – Она дышит рывками, ее плечи вздымаются и опускаются. – Я не в курсе, что с ним произошло!

Уайлд вздыхает, качает головой и снова тянется к ноутбуку. Снова запускается запись, но на этот раз она приближена к Харрису и Эмилии. Они стоят снаружи на улице сбоку, их тела и лица теперь размыты. Уайлд нажимает «воспроизвести» и запускает короткий ролик.

Эмилия медленно переводит взгляд от Уайлд к Брэннану.

– Я не понимаю, на что смотрю.

Уайлд кликает, и видеоряд проигрывается еще раз. Эмилия поднимает руку, и Харрис что-то принимает у нее, запрокидывая голову и возвращая обратно.

Ее напиток. Он попросил глоточек ее напитка.

У Эмилии опускается сердце, как только она осознает это. Они решили, что она отравила напиток там, в «Дэнди Фокс», и поэтому его выкрали через заднюю дверь.

– Погодите…