Пуля от Ван Гога - Алексей Викторович Макеев

Как он установил после нескольких дней наблюдения, по вечерам наименьший период активности в доме, где проживала жертва, наступал в промежутке с восемнадцати тридцати до двадцати ноль-ноль. К этому времени почти все работяги, проживающие в многоэтажке, возвращались в свои квартиры. Уходили от подъездов и старушки, чтобы по привычке именно в это время поужинать, а заодно и посмотреть любимые вечерние передачи по телевизору вроде «Пусть говорят». А вот молодежь выползала из подъездов после двадцати часов, отправляясь по своим вечерним развлечениям. В общем, в выбранный Карателем период в любой подъезд этого дома можно было попасть, абсолютно не вызывая любопытства у тех, кто в нем живет. Но он из чувства перестраховки пришел к нужному дому минут на двадцать раньше нужного времени и устроился на скамейке в сквере поблизости, ожидая, пока настанет время икс.

Дальше все прошло, как и планировал Каратель. Он спокойно, без каких-либо внешних признаков волнения, выполнял то, что задумывал, и даже сердце в его груди не забилось ни на ритм чаще. Мужчина не спеша вошел в подъезд, поднялся на нужный этаж и, не попадая в поле зрения глазков на дверях соседей, залепил их кусочками скотча. На открытие дверного замка нужной квартиры он потратил не больше минуты и сделал это настолько бесшумно, что даже родным ключом открыть бы тише не получилось. А затем, на секунду застыв перед дверью и прислушиваясь к обычным звукам жилого подъезда, скользнул внутрь квартиры.

Хозяйка квартиры перед приходом Карателя решила принять душ и вряд ли бы услышала, как он входил внутрь, даже если бы мужчина не принял всех мер предосторожности. Он прислушался к шуму воды из ванной и удовлетворенно кивнул – так будет даже реалистичнее. Вероятно, жертва куда-то собиралась уходить, и внезапное изменение обычных ее планов сыграет только на руку Карателю.

Мужчина бесшумно прошелся по квартире, осматривая обстановку. По большому счету она его не интересовала, но, пока жертва не вышла из ванной, нужно было занять чем-то минуты ожидания, и он решил сразу выбрать место, где будет поставлена финальная точка. Первоначально Каратель планировал использовать для этого ванную комнату, но обставить смерть можно было и романтичнее. Например, под красивой люстрой в спальне. Осматривая кровать, на секунду он застыл, поскольку вода в душе перестала шуметь, а затем так же бесшумно вернулся назад и занял позицию около двери в ванную. Через минуту женщина с полотенцем на голове вышла оттуда и удивленно уставилась на незнакомца.

– Вы кто? – моргая ресницами, поинтересовалась она, видимо, не успев испугаться.

– Чуть позже познакомимся, – пообещал Каратель и нанес жертве быстрый и короткий удар в шею, защемив один из ключевых нервных узлов.

У женщины закатились глаза, и она отшатнулась назад, падая. Однако долететь до пола мужчина ей не дал, аккуратно подхватив на руки. Он отнес свою жертву в спальню, положил на кровать и начал подготовку к исполнению собственного приговора. На свет из небольшой сумки появились веревка, коробочка со шприцем, конверт с какими-то бумагами и диктофон. Аккуратно разложив все это рядом с жертвой, Каратель достал шприц и сделал женщине укол в ягодицу. После чего уселся рядом с приговоренной на кровати и стал ждать, когда она придет в себя. А когда женщина открыла глаза, Каратель проговорил:

– Ну вот! Теперь можно и познакомиться. А заодно и послушаешь мою историю. Я просто обязан тебе рассказать, за что именно ты сегодня сдохнешь!..

Глава первая

Гуров включил вторую передачу и неторопливо поехал вдоль заброшенного здания на территории бывшей промзоны «Коровино». Судя по звукам, которые доносились изнутри, опергруппе захватить преступника сразу не удалось, и началась погоня. Из помещения выходов было не так и много, но все их успели заблокировать. Однако подробного плана здания полицейским так и не удалось найти, и, уже находясь на своем наблюдательном посту, сыщик заметил небольшой металлический мостик, который соединял крышу здания, где находился преступник, с соседним объектом, чем-то похожим на элеватор. Там наряд не поставили, и теперь подозреваемый, если он, конечно, знал об этой лазейке, мог оторваться от преследователей только по мостику.

Чтобы добраться до нужного места, Гурову понадобилось не больше минуты. Сыщик оставил машину так, чтобы сверху, с мостика, она не бросалась в глаза, а сам забежал внутрь «элеватора» и застыл у единственной лестницы, которая вела на его крышу. И теперь, если преступник попытается скрыться именно этой дорогой, он выйдет прямо на Гурова. Усмехнувшись, сыщик достал из заплечной кобуры пистолет и посмотрел наверх, через лестничные пролеты, ожидая оттуда признаки движения. И Гуров не ошибся. Уже через пару минут сверху посыпалась пыль и мелкие камушки, а затем послышался звук шагов – кто-то бегом спускался вниз по лестнице. Сыщик нырнул за дверной пролет и вышел оттуда только тогда, когда подозреваемый мчался уже по последнему лестничному маршу.

– Странно. А в материалах дела нет информации о том, что ты занимаешься паркуром, – задумчиво проговорил Гуров, рассматривая преступника. – Или экстремальный бег по крышам и лестницам как-то по-другому называется?

Беглец резко затормозил на нижних ступеньках и посмотрел по сторонам, словно высматривая, что можно использовать в качестве оружия.

– Не надо, – фыркнул сыщик, покачав перед собой «макаровым» из стороны в сторону. – Я ведь выстрелю. Мне, конечно, придется написать парочку объяснительных и докладных, но тебе от этого легче не будет. Особенно если я промахнусь и попаду не в руку или ногу, а, например, в живот. Или в голову.

Беглец отступил на шаг и посмотрел наверх.

– И это глупо, – в ответ на это движение мужчины констатировал Гуров. – Даже если я стрелять не стану, там, наверху, встретишься с парнями, которые очень злые оттого, что за тобой бегать по чердакам да лестницам пришлось. А они ведь могут и со ступенек тебя нечаянно столкнуть из-за того, что ты сопротивлялся при задержании. Тебе повезет, если после такого шею не сломаешь, но в гипсе придется очень долго походить, а то и полежать. А в СИЗО в госпитале уход за пациентами очень плохой – медперсонала просто не хватает. Так что я бы тебе настоятельно советовал поднять руки, не спеша опуститься на колени и лечь мордой в пол. И на это у тебя, скажем, есть десять секунд. Потом я стреляю. Начинаю отсчет. Десять, девять…

Гуров считал не торопясь, давая время беглецу оценить предложение, и тот все понял правильно. Не успел сыщик добраться до цифры «четыре», как мужчина уже лежал на пыльном бетоне, положив руки