Личное дело полковника Багрова - Юлия Юрьевна Бузакина

Он подается вперед, притягивает меня к себе. Целует сдержанно меня в макушку, но прижимает к себе так неистово и страстно, что мне больно. Но это сладкая боль, от нее по телу разливается жар.

Я прижимаюсь к его крепкой груди и давлюсь всхлипываниями.

— Я так ждала тебя в тот день в больнице, так ждала… — шепчу, заикаясь. — Все смотрела на дверь, надеялась, что ты войдешь, и мне не придется умереть…

— Прости меня, Ева… прости, — хрипло шепчет он в ответ.

Несколько мгновений мы сидим, не шевелясь. Просто прижимаемся друг к другу.

Иман приходит в себя первым. Неистово гладит мою спину и плечи. Целует в макушку.

— Когда мне сказали, что тебя не похоронили, я как будто тронулся умом, — усыпая поцелуями мое лицо, сбивчиво шепчет он. Пронизывает меня отчаянным взглядом. — Сначала я решил, что твое тело забрали, чтобы похоронить рядом с отцом ребенка. Меня охватила такая злость! А потом дядя Рустам посоветовал поехать в больницу Махачкалы. Там-то врач, который дежурил в ту ночь, и раскололся. Сказал, что тебя просто увезли вместе с ребенком.

Я жмурюсь. Представляю, какие методы использовал мой муж, чтобы выяснить у врача подробности той ночи…

— У меня другое имя, Иман, — произношу потерянно. — Евы больше нет.

— Что там имя! Стрижка у тебя ужасная! — перебивает меня муж. — Как будто ты и не женщина вовсе, а солдат в юбке…

— Иман… — вместо того, чтобы обидеться, я улыбаюсь. Заглядываю ему в глаза, обхватываю его колючие скулы ладонями. Почему-то внутри у меня стойкое ощущение, что я дома. Я вернулась домой.

— Что ты смеешься? — возмущенно фыркает он. — Твои глаза — все, что от тебя осталось...

Я вздыхаю.

— Их тоже нет. Просто сегодня я забыла надеть линзы.

Иман вспыхивает.

— Забудь про линзы! И эти волосы… их надо вернуть! Как вернуть мою жену?

Я качаю головой.

— Твоей жены больше нет. Есть Евгения Багрова, вдова офицера Руслана Багрова.

Иман мрачнеет.

— Да, я знаю. Дядя Рустам посоветовал мне услуги частного детектива, и тот быстро разыскал Багровых. Смириться с тем, что Евы нет, а ее место заняла вдова Руслана Багрова, я не могу до сих пор, — вздыхает он.

Я неотрывно смотрю ему в глаза. Жадно ловлю каждое слово.

— И что же нам теперь делать? — произношу растерянно.

Иман осторожно касается моего подбородка. Прожигает взглядом.

— Я выставил на продажу твои заправки. Через неделю у них появится новый хозяин. Свободные деньги мы вложим в ресторан Камиля, на которого ты работаешь. А ещё — на прошлой неделе я внес задаток за новую квартиру в Москве. Если она тебе понравится, мы ее купим и переедем.

Я на миг замираю. Пугаюсь.

— А твои родственники? Они…

Он хмурится. Прикладывает указательный палец к моим губам.

— Тсс. Отставить панику. Тех, кто желал получить твое наследство, больше нет в живых. На родине до тебя никому нет дела. Заправки, из-за которых все это случилось, со дня на день уйдут с молотка. Мы с тобой начнем все с чистого листа. Я женюсь на бедной вдове русского офицера, и мы вместе займемся ресторанным бизнесом.

Я молчу. Просто не знаю, что ему сказать. Слишком неожиданным для меня оказалось его появление.

— Ева… — Иман серьёзнеет. — Ты выйдешь за меня замуж?

Я смотрю в его карие глаза и не могу насмотреться. Тону в них, как в омуте, и на смену растерянности приходит бесконечное счастье.

— Тебе необязательно спрашивать мое согласие. Обручальное кольцо спрятано у меня на дне сумки, — шепчу тихонько. — Я так и осталась тебе женой, Иман. Мне сменили имя, придумали легенду, но в моей жизни не может быть другого мужчины.

Он качает головой.

— Мы купим новые обручальные кольца. Начнем все сначала — я, ты и твой ребенок. Надеюсь, через год ты подаришь мне ещё одного.

Я обвиваю его шею руками, позабыв обо всех правилах приличия, которые соблюдаются на нашей с ним родине. Целую его в губы.

— Я подарю тебе двоих, — шепчу ему в губы, задыхаясь от внезапно нахлынувшей страсти. — Сына и дочь. Обещаю.

Он мягко усмехается.

Касается ладонью моей щеки, а потом осторожно целует в губы.

— Я буду ждать, Ева, — шепчет в ответ.

Мы смотрим в глаза друг другу. Долго, пронзительно, и так много всего в этом взгляде, что не передать словами. Дождливый июнь перестает казаться мрачным и холодным. В моей душе медленно, но верно распускается целый цветущий сад.

* * *

….Сумки упакованы. Я стою посреди комнаты, которую мы с Русиком занимали последние полгода, и как-то тоскливо от того, что теперь здесь пусто. Но ничего не изменить. Прошлой ночью у Багрова родилась дочь.

Он вернулся из Владикавказа под утро. Сразу же поехал в роддом. ДНК-экспертиза показала, что Виктор Константинович стал папой.

Только сейчас новоиспеченный папа растерян и подавлен. Меряет суровыми шагами комнату. Нервничает.

— Женя, я не хочу, чтобы ты переезжала к Иману! Он совсем не то, что тебе нужно! — хватается за свои слова, как за соломинку.

— Он моя семья! — шепчу с обидой. — Виктор Константинович, вы ведь знали, что у меня есть муж. Знали, но не придали этому никакого значения. А ведь Иман Босов так и остался для меня мужем.

Багров молчит. Ему нечего на это ответить. Когда он вывозил меня из Дагестана, он не подумал, что разбивает мое сердце.

Я вздыхаю. Подхожу к полковнику ближе.

Накрываю его руку своей рукой. Мне и самой немного грустно от того, что мы с Русиком его покидаем.

— Виктор Константинович, я очень благодарна вам за то, что вы спасли мне жизнь. Если бы не вы, я бы не смогла выжить. Но ведь ваша мама права! У вас появилась дочь. Дайте ей шанс на настоящую семью. Станьте ей папой. А мы с Русиком всегда будем рядом. Просто переедем в другой район. Вы же обустроите здесь детскую для своей малышки. Я уверена, вас ждёт много счастливых мгновений рядом с ней. А мне позвольте вернуться к мужу. Он — моя семья. Я его люблю.

Багров тяжело вздыхает. Понимает, что перемены необратимы. Теперь у него и вправду есть дочь. Маленькая принцесса, которой очень нужен папа. А ко мне вернулся Иман.

В моем телефоне мерцает сообщение. Иман приехал нас забирать. Спрашивает, можно ли подняться наверх.

— Ну, вот. Машина прибыла. Кажется, нам с Русланом пора.

Я несколько мгновений смотрю на Багрова, а потом стремительно подхожу к нему и крепко обнимаю.

— Спасибо вам за все, — шепчу сбивчиво. Целую его