Исповедь жертвы - Дебора Массон

Билл поспешил ей помочь. Вместе они подхватили его под руки с обеих сторон. Джен махнула Льюису, чтобы он поднял один из стульев с пола, чтобы незнакомец мог сесть, и от нее не укрылось недовольное выражение его лица в ответ на ее просьбу.

– Я в порядке, – прохрипел мужчина, когда его наконец усадили. – В порядке. Честно.

Они застыли в ожидании. Желая узнать, кто он, черт возьми, такой. И что, черт возьми, только что произошло.

Джен проследила взглядом, как он выпрямился на стуле, откинулся на спинку и попытался отдышаться. Никак не стремясь прикрыть свою обнаженную грудь.

Он снова заговорил, и Джен замерла.

– Простите, тот удар в спину вышиб из меня весь дух. Я в порядке. Конечно, если не брать в расчет то, что я тут.

– А как долго ты тут? – уточнил Билл.

Мужчина оглядел всех присутствующих, быть может, уже прикидывая в уме, знает ли он кого-нибудь из них.

– Я здесь уже… какое-то время. Не знаю сколько. Меня держали в другом помещении, почти таком же, как это.

Джен не отрывала от него взгляда, стараясь понять, что именно это значит, и в животе у нее все сжалось. То есть были другие? Она заставила себя снова функционировать. Начать размышлять.

– Нас всех поместили сюда по очереди. Ты был там с другими людьми?

Мужчина отрицательно покачал головой.

Мозг Джен напряженно работал, хоть она и не отрывала взгляда от его груди.

– Как тебя зовут?

– Дэнни. Меня зовут Дэнни. – Его дыхание наконец выровнялось.

– А я Джен. Это Билл, а там Льюис.

Билл пошел за четвертым стулом, все еще прислоненным к стене, и колени Джен подкосились. Внезапно все встало на свои места.

Билл опустился на принесенный стул и обратился к Дэнни:

– Ты знаешь, почему ты здесь?

Дэнни перевел взгляд с Билла на дверь.

– А вы можете мне сказать, почему вы здесь?

Слушая их, Джен все еще смотрела на голую грудь Дэнни. Теперь она снова задавалась вопросом, по какой причине они тут оказались. Не ошиблись ли они в своих размышлениях в самом начале.

Конечно, это могло не иметь значения.

Но могло и оказаться очень важным.

Когда Билл снова взял слово, она повернулась к нему, ведь Билл тоже обратил внимание на грудь Дэнни.

– Откуда у тебя этот шрам? – спросил он.

Глава 57

За некоторое время до…

Я был обвешан упаковками подгузников – трех разных размеров, потому что кто знал, какие именно нам понадобятся, – и нес бежевый пеленальный столик с изображением пушистого коричневого плюшевого мишки на лицевой стороне, который тебе приглянулся.

Я сказал тебе отдыхать, чтобы максимально эффективно воспользоваться четырьмя неделями декретного отпуска, которые у тебя были, прежде чем наша жизнь изменится до неузнаваемости. Я собирался позаботиться обо всем сам. Я был добытчиком, возвращающимся в свою пещеру и приносящим своей женщине то, в чем она нуждалась. То, что было нужно нашему будущему ребенку. Кормильцем. Охотником и собирателем, тащащим домой все необходимое для выживания. Срок родов уже приближался.

Но ты не распахнула передо мной входную дверь, как делала обычно. Последние три недели, когда бы я ни уходил, ты все время стояла у окна, высматривая, когда я вернусь домой. Узнавая, что я рядом, благодаря геолокации. Ты сказала, что это от скуки, что ты не привыкла сидеть без дела целыми днями. А я рассмеялся и сказал, что тебе нет необходимости лгать о том, что ты очень рада меня видеть.

Я окинул взглядом окно гостиной, затем проскользил им направо – на кухонное окно по другую сторону двери. Может, ты отлучилась в туалет? Ты так часто писала, что я подумывал пристегнуть к твоей спине портативный туалет, чтобы уравновесить тяжесть постоянно растущего живота. Нашего ребенка. Я любил этот живот так же, как уже любил нашего малыша. У него или у нее будет самое лучшее детство, самая лучшая жизнь, какую можно вообразить. И всегда будут два родителя. Я стану не только охотником, собирателем и кормильцем, но и защитником. Моей стае никогда не причинят вреда.

Я бросил сумки с покупками на ступеньку и открыл дверь, ожидая услышать громкий звук телевизора в гостиной – ты включала его как фоновый шум, – но я ничего не услышал. Мое сердце забилось быстрее, в голове уже проносились всевозможные сценарии – и ни один из них не был хорошим.

Я выкрикнул твое имя, и, когда ты не ответила, моя паника разрослась. Я обнаружил тебя в гостиной, лежащей на диване на боку с поджатыми ногами, в позе эмбриона. Похожую на снимки нашего будущего ребенка, которыми был увешан наш холодильник.

Ты выглядела так, словно тебя выбросило на берег, но я знал, что не стоит так шутить. Потому что ты плакала. Я оглянулся на телевизор, чтобы убедиться, что он выключен. Ты была сплошным клубком гормонов и могла расплакаться даже при виде щенков из рекламы, но на экране не было никаких щенков. Он был черным, как и размазанная тушь под твоими глазами.

И только тогда я заметил, что ты прижимаешь к животу лист бумаги, расправляя его, словно обои на стене.

– С ребенком все в порядке?

Ты посмотрела на меня снизу вверх, но ничего не ответила. Хватая воздух ртом, плача.

Пожалуйста, только не ребенок.

Твое лицо было бледным, а красные глаза делали тебя похожей на человека, страдающего от какой-то ужасной болезни. Ты пугала, как один из тех зомби в кино. Я двинулся к тебе, и ты зарычала. В тот момент мне показалось, что ты вот-вот оскалишь зубы и набросишься на меня.

Я отскочил назад.

– Бет?

– Не подходи ко мне.

Твой голос был подобен гравию, слова били как камни. Я никогда прежде не слышал от тебя такого. Ты обернулась незнакомкой, враждебно смотрящей на меня. Видящей меня словно впервые. Из всех сценариев, которые пронеслись в моей голове, такого я не мог и вообразить.

Я был в отчаянии, желая исправить то, что разрушило тебя, пытаясь понять, что могло быть на этом листе бумаги в твоих руках. А потом на фоне нарастающего звука сирены, звучащей все громче и громче, в моей голове возникло подозрение.

Моя тревога достигла пика, когда ты произнесла четыре коротких слова:

– С возвращением, Уэсли Харрис.

Глава 58

– Мой шрам? Остался после операции на сердце.

Джен уставилась на длинный розовый рубец, вертикально пересекавший