Даун Крик. Близнецы - Эжен Марсэль

Дальше перечислялись проведённые следственные мероприятия, были приложены протоколы допроса лиц, причастных прямо и косвенно к преступлению. Я ещё раз изучил фотографии с места убийства Три́кстера. Что-то на них выглядело не так, нечто шло вразрез со свидетельскими показаниями. Так и не уловив ускользающую от сознания деталь, я решил съездить ещё раз в бар.

«Надо поподробнее расспросить того бармена о Дональде Три́кстере. Может, и «принц» туда заглядывал с какой-нибудь «простолюдинкой»».

Бросив взгляд на часы, я понял, что вполне успею до наплыва вечерних посетителей, и вызвал такси. В этот раз дело не терпело отлагательств.

– Снова вы, – бармен явно не обрадовался моему появлению. – Опять расспрашивать будете или так, поужинать зашли?

– К сожалению, мой друг, я пришёл с вопросом, но всего одним. Но если тебе неудобно, то мы можем поговорить в кабинете полицейского управления Сиэтла. Выбирай.

– Ладно, валяйте свой вопрос, – сдался парень. – У меня как раз небольшой перерыв.

– Ты в прошлый раз упоминал, что Свен и другие потерпевшие состояли в «свите» Дональда Три́кстера и частенько водили сюда девушек не из своего круга, так?

– Да, так и есть.

– А теперь хорошо подумай: «А сам Дональд не посещал ваше заведение с подобной целью?»

– Чего тут думать, конечно, приходил. Я лично его видел несколько раз с одной странной девкой. Я бы на такую и не взглянул.

– А не знаешь случайно, кто она или как её зовут?

– Да, как-то слышал, но никак не могу вспомнить. Имя тоже странное: Эмма, нет, Эва… Как у какой-то древней актрисы.

– Быть может, А́ва, – спросил я неестественным от напряжением голосом.

– Точно! А́ва! Я ж говорю, имя дурацкое.

– А больше она здесь не показывалась? Уже без Три́кстера? Скажем, после дня всех влюблённых?

– Появлялась и не раз. Вы же с этой белобрысой в прошлый раз ворковали и, как безумный, пялились на неё.

– Так девушка, с которой я месяц назад разговаривал и есть невеста Дональда Три́кстера?

– Да какая невеста! Свен как-то по пьянке хвалился, что через пару-тройку лет Дон женится на его младшей сестре, и они станут родственниками. Так что эта девка служила не более, чем развлечением, как и другие. У неё уже живот виден, хоть и пытается скрыть, неужели не заметили? Спорю на что угодно, Три́кстер её обрюхатил и бросил. Это всё? Я могу идти, а то перерыв вот-вот закончится?

– Да, благодарю за помощь.

Я пошёл к выходу, бессознательно вытряхивая из полупустой пачки сигарету.

«Если любимый человек обесчестил её и бросил, то она, скорей всего, причастна к его убийству. Сама убила или нашла сообщника? Но причём тогда остальные четверо?»

И тут я понял, что не так было на фотографиях из квартиры Дона Три́кстера, и ответ пришёл сам собой. В голове прояснилось, и совсем некстати всплыли слова Марты – «Cherchez la femme».

Часть IV. Даун Крик. Возвращение к истокам

Джек

Пазл сложился.

«Нет никакого Последователя и никогда не было! Чистильщик и расследование отца никоим образом не связаны с серией в Сиэтле».

Осознание неприятной правды обрушилось на меня, как полноводная река на старую дамбу, и мне впервые за долгое время захотелось напиться. Я не стал возвращаться в «Рыбный бар Энтони», где меня уже знали в лицо, а побрёл куда глаза глядят. Зайдя в первый попавшийся бар, я сначала хотел выпить пару порций за стойкой, но потом передумал – взял целую бутылку виски и устроился за угловым столиком подальше от людей. Чем больше в меня вливалось алкоголя, тем более разнообразную гамму чувств я испытывал.

Стыд и благодарность лейтенанту Райту.

Я поддался тому же безумию, как и отец. Придумал несуществующие нити, притянул так, как мне хотелось, факты и улики, а всё из-за страстного желания оправдать действия отца. Мне казалось, если я раскрою это дело, то пойму, почему вместо семьи он выбрал маньяка. Как, наверное, было больно Стивену сначала смотреть на саморазрушение напарника и друга, а после понимать, что и сын пошёл по стопам отца, но всё равно сделать попытку помочь мне.

Злость.

Я злился на себя за то, что проигнорировал несколько нестыковок. Даже не различия в почерках совершённых преступлений, на которые сразу указывал Райт, а конкретные улики, изученные мной уже в Сиэтле.

Во-первых, растерзанный труп Дональда Три́кстера сразу и недвусмысленно указывал на личный мотив убийцы. Воры так себя не ведут. Да и наёмник не будет утруждаться перерезанием горла ножом или бритвой, просто возьмёт пистолет с глушителем. Даже если он оригинал преступного мира, то расчленением трупа и срезанием кожи с тела, отнимающими большое количество времени, уж точно заниматься не будет. Только человек, испытывающий личную ненависть и находящийся в ярости, может совершить подобное.

Во-вторых, если смотреть на снимки с места убийства Три́кстера одновременно, а не по отдельности, то на них можно ясно увидеть пять стаканов для виски, разбросанных по комнате вокруг тела. В то время как два бокала для вина стоят на столике с остатками ужина. Нетрудно догадаться, что убитый выпивал с друзьями в тот вечер. Конечно, теоретически Дон и прочие могли распивать виски и до прихода А́вы, но сомнительно, чтобы «жених» не убрал следы посиделок – партию с ужином надлежало разыграть достоверно.

В-третьих, Чистильщик вырезал метку на трупах той же бритвой, которой и убивал, а на телах мажоров знак нанесён ножом. Кстати, тем, которым отделены гениталии трёх жертв, но отличным от того, что использовался при освежевании Три́кстера. Это должно было навести меня на мысль: убийц как минимум двое. Но я предпочёл пренебречь этим фактом в пылу увлечения своей теорией.

Недоумение.

Несмотря на самоедство, в голове зудел тоненький голосок, заставляя меня недоумевать: «Ладно ты, безумный сын своего отца, но как Бе́ркли и его команда могли проглядеть столь очевидные предположения и улики. Даже если на них оказали беспрецедентное давление, после которого они озвучили нелепое «убийство в ходе ограбления», неужели у них не возникло и тени подозрения, что имело место групповое изнасилование, послужившее мотивом для всей серии?» Судя по протоколу допроса А́вы Твинн, ей не выдвигались никакие обвинения. Это и допросом-то сложно назвать.

Вопросы множились.

«Почему дело Три́кстера помечено, как раскрытое? Почему в материалах не фигурируют отпечатки со стаканов из-под виски, а только с бокалов? Почему, зная о знакомстве, на тот момент, трёх жертв, Бе́ркли скрыл это и бомбардировал запросами другие штаты? Вдруг дело