Зарубежный детектив 2026-5 - Марк Эдвардс

дилеру. Мы попросили их прислать отчет о неисправностях как можно быстрее. Ночь продержитесь? — Бриггс переводит взгляд с меня на маму. — Мы могли бы отрядить к дому патрульную машину.

— Благодарю, не стоит. Все будет хорошо. Сможете позвонить, когда поступит отчет от дилера? У вас ведь есть мой номер? — Мама открывает дверь. — Спасибо, что позаботились о дочке.

— Не за что. Эшлин, тебе надо показаться врачу, — советует Бриггс. — Завтра все обсудим.

Мама щелкает замком. Похоже, напугана не меньше меня, однако я чувствую: произошло что-то еще, и она едва сдерживается. Я и сама в ярости.

Как Тиш смеет преследовать нас?

— Боб, где документы? Почему их до сих пор нет? — кричит мама.

Что еще за документы?..

— Мама, успокойся. Мы же не знаем наверняка, приложила ли Тиш руку к тому, что случилось с машиной. О каких бумагах ты говоришь?

Мама жутко расстроена — она ведь никогда не повышает голос. Похоже, дело не только в аварии. Наверное, она знает больше меня. Помню взгляд Тиш, когда та едва меня не переехала, и понимаю, на что способна эта женщина. Тиш — воплощенное зло.

— Что вообще происходит?

— Она зашла слишком далеко, — рычит мама, невольно сжимая кулаки.

Глава 45

Кейт

— Иди сядь в гостиной, милая. Сейчас принесу «Тайленол».

— Не буду вам мешать, — говорит Боб. — Подожду в соседней комнате — вот-вот приедет курьер.

Я устраиваю Эшлин на диване и организую ей таблетку со стаканом воды. По-моему, дочка в шоке, хотя ее уже не так трясет.

— Это она, мам, — повторяет Эшлин.

— Почему ты так считаешь? — спрашиваю я, надеясь, что у нее есть доказательства.

— Тиш ехала за мной от самого офиса и до дома Сета. Специально повернула в мою сторону и направила машину прямо на меня — хотела испугать. Подъехала почти вплотную. Я надеялась, что этим все и ограничится, однако нет.

— Испортить машину — не слишком ли дерзко? Тем более на оживленной улице…

— Не знаю как, но это сделала Тиш.

Эшлин рыдает — просто сердце разрывается, глядя на нее… И все же, хочешь не хочешь, а придется сообщить ей правду. Конечно, у дочери будет еще один шок, однако ей следует знать то, что теперь знаю я.

— Должна кое-что рассказать тебе о нашей компании и о папе. Боюсь, для тебя это станет ударом… — Делаю несколько вдохов, собираясь с силами. — Я пришла к выводу, что Тиш причастна к смерти твоего отца.

— Мне тоже так кажется, мам.

Эшлин не сводит с меня глаз, и я беру ее за руку.

— В самом деле? А я все думала, как мне тебя от этого оградить… Не хотела, чтобы ты терзалась, однако ты уже взрослый человек, а теперь еще и один из собственников компании…

Передаю дочери телефон и жду, пока она прочтет сообщения, которые Джон прислал в ночь своей смерти.

— Я их уже читала, — заявляет Эшлин.

— Где ты могла?..

Я вспыхиваю. Если дочь читала эту переписку — значит, видела и другие мои сообщения.

— Забрала папин телефон, — расплываясь в улыбке, объясняет Эшлин.

— Ах ты хитрюга! Как тебе удалось?

— Вытащила из сумочки Тиш на церемонии прощания.

— Ничего себе!.. То есть он все это время был у тебя?

— Нам нужно было следить за Тиш, а с приложением «Найти друзей» это удобнее всего.

— Отличная идея! — Выходит, мы всю неделю были заодно. Больше того, Эшлин может знать больше меня. Интересно, что еще придумала дочь? Что ей еще известно? — Нашла в телефоне что-нибудь полезное, кроме этого приложения?

— Ничего толкового. Поняла, что папа сильно выпил в тот вечер, чтобы продержаться до воскресенья. Дождаться не мог, когда избавится от Тиш. Он ей так и сказал. Эх, что бы ему не уехать в субботу… Зачем он остался? Из порядочности?

— Уверена, Тиш что-то подмешала папе в коктейль.

Пожалуй, не стоит дочери слушать последнее сообщение от Джона. Не сейчас, а может, и вообще никогда. Не хочу, чтобы она запомнила отца таким…

— Как страшно! — Эшлин без сил откидывается на спинку дивана. — Не сомневаюсь, что она могла… Видела бы ты ее лицо сегодня днем! Она просто невменяемая.

— В это трудно поверить, и все же мы с тобой все это время ее подозревали. Тиш — убийца, — вырывается у меня. — Как же я не сумела раньше все сопоставить… И дождалась того, что теперь она пытается покончить с моей дочерью!

— Так ты мне веришь? — спрашивает Эшлин.

— Конечно. Нам следует быть осторожнее до тех пор, пока не избавимся от нее навсегда. У нас с Бобом к тебе одна просьба.

— Да-да, хорошо. А почему вы ничего не рассказали Бриггсу? Он установил бы за Тиш слежку.

— У нас недостаточно доказательств. Если удастся что-то накопать, я к нему обращусь. Сейчас главная задача — вышвырнуть Тиш из компании и признать недействительным это нелепое завещание. Боб ждет необходимые бумаги из своей конторы. Боюсь, с точки зрения закона единственный возможный истец — это ты, милая.

— Тиш будет в восторге. А почему я? — дрожащим голосом спрашивает Эшлин.

Бедняжка, совсем измучилась…

— Поверь, я сама обратилась бы с заявлением. — Беру дочь за руку. — Однако прямая наследница — ты… Ну что, готова?

Брякает дверной звонок — наверняка пришел курьер. Боб открывает и уже через минуту заходит к нам с документами. Я вручаю дочери ручку:

— Вот и заявление, милая. Пожалуйста, прочти внимательно, а потом подпишешь, если со всем согласна.

Эшлин кивает.

— Зачем мне читать? — говорит она и расписывается на последней странице. — Я тебе доверяю. Нужно избавиться от Тиш, пока она еще что-нибудь не придумала.

Боб забирает подписанные бумаги, и мы выходим в соседнюю комнату.

— Я немедленно подам иск. Запритесь, включите охранную систему. Если что — звоните. То есть лучше сначала вызвать Бриггса…

Я возвращаюсь к дочери.

— Как только иск зарегистрируют, Тиш будет в курсе, что завещание оспариваешь именно ты.

— Мне все равно, — Эшлин вытирает мокрые глаза. — Хочу выяснить, действительно ли она убила папу.

— Понимаю тебя. Мы обязательно докопаемся до сути. И помни: ты очень много значила для папы, и он никогда не вычеркнул бы тебя из завещания. Когда до меня это дошло, я начала изучать хронологию событий. Я ведь помнила его сообщения, но, пока не перечитала их, не сообразила, как отчаянно они звучат. А если сопоставить их с датой регистрации завещания, все встает на свои места.

— А ведь правда! О боже… — У дочки перехватывает дыхание. — Она знала, что папа хочет бросить ее и вернуться домой.