Люди за спиной. Том 2 - Александра Маринина

В голове у Гришанова мысли неслись и сталкивались друг с другом, как неуправляемые автомобили на автодроме. Спросить, сколько он хочет? Это значит признать, что он прав. Заплатишь один раз – будешь потом платить всю оставшуюся жизнь. Стоять на своем и от всего отпираться, дескать, ничего не знаю, ты обознался и все напутал? Высок риск, что он продолжит разнюхивать там, где не надо, и все выплывет.

А хлипкий парнишка продолжал как ни в чем не бывало:

– У нас в городе недавно человечка убили. Знаешь, кого? Того самого, который за то дело отсидел. Ну ты понял. И как раз в те дни, когда я тебя здесь засек. Я в голове сложил два и два и получил хороший результат. Только я этим результатом не намерен ни с кем делиться, самому на жизнь еле-еле хватает. Так что скажешь?

– Ладно, давай обсудим. Только не здесь.

– А где? В ресторане за деловым ужином? – ехидно спросил парень.

– В ресторане людей много, шумно, а я люблю тишину. Пойдем, я знаю спокойное тихое место, не на виду.

– Ну валяй, показывай.

Гришанов вел его туда, где планировал решить вопрос со Сташевской. Ничего, сейчас он решит вопрос более срочный, а женщина подождет. Впрочем, если все сложится удачно, то можно будет и с ней разобраться прямо сегодня. Мальчишка глупый и жадный, наверняка никому ничего не рассказал, и его смерть никто не свяжет со смертью обычной продавщицы из магазина, где торгуют товарами для малышей и их мамочек. Такие глупые жадные пацаны всегда считают себя самыми умными и хотят хапнуть весь куш, ни с кем не делиться. На маршруте есть не только то удобное место, куда Евгений ведет вымогателя. Есть и еще парочка, про запас. Он, Евгений Гришанов, не такой дурак, чтобы не иметь запасных вариантов. Именно поэтому его до сих пор не поймали, и не поймают никогда, мозгов у них не хватит.

А потом… Почему-то у хлипкого на вид мальчишки оказались железные мускулы, и сам он был подвижным и вертлявым, как угорь. Нож Гришанова оставил на нем только две глубокие царапины, и откуда-то из темноты вдруг появились другие полицейские.

– Он первым на меня напал, – твердил Евгений, когда его привезли в отдел и начали составлять протокол. – Это была необходимая оборона. Я имею право защищаться!

– Но у него не было оружия, – сказали ему. – Вы имели право дать ему сдачи кулаком, а вы нож достали. Это превышение пределов необходимой обороны.

– Он меня шантажировал! Он ссылался на то, что работает в полиции и может меня посадить, даже если я ничего не совершил. Он сам преступник, вымогатель!

– Ах, так он вам представился? Вы знали, что он – работник полиции? Тогда это другая статья, более тяжкая.

Потом пришел следователь, вежливый и совсем не страшный, он выглядел таким мирным, глаза его улыбались, и Гришанов воспрял духом: он все объяснит, изложит свою версию, ему поверят и сразу же отпустят.

– При задержании вы утверждали, что потерпевший вас шантажировал. Это так?

– Да, верно.

– Чем он вас шантажировал? Угрожал обнародовать какую-то информацию о вас?

– В том-то и дело, что нет! Он сказал, что работает в полиции и у него есть много возможностей сфальсифицировать любые улики и обвинить меня в любом преступлении, так что я должен заплатить, если хочу жить спокойно.

Евгений отчетливо видел, что следователю его ответ понравился. Очень понравился.

Но почему-то его не отпустили, а отвели в изолятор временного содержания и поместили в эту четырехместную камеру, где спертый воздух пропитался запахами пота и немытого тела.

Как так вышло? Почему он оказался здесь? Ведь у него все получалось, всегда получалось! С самого детства ему говорили, что он умненький, и Женя свято в это верил. Он не понимал, что умненьким его называли, только когда сравнивали с Алисой. Он слышал слова, однако воспринимал только часть их, ту часть, которая нравилась, грела самолюбие, подпитывала самооценку. «Нормальный ребенок, но по сравнению с сестрой – почти Эйнштейн». В сознание западали лишь последние слова. «Проследи за Алисой, ты же умница». «Проверь у Алисы уроки, ты же лучше соображаешь». Когда родители погибли, ему доверили опеку над несовершеннолетней сестрой: «Он умный парень, справится». И он гордился собой.

Лучше бы ее тогда поместили в интернат! Зачем, зачем он носился с кучей документов, доказывая, что Алиса может остаться с ним! Лучше бы ее не было в его жизни. Пусть бы жила где-нибудь подальше от брата. Дядя Сева видел бы перед собой только разумного молодого человека, целеустремленного, честолюбивого, готового упорно идти к успеху.

Алиса уже в пятнадцать лет была неуправляемой, а к семнадцати годам превратилась в ходячую катастрофу. Дошло до того, что Евгений вместе с ней ходил в ночные клубы, сопровождал, присматривал за сестрой, которая напивалась и творила невообразимые глупости. Приходилось постоянно следить, чтобы она не попала в полицию.

В тот раз она заявила, что поедет тусоваться в спасский клуб «Рокко», у нее там какие-то подружки. Как обычно, выяснилось, что под «подружками» подразумевались парни, составляющие подавляющее большинство в компании, где кроме самой Алисы была только одна девчонка. Алиса танцевала, хохотала, заигрывала то с одним, то с другим, беспрестанно пила коктейли, которыми угощали ухажеры, становилась сначала развязной, потом агрессивной. Словом, все шло по знакомому сценарию. В какой-то момент один из парней в той компании начал раз за разом оказывать знаки внимания незнакомой девушке, и это вызвало негодование Алисы. Она устроила громкую разборку сначала с незнакомкой, потом со своим приятелем.

– Чего ты бесишься? – спросил тогда Евгений.

– Он – мой, – заявила Алиса. – И нечего этой телке тянуть руки к моему парню.

– И этот тоже твой? – усмехнулся он. – Да тут в кого ни ткни – все твои. Покажи мне хоть одного, у кого ты на коленях не сидела и кто тебя не лапал.

– Сволочь! – зашипела Алиса. – Ты ничего не понимаешь!

– Ну куда уж мне. Собирайся, поедем домой, тебе уже достаточно.

– И не подумаю! – фыркнула сестра. – Уйти и оставить Дениса с этой шалавой? Ты хоть знаешь, кто у него родители? Мне только-только удалось его зацепить, и что, все бросить? Да ни за что! Уходи, если хочешь, а я останусь, пока эта сучка отсюда не уберется. И прослежу, чтобы Денис не вздумал потащиться за ней.

Однако Денис, которого почти «удалось