Признание в убийстве - Лия Миддлтон

монитору, даже не разрешая себе моргать, изучая их лица, рты, разницу в росте. Женщина немного выше его груди, но, возможно, она на каблуках. А мужчина на этой фотографии, Джошуа, будто бы не такой накачанный, как тот человек из Комнаты Исповеди. Но это было давно. В этой статье написано, что Лэйси Рейн была убита пять лет назад – а люди могут существенно измениться за такой срок. Набрать вес. Потерять осанку. Превратиться в убийц.

Она еще раз просматривает статью в поисках зацепившего ее предложения, дыхание замирает. Она изучила так много статей о стольких несчастных родителях, потерявших своих дочерей, и легко пролистывала дальше. Но как только она увидела это предложение, то поняла, что тут что-то есть: этот случай отличается. Вот эта история может быть про них.

Ее взгляд находит нужные буквы, и внутри, чуть ниже груди, в самом центре ее тела, где собрались все эмоции, появляется резь от ощущения, что чувства вихрем поднимаются к поверхности.

Подозреваемый, которого полиция не называет в силу его возраста, был допрошен и вскоре отпущен без предъявления обвинений.

Женщина называла арестованного мальчишкой, а не мужчиной. Она бы точно этого не сделала, не будь он юным, достаточно юным для того, чтобы она воспринимала его как ребенка. А этого подозреваемого оставили анонимным как раз в силу возраста.

Эмилия осмотрела комнату в поисках телефона.

Где же он? Куда, черт возьми, она его положила…

Она подпрыгивает, чтобы поднять его с пола рядом с кроватью, разблокирует экран и быстро находит нужное имя.

– Эми, – отвечает Киран, его голос такой же согревающий, как солнышко за окном. – Как раз собирался набрать тебя после смены. Как…

– Киран, мне нужна твоя помощь кое с чем, – перебивает она его.

– В чем дело? Что-то случилось?

– Ты в офисе? Ты за компьютером?

– Да… А что? Что такое?

Эмилия вздыхает, ощущая знакомый укол совести в груди.

– Мне нужно твое одолжение.

– Да что такое?

– Я хочу, чтобы ты поискал для меня одно дело… Расследование убийства.

– Зачем?

– Ты можешь просто сделать это?

– Ты не можешь просить меня нарушить правила, не объясняя причин!

– Я искала пару, управлявшую Комнатой Исповеди.

– О нет, Эми…

– И, мне кажется, я их нашла.

– Я не могу это сделать. Если тебе кажется, что ты что-то выяснила, ты должна связаться с командой. Отправляйся к Уайлд и расскажи ей, что, как ты думаешь, тебе известно.

– Обязательно, обещаю. Я не натворю глупостей и пойду прямиком к Уайлд, чтобы они могли сделать свою работу, но мне нужно узнать для себя, сходится ли эта последняя деталь пазла. Если нет, они мне могут не поверить, и тогда во всем этом нет никакого смысла.

Он вздыхает.

– Что ты хочешь проверить?

– Был подозреваемый в деле о гибели девушки по имени Лэйси Рейн. Ты тогда работал с убийствами?

– Кажется, я помню это имя… Молодая? Подросток?

– Да! Ей было четырнадцать.

Звук клацанья по клавиатуре доносится с того конца трубки – он ищет в компьютере.

– Нет, ее дело было до меня.

– Так вот, кого-то подозревали, но отпустили без наказания. Мне нужно только, чтобы ты проверил, всплывало ли его имя где-то еще, особенно недавно.

– Как это тебе поможет?

– Просто поможет.

Она громко сглатывает.

– Я понимаю, что слишком многого от тебя прошу, и я врала тебе, и уж точно тебя не заслуживаю. Но мне нужна эта одна, последняя деталь. Пожалуйста.

Тишина. Киран никак не отвечает – по сути, он настолько притих, что Эмилия вжала телефон в ухо, ее щека горит. Он ушел? Всё? Стремительный пинок, из-за которого их дружба, их отношения, как их ни назови, рассыпятся на миллион маленьких осколков – слишком раздробленных, чтобы их можно было когда-либо снова починить?

– Киран? – спрашивает она, волнуясь. – Ты еще там?

Раздается сдавленный вдох в динамике, и она вздрагивает от облегчения.

– Я тут, – шепчет он. – И… Я сделаю это для тебя, Эми. Но мне нужно, чтобы ты кое-что пообещала.

– Ладно…

– Как только я это сделаю, ты сразу же пойдешь к Уайлд, расскажешь ей, что ты там, по твоему мнению, выяснила, и дашь ей самой вести это расследование.

– Обещаю, – твердо отвечает она.

– Но правда, Эми, тебе пора отступить. Ты во всем винишь себя, берешь на себя слишком много ответственности, и если этих людей не найдут… Если их вообще никогда не найдут, я не хочу, чтобы ты решила, что это из-за тебя. А я понимаю, что ты так и подумаешь. Ровно так же, как делала до этого. С Софи.

Эмилия задерживает дыхание, не давая себе оскорбиться в ответ. Выкрикнуть, что Софи действительно на ее совести, что она могла сделать намного, намного больше. Что она должна была ее защитить, полиция должна была ее защитить. Но она молчит. Вместо этого Эмилия дает ему выговориться, выдыхая поднимающийся гнев, как будто задувая огонь на спичке, пока пламя не начало лизать пальцы.

– Я схожу. Обещаю.

– Ладно.

Он прочищает горло.

– Дай мне пару минут.

Раздается тихий стук, и Эмилия прикрывает глаза, представив, как Киран кладет телефон на стол рядом с собой. Его пальцы ритмично печатают на клавиатуре, он прерывается для того, чтобы прочитать что-то, звук движения колесика мыши, пока Киран листает вниз.

– Эми? Ты там?

– Я здесь, – шепчет она.

– Примерно через четыре месяца после того, как его заподозрили в убийстве Лэйси Рейн, этот парень получил предупреждение за преследование девушки от школы до дома. Ему сказали, что, если он продолжит вести себя подобным образом, его арестуют и ему предъявят обвинения в сталкеринге.

– Что-нибудь еще?

Он снова листает, и Эмилия ждет. Все тело, и внутри и снаружи, замерло в надежде на кусочек информации, который сможет подтвердить ее правоту. То ли это дело, которое она искала? Та ли это дочь, которую она искала? Те ли это родители, которых она искала?

– А-а, – вздыхает он. – Что ж, если ты надеялась поговорить с этим парнем, боюсь, у меня плохие новости.

Ее глаза расширяются, она тут же смотрит на фотографию, все еще висящую на открытом сайте ее ноутбука: родители Лэйси Рейн – их мрачные лица с печальными взглядами. Она дрожит.

– Почему?

– Потому что он покончил с собой через несколько дней после этого предупреждения.

– Он мертв?

– Да… Извини…

– Именно эта информация мне и требовалась. Вот он, ключ. Спасибо, мне нужно бежать…

– Эмилия! – произносит Киран строгим голосом. – Прямиком в полицию. Никаких глупостей. Поняла?

– Обещаю. Пока. Спасибо!

Она сбрасывает звонок, телефон падает из ее трясущихся рук на