Пуля от Ван Гога - Алексей Викторович Макеев

С Зосимовым Гуров проработал еще около двух часов и закончил лишь тогда, когда большинство сотрудников главка, служивших по обычному графику, уже покинули ведомство. Внутри оставались только такие же сыскари, как Гуров, некоторые из экспертов да дежурная группа. К компьютерщикам сыщик и заглянул, прежде чем отправляться на Лубянку.

По большому счету сейчас Гурова мало интересовала работа экспертов по изъятию информации с компьютеров Зосимова, поскольку признательные показания относительно его действий в отношении Меньшикова у сыщика имелись. Однако все же формальности соблюсти стоило, да и к тому же чекисты отличались въедливостью больше, чем сотрудники остальных силовых ведомств. И вдобавок к признаниям Зосимова заключение экспертов главка в этом случае не помешало бы.

Возможно, будь на месте Гурова другой человек, он бы отложил передачу опергруппе ФСБ информации, полностью снимавшей вину с Меньшикова, до завтрашнего утра. Сыщик нередко слышал от коллег мнение о том, что просто так за решетку никто не попадает. И если человек оказался под арестом, то что-то делал в своей жизни неправильно. По мнению таких полицейских, пусть даже он невиновен, но лишняя ночь в камере послужит арестованному хорошим уроком и, возможно, заставит его в будущем поступать правильно и избегать любых трений с законом. Вот только Гуров так не считал. Он понимал, что для человека, не совершавшего преступление, каждый час в СИЗО, каждая минута казались вечностью. И если он там оказался по чьей-то ошибке, небрежности или подлости, то должен быть отпущен на свободу независимо от того, закончился рабочий день у должностного лица или нет.

Эксперты Гурова порадовать мало чем смогли. Работа по восстановлению поврежденных жестких дисков и флешек еще продолжалась, а к детальному анализу данных на изъятых из логова Зосимова компьютерах компьютерщики еще даже не приступали. Единственное, что пока эксперты смогли найти по тем задачам, которые ставил перед ними Гуров, это лишь подтверждение того факта, что вирус, с помощью которого был взломан ноутбук Меньшикова, действительно был создан Зосимовым.

– Ну и на том спасибо, – пожал плечами сыщик, забирая у экспертов заключение, подтверждающее этот факт, и отправился на Лубянку.

Как-то на одной из театральных тусовок, куда Мария очень редко и с большим трудом умудрялась затаскивать своего мужа, Гуров услышал мнение о том, что в ФСБ работают только самые лучшие кадры, самые профессиональные и ответственные люди, которые не только преданы делу, но и относятся к обывателям более внимательно, чем простые полицейские. Тогда сыщик не счел нужным с этим спорить, а сегодня лишний раз убедился в том, что большинство россиян слишком героизируют чекистов, а в ФСБ служат такие же люди, как и везде – и прекрасные и не очень; и трудолюбивые, и с ленцой; и заботливые, и равнодушные. И на этот раз Гурову попались как раз не самые лучшие представители племени безопасников.

Документам, которые предоставил сыщик дежурному офицеру ФСБ, не особо обрадовались. Дескать, можно было и завтра привезти. И еще с меньшим энтузиазмом фээсбэшники отнеслись к предложению Гурова подготовить документы о немедленном освобождении Меньшикова из-под стражи. Тут сразу потребовалась и виза старшего офицера, и заключение руководителя оперативной группы, и подпись замначальника отдела, и куча самых разных других бумажек, которые, видите ли, до завтрашнего утра взять негде, поскольку ответственных людей нет на служебном месте. И Гурову пришлось звонить не только полковнику из Конторы, вместе с которым он проводил операцию по задержанию Зосимова, но и подключать Орлова. Генерал, хоть и высказал крайнее неудовольствие, другу отказать не мог и подключил свои связи к решению этого вопроса. И примерно через час после того, как сыщик прибыл на Лубянку, он оказался с нужными бумагами в одном кабинете с Меньшиковым.

Степан сильно изменился даже за то недолгое время, которое прошло с момента их знакомства с сыщиком. Поначалу молодой человек был негодующим и возмущенным, отказываясь принять тот факт, что в его невиновность силовики не хотят верить, и пытаясь при каждом удобном случае доказать, что все подозрения в отношении его – беспочвенны. Затем Меньшиков стал выглядеть каким-то обреченным, безразличным и потерянным, словно сдался и отказался верить в то, что ему хоть что-то может помочь. А сейчас в глазах Степана хоть и читался какой-то интерес, но с оттенком раздражения. Дескать, ну и что вам еще от меня надо? Когда уже наконец оставите в покое?..

– Степан Семенович, у меня для вас хорошая новость, – проговорил Гуров, кладя на стол перед Меньшиковым бумаги. – В СИЗО вы не вернетесь. Здесь приказ о вашем освобождении и все остальные документы о том, что все обвинения в ваш адрес сняты.

– Но-о-о, – многозначительно добавил Меньшиков, словно ожидая от сыщика продолжения.

– Без всяких «но», – улыбнулся Гуров. – Я понимаю вашу реакцию, и в ней мы сами виноваты. Но тут уж что выросло, то выросло. Сделанного уже не исправить, и мне остается только извиниться от имени следственных органов за то, что вам пришлось провести в СИЗО столько времени. Нам удалось найти человека, который вас подставил. Это небезызвестный вам Зосимов. Он уже задержан и дал признательные показания. Так что вы свободны, и уголовное преследование в отношении вас прекращено.

– Вот как? – медленно проговорил Меньшиков, а затем, словно его осенило, посмотрел на сыщика. – Это ведь вы сделали?! Мне в СИЗО говорили, что вы справедливый, но я уже верить перестал в то, что справедливость вообще существует. Оказывается, я вновь был не прав. Как и тогда, когда заявлял, что невиновного нельзя посадить за решетку.

Степан резко встал со стула.

– Гражданин начальник… Лев Иванович, я ваш должник, – отрывисто проговорил он. – Я уверен, что, если бы не вы, я бы отправился за решетку и никто бы разбираться не стал…

– Вы не правы, Степан Семенович, – попытался перебить его Гуров, но Меньшиков поднял руку, останавливая сыщика.

– Давайте не будем на эту тему дискутировать, – почти умоляюще попросил он. – Я считаю себя вашим должником. Пока даже не представляю, чем я смогу отплатить вам за свою свободу, но постараюсь придумать, когда голова прояснится. А пока могу только одно сказать: мои координаты у вас есть. Если я могу для вас что-то сделать, звоните, приходите, вызывайте в любое время. Брошу все остальные дела и сделаю все, что от меня потребуется!

– А вы уверены, что я этим предложением злоупотреблять не начну? – рассмеялся в ответ Гуров.

– Вы – не начнете. В вас я теперь абсолютно уверен! – горячо