Большой плохой город - Эван Хантер

Ригоберто Мендес обустраивал свой бар в «Сиесте», когда Олли Уикс навестил его в час дня. Уикс заказал себе пиво, за которое не предложил заплатить. Сидя за барной стойкой, Олли шумно и с удовольствием прихлёбывал из бутылки «Хайнекен» (нидерландская пивоваренная компания, крупнейшая в стране и вторая по величине в мире — примечание переводчика), наблюдая за Мендесом, который полировал стаканы и проверял уровень виски.

«Скажи», — говорит Олли, — «а Сонни Коул жив?»

«Понятия не имею», — сказал Мендес.

Он был одним из тех доминиканцев, которые считали себя чертовски красивыми: чёрные волосы зачёсаны назад, под носом — маленькие усики, одет в майку, на которой бугрились мышцы, которые он, вероятно, набрал в тюрьме, поднимая тяжести.

«Человек приходит в твой клуб...»

«Я впервые его увидел.»

«Он убил отца полицейского, ты знаешь об этом?» — сказал Олли.

«Нет, я этого не знал.»

«Это очень серьёзно», — сказал Олли. «Возможно, он убил и Джуджу, и это не велика потеря, но справедливость должна восторжествовать, верно? Я хочу поговорить с ним. Выяснить, куда они отправились, когда ушли отсюда. Выяснить, о чём они говорили. Узнать, выстрелил ли Сонни ему в голову, вот как ты думаешь?»

«О чём?»

«Почему Сонни застрелил его?»

«Я не знаю, что сделал Сонни. Он никогда не возвращался сюда с того вечера пятницы. Я не знаю, где он живёт и чем зарабатывает на жизнь. Ты мочишься не на то дерево.»

«Может, и так. Можно мне ещё пива? Это очень хорошее пиво.»

Мендес открыл для него ещё одно «Хайнекен».»

«Думаешь, он живёт по соседству?» — спросил он.

«Я уверен, что нет.»

«Как, по-твоему, он сюда попал?»

«Он пришёл за Джуджу.»

«Я не сказал «почему», я сказал «как».»

«Я не понимаю, о чём ты.»

«Транспорт», — сказал Олли.

Мендес посмотрел на него.

«У каждого должен быть транспорт. Он приехал сюда, в Хайтаун, как он сюда добрался? Он шёл пешком? Он ехал на метро? Он ехал на автобусе? Он приехал на такси...»

«Он приехал на машине», — сказал Мендес.

Олли поставил бутылку пива на стол.

«Откуда ты это знаешь?»

«Я видел его машину».

«Какую машину?»

«Хонду.»

«Какого цвета?»

«Зелёная.»

«Ты случайно не видел номерной знак?»

«Нет. Зачем мне смотреть на номерной знак?»

«Что-нибудь необычное в машине? Вмятина на крыле? Разбитый задний фонарь, что-нибудь, по чему можно её опознать?»

«Я ничего такого не заметил.»

«Когда это было?»

«Когда я видел машину?»

«Да.»

«В пятницу вечером. Когда он вернулся в клуб, чтобы найти Тирану.»

«Проститутку, да».

«Она маникюрша.»

«Уверен, она отлично делает маникюр. Тогда ты и видел машину, да?»

«Да. На лобовом стекле был парковочный талон. Он его порвал и уехал.»

Бинго, подумал Олли.

Вернувшись в участок, Олли позвонил в 107-й участок и попросил предоставить ему все парковочные талоны, выписанные в пятницу вечером, 28 августа, с указанием зелёной «Хонды», припаркованной перед клубом «Сиеста». Один из сержантов ответил ему только в три часа. Он сообщил Олли, что зелёная «Хонда» была моделью «Аккорд», зарегистрированной на женщину по имени Корали Хьюберт, которая значится по адресу Кларендон Авеню, 1114, в лучшем районе Даймондбэка, насколько это было возможно. Олли взял такси в центр города. Он не любил водить машину, потому что руль и его живот всегда мешали друг другу. Кроме того, когда он брал такси, он списывал его на мелкие расходы отдела, а если кто-то задавал вопросы, он говорил ему, куда идти. Ещё одно преимущество такси заключалось в том, что оно позволяло ему вступать в оживленные дискуссии с пакистанскими водителями.

Первое, что Олли всегда делал с пакистанским таксистом — или, если на то пошло, с любым таксистом, который выглядел как чёртов иностранец, а это были все таксисты в городе, кроме одного — это показывал свой значок. Это делалось для того, чтобы позже не было горячих споров; некоторые из этих чёртовых верблюжьих жокеев были очень чувствительны.

«Полицейский», — сказал он сразу, показывая значок. «Я еду на Кларендон-авеню, 1114.»

Водитель ничего не сказал.

«Если вы меня услышали, моргните», — сказал Олли.

«Я вас услышал, сэр.»

«Хорошо. Вы знаете, где находится Кларендон-авеню?»

«Я знаю, где она находится, сэр.»

«Отлично, мы уже впереди. Я немного тороплюсь, Абдул, но я не хочу, чтобы вы превышали скорость.»

Водителя звали Мунсаф Азар, его имя было указано на красной карточке слева от жёлтого такси, но Олли называл всех пакистанских таксистов Абдулами. Это не только значительно упрощало жизнь, но и доставляло удовольствие наблюдать за медленным раздражением, когда таксист понимал, что не может злиться на полицейского.

«Я вижу, у вас сейчас атомная бомба (ядерная программа Пакистана, начавшаяся в январе 1972, обеспечила испытание ядерных боезарядов в мае 1998 года — примечание переводчика)», — сказал Олли приветливо.

«Да, сэр», — ответил таксист.

«Это значит, что вы скоро объявите войну Америке?»

«Америка — наш друг», — сказал таксист.

«Чушь», — сказал Олли.

«Правда, сэр».

«Даже несмотря на то, что мы больше не посылаем вам деньги?»

«Думаю, нам придётся как-то выживать», — ответил таксист.

Олли уловил в его голосе лёгкий сарказм? Одной из вещей, которые он ненавидел — помимо всего прочего, что он ненавидел — были иностранцы в широких штанах, пытающиеся выглядеть умными.

«Как вы собираетесь доставить бомбу на стартовую площадку?» — спросил он. «Повезёте на ослиной тележке?»

Таксист ничего не ответил.

«Упакуете её на верблюда?»

«У нас есть средства передвижения, сэр.»

«О, не сомневаюсь. По всей стране должны быть жёлтые такси, как и здесь. У большой индустриальной страны теперь есть бомба, и она может разнести всех на куски.»

«Мы живём в плохом районе, сэр.»

«Чушь собачья», — сказал Олли. «Все живут в плохих районах. Вот этот район — плохой. Вы видели в этом районе ядерные бомбы?»

«У нас есть могущественные враги, сэр.»

«Ах да, мой мальчик, я уверен, что у вас есть, и как это жаль. Вы спешите домой, теперь, когда ваша страна получила бомбу? Идёте защищать свою страну от всех этих могущественных врагов?»

«Я не спешу, сэр.»

«Уверен, что нет. А где вы жили, в ёбаной глинобитной хижине?»

«У меня была нормальная квартира, сэр.»

«Уверен, вы там нажили целое состояние, разъезжая на жёлтом такси по всему городу.»

«Мы бедная страна, сэр, это правда.»

«Но достаточно богатая, чтобы построить чёртову бомбу, да?»

«Мы просто пытаемся защитить себя, сэр. Америка тоже имеет бомбу, вы же знаете.»

«О, да?