Месть удалась на славу - Ирина Семеновна Левит

раз видел издали. Такая, знаете ли… фифа с надутыми губами в пол-лица. Наверное, муженек постарался, у него вроде какая-то крутая косметологическая клиника. А повариха у них… ей только кислое готовить. В общем, ничего особого про Зинчуков не скажу, не общаюсь я с ними. Привожу на машине продукты, и всё. Они в начале поселка живут, рядом с охраной, так что я всегда к ним на машине. А вот Иноземцевы с Дымарцевыми другое дело. Мужиков-то я тоже не знаю, я ведь в будние дни появляюсь, причем днем, мужики на работе. Да самого Дымарцева вообще долго не было, он… – Павлов осекся, но Вера успокаивающе кивнула:

– Я в курсе про Дымарцева.

– Ну да, вы ж следователь… Так вот у него всем заправляет теща Анна Федоровна. А последние года два с половиной постоянно живет внучка Дина, у нее сынок совсем больным родился… умер недавно… душа безгрешная… – Геннадий Николаевич с искренней скорбью вздохнул. – А сами женщины хорошие, уважительные… И Лидия Петровна Иноземцева такая же… У них поварих нет, сами пропитанием занимаются. Они не просто закажут-возьмут, в лучшем случае здрасьте – до свидания скажут, но и поговорить могут, иногда угостить чем-нибудь. Ну и я к ним со всем почтением. Когда много чего заказывают, тоже на машине доставляю, через главный въезд, меня по звонку в поселок пускают, а когда не так уж много – на тележке подвожу. Они-то в самом конце поселка живут, от меня на машине к ним большой круг делать, а с тележкой можно напрямки, со стороны леса, близко.

– Там же забор четырехметровый?

– Ну так что? На участке Иноземцевых калитка есть. А между Иноземцевыми и Дымарцевыми забора нет. Там на границе сирень посажена. А калитка железная, с домофоном. «Единицу» наберешь – к Иноземцевым, «двойку» – к Дымарцевым. Я к ним вот так часто ходил. И сами они ко мне так приходили, напрямки.

– Они приходили к вам? Зачем? – удивилась Вера.

– Ну… я же сказал, что женщины хорошие… уважительные… Я не возражал, что они летом не шибко часто, но приходили выбирать ягоды с грядки да с кустов… помидоры… огурцы… перцы… Ну то есть на что глаз ляжет… Они выбирали, а я им потом отвозил. Обычно они вдвоем приходили, Лидия Петровна и Анна Федоровна, а нынче где-то в начале июля с ними еще Дина пришла с мальчиком в коляске. Дина все пыталась мальчику показать, что как растет, он вроде смотрел, но понимал ли… А потом я их всех назад на машине увез, хорошо, что коляска складывается, а то и не знаю, как поместились бы в моей «копейке».

– А почему они не вернулись назад тем же путем, каким пришли? Мальчик притомился? – Это предположение показалось вполне разумным.

– Не-е-ет… – отмахнулся Павлов. – Мальчику-то что? Сидел в своей коляске и сидел. Это Лидия Петровна ногу подвернула. Ступила неаккуратно. Вот я их и повез в поселок. А больше они не приходили. Лидия Петровна ногу лечила, а у Анны Федоровны другие проблемы начались, мальчику их хуже стало. Так что я сам им продукты привозил.

– А кто был в курсе, что Лидия Петровна и Анна Федоровна к вам периодически наведывались?

– Ну, не знаю… Зинчуки точно не знали, я их повариху не приваживал, да она со мной разговоры и не разговаривала… А кто другой?.. – Геннадий Николаевич задумался. – А, да! – вдруг оживился он. – Татьяна, соседка моя, знала. Ну, раньше-то она их вроде не видела, а на днях, в нынешнюю субботу, Лидия Петровна и Анна Федоровна приходили как раз к Татьяне. Я должен был в пятницу им овощи привезти, даже в мешки упаковал, а меня скрутило. Позвал Татьяну, скорую вызвали. Но я все-таки позвонил Лидии Петровне, предупредил, что сам никак не смогу. Договорились, что назавтра, в субботу то есть, она с Анной Федоровной созвонятся с Татьяной и придут либо пришлют кого. А уж Татьяна потом, при надобности, поможет до поселка все довезти. И телефон продиктовал.

– А ваша соседка не могла им сама продукты доставить? – спросила Вера.

– Куда там! – вновь отмахнулся Геннадий Николаевич. – Она короткую дорогу к поселку не знает, да и не отважится. Татьяна женщина простая, она сама по себе к богатому поселку приближаться боится.

– Ладно, и что дальше было?

– Ну что-что… Лидия Петровна с Анной Федоровной пришли, Татьяна дом мой открыла, знала ведь, где запасные ключи лежат, а я мешки с овощами в прихожей положил, потом взяла из гаража тележку, я ее там храню, и они вместе все отвезли. Затем Лидия Петровна с Анной Федоровной мне позвонили, поблагодарили и даже спросили, чем помочь. А мне чем помогать? Меня сразу лечить начали. Но за внимание все равно спасибо. – Павлов улыбнулся чуть кривоватой улыбкой и вдруг посуровел: – Так я не понял: кто кому какие неприятности причинить-то хочет? И что с моей машиной?

– С машиной вашей, думаю, все нормально, – вновь успокоила Вера. – А по поводу всего остального мы разберемся. Но нам еще ваша помощь нужна.

– Так я вроде все вам рассказал, и какая от меня помощь в больнице-то?

– Мы просим вас разрешить осмотреть ваш дом, машину и гараж. И пригласим кого-то из ваших сыновей.

– Ну, смотрите что хотите, – пожал плечами Геннадий Николаевич. – Младшего сына зовите, у него ключи есть, а старший в командировке. Сына Колей зовут, телефон запишите… Я его предупрежу.

– Только предупредите завтра, – попросила следователь. – Мы оформим ваше согласие, свяжемся с сыном, если что, попросим вам перезвонить, а вы подтвердите. И еще. Большая к вам просьба: никому о нашем сегодняшнем разговоре ни слова. Ни-ко-му! Иначе вы можете очень сильно затруднить нашу работу, а подписку о неразглашении брать с вас не хочется.

– Подписки… расписки… – обиженно буркнул Павлов. – Попросили – и ладно, что я, на болтуна трепливого похож?

– Нет, конечно! – едва ли не с подобострастием заверила Вера. – Вы, сразу видно, серьезный человек. И мы вам очень благодарны! Выздоравливайте побыстрее!

– Да уж постараюсь, – вновь обрел миролюбие Геннадий Николаевич и добавил: – А вы с мошенниками, которые от вас якобы звонят, разберитесь. А то ведь они не только простых людей обманывают, но и ваши мундиры пачкают.

…Распрощавшись с Павловым, некоторое время сидели молча, а потом Роман сказал с досадой:

– Вот ведь засада. Куда ни кинемся, все на Дымарцева с Иноземцевым напоремся. И вроде каждый раз получается, что они не при делах, а все на них напарываемся. Теперь вот еще и на их семейства.

– Знаешь, Рома, – задумчиво произнесла