Раздевайся, отличница! - Марципана Конфитюр

кислые. Оставалась лишь позавтракать конфетами, оставшимися в нашем сластепроводе, да надеяться, что повара (по крайней мере, те из них, что не посвящают время установке в наших комнатах жучков и сборке и разборке пистолетов-пулеметов) заняты подготовкой праздничного обеда для бала иллюминатов.

Вернувшись в свою комнату, я обнаружила там прежнее оживление, отсутствие Клементины, да ещё Корнелиуса у моей двери. Сегодня его физиономия сменила цвет с фиолетового на желто-зеленый, но по-прежнему была далека от нормальной расцветки. "На балу будут по видео родители! — пронзила меня мысль. — Они увидят!"

Очевидно, Корнелиус думал о том же.

— Слушай, у тебя есть женские замазки... или как их там? Ты можешь мне закрасить синяки?

Я завела Корнелиуса в свою комнату, вытащила тональник и пудру и принялась рисовать ему физиономию человеческого цвета.

Тут опять пришла принцесса.

— А это "Лянвен"! — сообщила она, уже переодетая. — Как ты думаешь, в чем лучше?.. Ой, Корнелиус! Можно я тоже покрашу твои синяки? Я умею!

Не успели мы ответить, как дверном проёме появилась голова другой девчонки:

— Ой, Корнелиус! Если хочешь макияж, то вот совет: соседка Малгожаты его делает отлично, но у ней очередь уже три человека!

— Да отстаньте все! — взмолился "брат". А потом попросил меня: — Мирра, давай в моей комнате!

Я согласилась.

В комнате Корнелиуса царил невозможный свинарник. А ещё лежал Леон в трусах, который то и дело отпускал шутки про синяки, макияж и про Клементину. Корнелиус мрачно зыркал то на него, то на меня, но в основном молчал. Думаю, не будь здесь его соседа, он ещё раз высказал бы мне про то, как я всё испортила, и про то, что скоро Виктор за всё ответит.

В общем, синяки "брата" я кое-как замазала.

Пошла к себе обратно...

... И уже из конца коридора поняла, что дело не ладно.

Дверь в мою комнату была распахнута настежь. Наверное, это не бросалось в глаза, потому что ещё несколько дверей в коридоре находились в том же виде... Но я-то ее так не оставляла! Это чёртов Корнелиус забыл закрыть ее, уходя!

И теперь...

Я бегом вбежала в комнату.

Ну вот.

Уже случилось.

На полу лежало моё бирюзовое платье: вернее, то, что от него осталось — несколько бесформенных кусков ткани со следами то ли маникюрных ножниц, то ли когтей саблезубого тигра. Платье не просто порвали — его растерзали в клочья, и с такой ненавистью, словно это была я сама.

Чёрт, чёрт, чёрт!

Пойду на бал в футболке с джинсами, это вообще не проблема. Думаю, после двадцати минут с Лоуренсом перед мероприятием мне вообще будет плевать, во что одеться. Другое дело, что стоило это чёртово платье ползарплаты моей мамы! И кто его порвал, сомнений не было.

Я бросилась к соседней двери и заколотила в нее что есть силы.

— Элисон! Сволочь! А-ну, выходи! Разговор есть!

— Кто из нас сволочь, это ещё вопрос! — отозвалась с готовностью эта жаба из-за двери.

— Ты, потому что посмела испортить чужое имущество! Ты на него заработала?! Ты хоть знаешь, что такое труд?!

— Знаю-знаю, это то, чем занимается прислуга! — И тут Элисон противно захихикала. — Может, тебе пойти на бал в костюме горничной? Только юбку сделай покороче, чтобы под нее все преподаватели заглянули! Станешь сразу всехней секретуткой!

— А-ну выйди ты, тварь!

— Ну и что ты мне сделаешь?

Что-то сделаю, не сомневайся! Я ринулась в свою комнату в поисках каких-нибудь чернил или лучше краски, чтоб облить или платье этой гадюки, или, если она ещё не нарядилась, саму ее рожу и волосы.

Маркеры, ручки, резинки, бумажки... Не то! Может, есть у Клементины?..

— Мирра! — вдруг раздался голос сзади.

Я обернулась.

На пороге была Клементина. Как и все рыжие, она и так-то не отличалась особой смуглостью или склонностью к загару, но сейчас ее лицо было даже не бледным, а уже зеленоватым. В красных глазах Клементины был ужас.

Она медленно закрыла дверь и произнесла:

— Мирра, там трупы.

— Какие трупы?! Где?!

В первую секунду мне пришло в голову, что соседка сошла с ума и теперь у нее бред.

— В общем, мне не спалось... Я хотела побыть в одиночестве, — заговорила она очень медленно, словно бы шла по канату. — Сидела в беседке... Потом встретила рассвет... Потом решила посмотреть на океан, пошла на пирс... И знаешь, там стоял ужасный запах! Ну я решила выяснить, что к чему, а заодно окунуться для бодрости... Думала, холодная вода поможет мне прийти в себя...

— А почему ты была не в себе? Почему не спала? — Осторожно спросила я.

— Сейчас не в этом дело, — механически ответила соседка. — В общем, я разделась, слезла в воду, нырнула под пирс... Слушай, Мирра, я даже не знаю, кому сообщить! Их там трое!

— Кого?!

— Мертвецов. Лежит. Под пирсом. Трое. Я их видела.

59. Воскресенье, 30 сентября. 10:50

Через минуту Клементина сидела на кровати и пялилась в одну точку, а я бегала по комнате в поисках купальника, то и дело наступая на останки своего бирюзового платья, гибель которого, как и вообще вся история с Элисон, казалась теперь такой мелочью.

— Сейчас я посмотрю на них и, может, опознаю, а там решим!

Что решать? Всё было ясно. Единственный человек, имеющий власть на кампусе, к которому у меня был доступ, это был мистер Вэнс. Очевидно, что мне надо позвонить ему. Вот только убедиться, что Клементине не померещилось. Она явно еще с ночи не в себе, так что мне стоит убедиться, существуют ли три трупа в самом деле. Опознать я их, конечно, не смогу. Просто не хочу обижать соседку своим недоверием.

— Ты не сможешь опознать, — пробормотала Клементина. — Они там на людей-то не особенно похожи... Раздутые, серые... Я случайно прикоснулась к одному... бррр! Открыла глаза с перепугу... Вода-то солёная!.. Больше пары секунд невозможно смотреть, ест глаза.

— Значит, нужно очки! Или маску! — Произнесла я, вытаскивая купальник из ящика с бельём, где он лежал с тех давних пор, когда мы с Элисон дружили, а я считала, что влюбляться в преподов — нелепость. Охохо. — У тебя есть?

— Нет, конечно.

— У меня тоже нет.

— Где же взять? Погоди-ка...

Я вспомнила, как десять дней назад, в прошлый четверг, Корнелиус купался с пирса вместе со своим соседом Леоном. Он тогда сказал, что «принял квест», и убежал... А перед этим Леон вылез из воды... И вот у него-то очки как раз были!

Так. Я знаю, где они живут. Я