Раздевайся, отличница! - Марципана Конфитюр

надеюсь, что Леон всё ещё в комнате, как был там только что. И в крайнем случае у меня есть повод, чтобы без приглашения наведаться в мужскую часть общаги: я скажу, что ищу свою кисточку для макияжа...

* * *

Через пятнадцать минут я спускалась с причала. Нижняя половина моего тела уже покрылась мурашками от холодной воды, верхняя сделала то же самое из-за пронизывающего океанского ветра. Если бы моя душа была волосатой, то и на ней сейчас шерсть дыбом встала бы от понимания того, что я скоро увижу. И всё-таки ужаса не было. Холод бодрил, не давая совсем уж впасть в панику. Кроме того, ощущение нереальности происходящего подпитывало во мне надежду на то, что соседка приняла за трупы какие-нибудь мусорные мешки, принесенные течением из Кейптауна, и сейчас всё прояснится.

— Надо было из парней позвать кого-нибудь, — сказала Клементина, стоявшая на причале.

— Сами разберемся.

Я надела очки, задержала дыхание и нырнула в недружелюбный зелёный космос.

Снизу пирс выглядел словно загадочный инопланетный лес, к которому пробивались полоски света, проходившие меж досок. Деревья-сваи уже густо поросли оранжевыми кораллами, так что от мысли ухватиться за одну я отказалась. Стая красных рыб метнулась прочь при моём появлении. Огромный рак, перебежав через затопленный кроссовок, исчез из поля зрения. Но главное: между опор, словно рыбы, застрявшие в гигантской сети, болтались, покачиваясь, три подобия человека.

Серые, раздутые, застывшие в неестественные позах, они были похожи на творения бездарного скульптора, вообразившего, что может создавать людей из грязи. Лицо ближайшего было повёрнуто в мою сторону, хотя плавал он на животе. Из-под его клетчатой рубашки, сшитой из разноцветных кусков фланели, вылезла мокрица, быстро пробежала через шею, оказалась на лице, задев за водоросли, длинной ниткой плававшие прямо перед носом мертвеца...

А, стоп!

Это не водоросли.

Это были его собственные усы!

Очень длинные усы. Рубашка в клетку. Мост через красный бассейн. Я и Элисон. Пар. Разговоры о Вэнсе... Садовник!

Я всплыла.

Воздух пах мертвечиной, но вдох было сделать ужасно приятно. Перед глазами теперь снова был знакомый пирс с знакомой Клементиной. Впрочем, перед мысленным взором по-прежнему стояла картина с плавающими мертвецами.

— Ну и что? — Спросила Клементина.

— Там садовник! — Объявила я, скорее вылезая и спеша надеть халат. — Двух других я не узнала... Но ты знаешь, что? Я уже какое-то время назад заметила, что садовник пропал. А знаешь, кто пропал ещё раньше? Библиотекарь!

— Значит, там библиотекарь? Ты сейчас нырнёшь ещё раз убедиться? — Равнодушно поинтересовалась соседка.

— Ну уж нет, мне хватило! Не уверена, что смогу забыть это зрелище хоть когда-то...

— Да, я тоже.

— Ну, в общем, — сказала я. — Я звоню Вэнсу. Он же всё-таки проректор. Пусть решает.

— Пусть решает, — согласилась Клементина. — Кстати, я передала ваше пожелание Андреасу, он всё сделает. В три часа можете уединиться... Ну, или нет, как хотите... Мне что-то не очень. Пойду, полежу, ладно, Мирра?

Я была ещё в шоке, но всё же сумела заметить: со вчерашней ночи Клементина ни разу не назвала меня «Вукси».

60. Воскресенье, 30 сентября. 11:20

Вид мистера Вэнса, вылезающего из океана в одних трусах (не считая очков Леона), показался бы мне умопомрачительно волнующим — если бы не обстоятельства, заставившие его туда окунуться.

С моего погружения прошло полчаса. Кроме нас сейчас на пирсе не было никого.

— Так и есть, — вздохнул Лоуренс. — Библиотекарь. Я узнал его по твидовой жилетке. А третий — шеф-повар. Ты когда-нибудь видела нашего шеф-повара?

— Нет, ни разу.

— Так вот, это он. Охохо... Час от часу не легче. Впрочем... Чего-то подобного все мы и ждали.

— Кто — вы?

— Ну руководство. Сорос, я и миссис Олби.

— Это кухонная банда?

— Кто ещё-то?.. Впрочем, это было дело времени... С тех пор, как мы осознали, что эта троица бесследно испарилась, постоянно жили в ожидании такой находки. То, что это случилось в день бала — огромная пакость. Но то, что их нашла именно ты — это огромное везение.

— Их нашла Клементина, — поправила я, наблюдая заворожённо за тем, как Вэнс снял мокрые трусы, а потом надел джинсы на голое тело. Сверху у него была футболка с супом «Кемпбелл» — кажется, та же самая, что и ночью. — Правда, она ещё до этого какая-то расстроенная стала. Ходит словно сама не своя, разговаривать толком не хочет.

— Не хочет — и отлично. Значит, меньше разболтает, — сказал Вэнс. Потом, одевшись полностью, обнял меня за плечи. — Мирра, можно попросить тебя тоже пока молчать об этой находке?

— Разве мы не должны их... ну... вынуть?

— Может, и должны, но куда мы денем полуразложившиеся трупы? В холодильники на кухне? Ну уж нет. Боюсь, им придётся побыть в воде ещё одни сутки, пока следственная комиссия не приедет. К тому же, для неё наверняка будет полезнее найти жертв в неприкосновенности, как были, и без наших отпечатков.

— И мы отправимся на бал как ни в чем не бывало, зная, что...

— А какой у нас выбор? Если поднимем шумиху, то бал, разумеется, отменится, родители студентов встанут на уши, половина захочет забрать своих отпрысков прямо сейчас, вторая решит сделать это чуть погодя... В любом случае, корабль со спецназом и следователями придёт завтра. Вопрос только в том, приведёт эта вся история к немедленному закрытию Академии и увольнению нас всех отсюда к чертям... Или мы всё-таки сможем предъявить родителям студентов уже раскрытое дело, уже пойманных преступников... и сохранить Академию.

Немедленное закрытие Академии — это звучало ужасно. За месяц я уже успела полюбить это странное место, открывавшиеся здесь тайные знания, безумную соседку, океанские волны, бьющиеся об камни, бугенвиллеи у красного бассейна, пневмопочту со вкусняшками, шкаф в кабинете у Вэнса, пещеру для тайных свиданий... Закрытие Академии поставило бы под огромный вопрос мою будущую карьеру. И, конечно, оно навсегда разлучило бы Лоуренса и меня.

И всё же...

— Лоуренс, но как мне молчать, как мне верить тебе, если ты даже толком не объясняешь мне, что к чему? Ты намекал, что в том году нечто похожее уже было. Теперь ты говоришь, что администрация Академии ожидала обнаружения этих тел. Я давно подозревала, что ты знаешь куда больше, чем рассказываешь! Может, ты вообще в курсе всего? А тогда почему я должна быть в неведении?! Меня это касается не меньше твоего!

Лоуренс тяжко вздохнул.

— Не хотел загружать тебя этим. Мне хотелось, чтобы ты была весёлой и игривой, а не думала день и ночь о происходящем.

— Теперь