Зарубежный детектив 2026-15 - Салли Эндрю

– Я тоже, когда впервые услышал об этом, подумал: «Что за фигня?» Но когда моя младшая сестра пострадала от того, что, кроме как кокухара, никак не назовешь, я понял, что это серьезная проблема, и пересмотрел свое отношение к этому. Моей сестре внезапно признался в чувствах человек, с которым она даже ни разу не разговаривала. Конечно, она ему отказала, но он и после этого при каждой возможности снова и снова признавался ей. В итоге это было десятки раз.

– Жуть. – Салли погладила руки, которые были все в мурашках.

– Возможно, у него просто были настолько сильные чувства, но его эгоизм чем-то похож на эгоизм сталкера из истории Уруру. В действительности моя сестра даже чувствовала, что она в опасности. Но, вопреки ожиданиям, окружающие жалели этого мальчика. Если она советовалась с кем-то, ей говорили: «Почему бы не встречаться с ним?» Более того, постепенно в ее сторону стали совершать нападки, говоря, что она самоуверенна, так как популярна. …В итоге она сейчас не ходит в школу.

– …Жалко твою сестру, – с печальным выражением лица сказала Уруру.

…Понятно. Когда слышишь слово «кокухара», создается впечатление, что это что-то несерьезное, но то, что происходит в данном случае, – это по факту причинение вреда.

– Именно из особых чувств рождается привязанность. Думаю, что это непреложная истина. На мой взгляд, любовь и убийство не столько похожи, сколько как бы являются двумя сторонами одной медали или, точнее будет сказать, зеркальными отражениями… Думаю, что именно это и есть общее между ними, – сказал Агацума и таким образом как бы подвел итог своей истории.

Любовь и убийство.

От воспоминаний о «Верном союзе» разговор перешел в неожиданное русло. Однако я вдруг подумал, что этот фактор на удивление имеет отношение и к нашему делу.

Если влюбиться – это своего рода инцидент, то, возможно, убийство – это в каком-то смысле наивысшее признание.

У преступника, совершившего убийство на Урусидзиме, тоже были какие-то чувства или привязанность к жертве?..

Зацепкой это, конечно, не назовешь, это была мысль, основанная исключительно на интуиции. Тем не менее я решил на всякий случай держать ее в голове.

– …эти истории о многом заставили задуматься. И твоя, Уруру, и твоя, Ё, – проронила вскоре Салли с серьезным выражением лица.

– Ну, если мы говорим только о любви, то, по сути, любовь – это здоровые поступки и эмоции, и в ней должно быть больше хорошего, чем плохого. Изначально это положительная энергия, благодаря которой мы можем усердно трудиться ради любимого человека, решаться на то, что мы обычно не можем сделать. А когда все усложняется, это неправильно… И от этого грустно. – Уруру потянулась, словно пытаясь стряхнуть с себя влажный воздух, после чего посмотрела на часы. – Тем не менее это была неожиданная дискуссия в неожиданной компании… Хотя мне кажется, что мы говорили слишком серьезно. Но если мы продолжим разговаривать в таком духе еще один или два часа, мы все будем в подавленном настроении. Давайте сделаем паузу. Эм-м, 10:15. Еще можно немного поспать. Поэтому прошу меня простить, но я пойду к себе. До обеда еще есть время, что вы будете делать? – спросила она, и мы втроем переглянулись.

Салли, немного подумав, изъявила желание вслед за Уруру тоже пойти к себе в комнату.

Что касается меня, на самом деле меня все это время беспокоило то, что я возложил на Нагисако хлопотную роль. Даже если я останусь в коттедже, я все равно только и буду делать, что думать о деле. А думать можно и прогуливаясь по острову. Наоборот, голова будет лучше работать, если дышать свежим воздухом и двигаться.

Поэтому я сказал, что попробую сейчас догнать Хаимуру, и, к моему удивлению, Агацума вызвался пойти со мной. Похоже, его заинтересовала та пещера.

Я на время попрощался с Уруру и Салли. Мы с Агацумой взяли только фонарик и воду и выскочили на палящее солнце.

6

– О, здесь и правда бухта! Сиори, иди скорей сюда! – крикнул Агацума, который шел впереди.

Это не поможет…

Мне было очень трудно продвигаться по каменистому участку, который время от времени омывали волны.

Фигура Агацумы уже давно пропала из моего поля зрения. Потому что он шел бодрым шагом и уже обошел ту нависающую скалу. Чувствуя себя раздавленным из-за разницы в природных физических возможностях, я сосредоточил все свое внимание на том, чтобы продвигаться медленно, но верно.

Мои кроссовки насквозь промокли. Я два или три раза упал и приземлился на задницу, из них один раз упал в приливный бассейн, из-за чего у меня промокла рубашка и штаны. Я не думал, что дорога будет настолько полной приключений… Уже чувствуя некоторое сожаление, я наконец добрался до нависающей скалы, ухватился за нее руками и осторожно перебрался на ту сторону.

И передо мной вдруг открылся вид.

Там был песчаный пляж, который я видел впервые. Маленький пляж в форме полумесяца, размером примерно одна десятая главного пляжа Урусидзимы.

Агацума, игравший с волнами, заметил меня и широко машет мне рукой:

– Как здесь круто! Это частный пляж!

На необитаемом острове любой пляж частный, но я воздержусь от глупых комментариев. Действительно, здесь была атмосфера уединения. Вероятно, из-за плохой доступности его не смогли использовать, но как место для съемок он казался даже более привлекательным, чем главный пляж.

– Эм-м-м… а где пещера? – спросил я Агацуму, вспомнив об изначальной цели.

В пределах видимости ничего подобного нет.

Агацума тоже пожал плечами:

– Не видно. Это пока только промежуточная точка? …А, смотри. С другой стороны. Похоже, от края пляжа можно пройти еще немного дальше.

И мы вдвоем пошли по песку в ту сторону, куда он показал.

Когда мы дошли до края пляжа, под ногами стало больше гравия и камней и сразу появился еще один каменистый участок, по которому было сложно идти.

Опять придется какое-то время идти по такому месту?..

И в тот момент, когда мне уже все начало надоедать, впереди я увидел человека, который стоял там один.

Хрупкий силуэт не похож на силуэт взрослого мужчины. Значит…

– Нагисако! – окликнул я. Даже издалека я смог увидеть ее растерянный взгляд.

– …О, Сиори и Агацума? Вы тоже пришли! – с небольшим запозданием узнала нас Нагисако, взявшись за дужки очков.

– Подумали, что было бы неплохо посмотреть на ту самую пещеру… О! Это она? – восхищенно сказал Агацума, и я вслед за ним перевел свой взгляд на нависающую скалу рядом с Нагисако.

А там тьма широко раскрыла свою пасть. Массивная скала только в одном