Хэвен - Том Диди

от возвращения к прежней жизни, было лишь частью того, что он помнил о подземной пещере. Когда эксперимент только начался, он выглядел захватывающим, немного страшноватым, но в итоге все должно было кончиться хорошо. Когда Мосси и Тони стали понимать, что у Ганлингера были другие планы относительно результата их работы, они взяли дело в свои руки.

Они проводили собственные исследования, за которыми следовали изнурительные эксперименты, часто длящиеся всю ночь, даже когда на следующий день их ждала полноценная работа. Но они сделали то, что задумали. Они обнаружили простой предохранитель, который позволял остановить эксперимент, если он выйдет из-под контроля.

Мосси записал формулу в этой книге, в этой главе. Он опустил голову на руки, глядя на книгу, которую считал своим спасением. Как это могло быть? Баллоны, найденные им в банковской ячейке, доказывали, что это не было ложным воспоминанием, вызванным алкоголем.

Вдруг его глаза расширились, когда он посмотрел на обложку. Внизу книги он увидел магические для него слова: в нижней части обложки было напечатано «Пятое переиздание». Он быстро перевернул страницу с авторскими правами и нашел то, что искал. Это издание книги было напечатано в 1965 году – двадцать лет спустя после того, как Мосси сделал свои записи.

Его кратковременное облегчение сменилось чувством тревоги. Оригинал, должно быть, исчез, его заменили этим новым изданием. В спешке опрокинув стул, Мосси вскочил и вернулся к полкам. К счастью, в исследовательском зале никого больше не было. Мосси обшаривал шкафы взглядом, но уже знал, к какому результату это приведет.

– Могу я вам помочь?

Мосси вздрогнул от голоса позади. Это была библиотекарша. Она, должно быть, услышала шум и не пыталась скрыть свое недовольство.

– О… Э-э, да, возможно, вы сможете, – забормотал Мосси, ставя стул на место. – Я ищу оригинальное издание этой книги, напечатанное в сороковые годы. Ранее я проводил кое-какие исследования и делал заметки, но теперь, когда я читаю этот том, кажется, что он изменился. Есть ли шанс, что оригинал еще где-то сохранился?

Он замолчал, задаваясь вопросом, не звучит ли он для нее так же абсурдно, как для самого себя.

Судя по всему, нет. Она подошла к столу, чтобы взглянуть на название.

– Обычно мы не выбрасываем книги, если они не находятся в крайне плохом состоянии, и даже тогда мы стараемся их пожертвовать. Мы, как правило, архивируем старые издания, если нет значительных изменений; в противном случае оставляем обе версии на полке.

– А, понятно. Я уже проверял полку, но не нашел. Не могли бы вы заглянуть в архив?

Он ослепительно улыбнулся – улыбкой, которая когда-то производила впечатление на дам.

Она улыбнулась в ответ, явно довольная тем, что в ее библиотеке оказался такой знающий человек.

– Конечно, я сейчас проверю.

Библиотекарша уверенно направилась к двери между стеллажами, которую Мосси даже не заметил. Он взглянул на старые часы на стене. Стрелки, казалось, двигались еще медленнее, чем шло реальное время. Прошла вечность, прежде чем библиотекарша вернулась. В руках она держала очень старую потрепанную книгу.

Мосси снова посмотрел на часы и понял, что она отсутствовала всего пять минут. Должно быть, у них очень эффективная система архивации, подумал он.

Она протянула ему книгу:

– Это единственный экземпляр, который у нас есть. Он может быть немного пыльным. Пожалуйста, обращайтесь с ним осторожно и верните мне на стойку, когда закончите.

Она снова улыбнулась и ушла обратно в основную часть библиотеки.

Мосси быстро перелистнул книгу до той же главы, что и прежде. Вот она, точно такая, какой он ее помнил. Внизу страницы черными чернилами была сделана длинная и на первый взгляд бессмысленная последовательность букв и цифр. Для кого-то другого это показалось бы ерундой. Для Мосси же это было искупление.

52

Роберт Ортис ненавидел ждать. Большая часть полицейской работы была совсем не такой, как показывают по телевизору. Погони на машинах, перестрелки, схватки с подозреваемыми и допросы в холодных пустых комнатах – все это случалось крайне редко. В основном это была игра в ожидание. Ты часами ждешь, когда появится подозреваемый. Ты ждешь, пока перезвонят. Ты ждешь даты суда, чтобы наконец посадить какого-нибудь ублюдка.

Сегодня Ортис ждал женщину, точнее девочку, пока она проснется. Он уже два часа находился в душной стерильной палате, бродя между окном и стулом у кровати. Ждал.

Он снова встал со стула и вернулся к окну. Снаружи в полуденном зное мерцал Хэвен. Люди спешили, привозя пациентов в больницу или отвозя выздоровевших домой. Большинство даже не подозревало о девочке в этой палате, о самом Ортисе и о том, что происходило в их тихом городке. Внизу, на парковке, мальчика на костылях усаживали в машину. На улице неподалеку женщина уронила сумку с продуктами, и двое мальчиков слезли с велосипедов, чтобы помочь ей. Их обычная жизнь текла своим чередом, не замечая девочку с полицейским.

С кровати за спиной Ортиса донесся тихий стон. Он обернулся и увидел, как мирный, вызванный успокоительными сон девочки становится прерывистым. Стон стал громче, она замотала головой из стороны в сторону, а затем стала метаться по кровати. Прежде чем Ортис успел подойти к ней, Шерил Перуа внезапно села, широко распахнула глаза и уставилась ужасно встревоженно. Это не был туманный растерянный взгляд, которого он ожидал, а напряженный, полный вопросов и страха.

– Где Карл? – спросила она.

Ортис почувствовал, как у него сжалось сердце. Ожидание – не самое страшное, вспомнил он. Гораздо труднее было сообщать людям о смерти их близких: в данном случае – ее собственного ребенка. Но была она жертвой или преступницей?

– Мисс Перуа, меня зовут Роберт Ортис, я офицер полиции Хэвена. Я хотел бы…

– ГДЕ МОЙ РЕБЕНОК?! – выкрикнула женщина-девочка – и на ее лице появилось выражение, которое Ортис уже видел раньше: смесь воспоминания, которое она считала правдой, и отчаянной надежды, что это не так.