Одиннадцатый палец - Цинь Мин

обычно разуваются только в помещении. Этот старик был не простым человеком, он владел мануфактурой, поэтому ему просто по статусу было не положено ходить по улице босиком.

– А в той позе, которую ты описал, разве не остались бы на земле капли крови? – снова спросил Линь Тао.

– Кровотечение из раны на лбу было небольшим, капли падали прямо в грязь после дождя, разве получится их найти? – ответил я.

– Тогда зачем убийца «как черт водился кругами»? – не унимался следователь. – Неужели заблудился?

– Думаю, нет, – ответил я. – Если б убийца заблудился и у него возникло бы ощущение «черт водит кругами», то он в панике сразу же бросил бы тело, а не стал бы ходить вместе с ним. Мне кажется, убийца пытался найти местечко поукромнее, чтобы спрятать труп, но все никак не мог выбрать. Голоса школьников испугали его, поэтому он выбросил тело в пруд, который приметил ранее. Точнее, опустил, а не бросил. Травм спины у покойного не было обнаружено, значит, он ударился об воду несильно. Хотя для убийцы опустить жертву в воду было легко, ему все равно потребовались определенные усилия, и его ботинки увязли в иле.

– Но на месте происшествия не видели никаких следов босых ног, – сказал Линь Тао.

– Если убийца был в носках, то следов ступни и не будет, останутся только нечеткие очертания носка. Мы знаем, что от дороги к пруду ведет тропинка. Я считаю, что убийца в носках сбежал по ней. А вскоре по этой же тропинке прошлись сотрудники полиции, которые затоптали следы от носков, поэтому вы и не смогли их найти.

– Вполне вероятно… – Линь Тао посмотрел на меня с восхищением. – Место происшествия достаточно большое, следы от носков оставляют легкий неглубокий след, а мы все это время искали какие-то четкие следы – пальцы ног, узор подошв… След от носка мы при всем желании не нашли бы.

– Тогда я вроде как все объяснил. Думаю, мне удалось убедить всех? – спросил я.

Все присутствующие кивнули.

– Может, у вас и примерный портрет преступника есть? – спросил начальник Чжао.

– Конечно. Думается мне, что это его сын.

– Э… А какие основания?

– Во-первых, преступник после убийства разнервничался и пытался как можно скорее избавиться от тела. К тому же покойный был убит в помещении; скорее всего, он оказался в нем, потому что знал своего убийцу. Во-вторых, преступник не бросил тело погибшего, а положил на берег озера, хотя намного проще было просто кинуть его в глубь озерных вод, где его еще долго никто не нашел бы, – это говорит о теплых чувствах со стороны нападавшего. В-третьих, Се Хао вел себя странно, после того как ему сообщили об инциденте. Его показания противоречили тому, что мы узнали о погибшем, да и уж очень рьяно он противился проводить вскрытие и торопился кремировать тело. В-четвертых, у убитого нет родных или людей, которые желали ему зла, – следствие не обнаружило возможных мотивов. Круг общения погибшего очень узок, поэтому найти подозреваемого проще простого.

Начальник Чжао одобрительно кивнул:

– Я так понимаю, место преступления – дом Се Хао?

– Очень вероятно. Я думаю, дальше у нас всего два этапа расследования: первый – тайный обыск дома Се Хао, а второй – опрос друзей Се Хао, не его ли это ботинки.

* * *

Пока следователи прессовали Се Хао на мануфактуре, мы воспользовались удивительным мастерством Линь Тао взламывать замки и проникли в дом к подозреваемому.

Это был одиноко стоящий дом. Говорили, что Се Хао любит уединение, поэтому Се Циньгун потратил большие деньги, чтобы купить ему этот чудесный домик в пригороде.

В центре дома располагалась общая гостиная с мебелью из натурального дерева, мраморным полом и диковинной отделкой.

– С чего начнем? – спросил Дабао.

– В чистоте легко найти пятно, – сказал я. – Смотри…

Затирка между стыками гранитных плиток была белого цвета, но между центральными плитками виднелось несколько темных пятен.

– Сюда, Дабао, готов поспорить на тарелку говяжьей лапши, что это человеческая кровь, – сказал я.

– Хорошо, спорим; я говорю, что нет, – ответил Дабао.

Предварительный анализ с помощью раствора тетраметилбензидина показал положительный результат.

– Отлично, вот и на ужине сэкономил… – Я был в радостном предвкушении – естественно, не из-за тарелки лапши.

Дабао тоже не скрывал радости:

– Без проблем; я тебе еще на десять юаней добавку мяса оплачу.

* * *

В доме Се Хао мы нашли пятна крови погибшего, а еще следы отмывания пола. После опроса работников мануфактуры выяснилось, что ботинки, найденные на месте преступления, принадлежат отнюдь не Се Циньгуну, а Се Хао.

У нас было два неоспоримых доказательства вины последнего, поэтому тот не стал ее отрицать.

– Я любил своего отца. Я знаю, как ему тяжело было поднимать меня на ноги, но он все равно давал мне все лучшее.

– Чего ж тогда убил?

– Всему виной его дурной характер. Он слишком жадный и расчетливый. Из-за этого кирпичная мануфактура не могла расширяться. Я много раз просил его дать мне взаймы; учитывая, какие у нас каналы продаж, мы бы по-любому всё реализовали. Но он каждый раз не соглашался. Юридически мануфактура принадлежала ему, а у меня нет никаких прав. Я просто не хотел стоять на месте, хотел расширить дело, вот и всё.

– И это послужило причиной убийства?

– Позавчера вечером он пришел ко мне домой поужинать. Я сказал ему, что он болен, на лекарства нужны средства, а чтобы окончательно вылечиться, нужно еще больше денег. При нынешних производственных мощностях нам едва хватает на одежду и продукты, и просто необходимо расширяться. Не знаю, что на него нашло – может, не принял лекарства, – но он встал из-за стола и ударил меня. Вот я его и толкнул…

– Согласно заключению судмедэкспертизы, все было не совсем так; он умер не потому, что ударился об стол. Я верю, что ты сейчас очень сожалеешь о произошедшем, но не стоит юлить.

Голова Се Хао поникла. После долгих размышлений коренастый мужчина заговорил, роняя слезы:

– Я расскажу… Он правда ударил меня. Но я посильнее его, поэтому со злости схватил его за руки и повалил на землю. Он продолжил ругать меня, говорить, что я недоносок… Я вышел из себя, взял его за волосы и ударил головой об пол. Я и сам не понял, как повторил это несколько раз… пока не убил. Я не хотел, правда…

– Как ты понял, что он мертв?

– Я поднес руку к его носу – он не дышал.

– Ах, вот оно что… Знаешь, не все то правда, что в телевизоре показывают. Слабое