Янтарное лето - Мидзуки Цудзимура

и в самом деле могли звать Микой. И они с Норико вполне могли оказаться одногодками. Но что, если это – всего лишь совпадение? Может, там были и другие девочки с таким же именем?

Она ведь даже не похожа на ту самую Мику.

Эмоции обуревали Норико, но, лишь взглянув в глаза Танаке, она уже не была так уверена. Микино лицо… Как вообще она выглядела?

Казалось бы, у нее сохранилось столько воспоминаний, но вот лицо Мики практически стерлось из памяти.

И да, по Танаке не скажешь, что ей сорок.

Они с Норико одного возраста. А все это время ей казалось, что та старше. По сравнению с другими женщинами их лет она одевалась не так модно, не красилась и, что важнее всего, в целом выглядела ужасно усталой, совершенно несоответственно своим годам.

– Мне иногда говорят такое.

Норико лишь продолжала молча смотреть на нее.

– Каждый раз, как о «Школе» упомянут где-нибудь в СМИ. Обязательно найдется кто-нибудь, кто скажет: «Давным-давно я ездил в их лагерь», или «Я некоторое время провел в Училище». Такие часто дают интервью новостным каналам. «Я прекрасно это понимаю, сам был там», «Я переживаю» и так далее. Как Кэн Кикути, например.

Она снова криво усмехнулась. Было что-то пугающее в этом красивом лице, словно плывшем перед глазами Норико в темном коридоре. До этого она не воспринимала Танаку в подобном ключе – черты ее казались Норико максимум аккуратными. А сейчас все это вдруг обрушилось на нее с новой силой. Мика-тян была такой хорошенькой. И это прежнее впечатление смешивалось теперь с впечатлением от улыбки Танаки. Они как будто накладывались друг на друга.

Упоминание о Кэне Кикути снова заставило Норико похолодеть.

Чувство отвращения и стыда, что она ощутила по отношению к нему, незаметно вернулось и невыносимой тяжестью опустилось на плечи. Словно Танака имела в виду, что Норико не слишком-то далеко от него ушла.

– Я точно не помню, но, уверена, мы с вами ходили вместе к роднику, – продолжала Танака, не сводя взгляда с Норико. – А еще на берег реки. И, наверное, ели фруктовый лед, да? Некоторых детей это совсем не интересовало, но мне нравилось помогать в лагере, и я каждый год первой вызывалась в качестве добровольца. Поэтому ко мне до сих пор обращается множество людей, которые когда-то там побывали. Такие встречаются даже среди журналистов, которые приходят, чтобы взять интервью. «В детстве я ездил в ваш лагерь», «Я особо ничего не знал про “Школу”, мне просто родители предложили», – так они обычно говорят. И лишь исходя из того, что когда-то им довелось провести весьма короткое время в Училище, они считают, что могут понять нас, могут представить, что мы чувствуем.

Несмотря на деликатную улыбку, голос ее оставался абсолютно холодным. От звука этого голоса Норико казалось, будто кровь отлила от головы.

Танака все еще сверлила ее взглядом, слегка задрав подбородок вверх.

– Значит, и вы, Кондо-сан, к нам приезжали. Да уж, журналисты у нас уже были, а вот адвоката пока ни одного.

Было что-то мучительное для Норико в ее бесцветном, мрачном голосе.

Она все еще пыталась совладать с эмоциями и не знала, как реагировать. Норико окончательно запуталась.

Может, это не Мика вовсе? Да, вероятно, Танаку действительно зовут Мика, но вряд ли она та самая девочка, с которой Норико пересекалась в летнем лагере. Или нет? Почему ей самой так хочется в это верить? Но если она заговорит, то, скорее всего, только еще больше разозлит Танаку.

В беспорядочном хаосе мыслей в ее голове вдруг возник один вопрос. Ей об этом рассказывал Кикути, поэтому Норико не была до конца уверена, правда ли это.

– Танака-сан, но ведь вы же жили в Училище на Хоккайдо… – все еще не в силах совладать с бившей ее дрожью вдруг выпалила Норико.

Танака на миг помрачнела. Ей, видимо, не понравилось, что Норико удалось заполучить личную информацию без ее ведома.

Женщина повернулась к ней.

– А вы хорошо осведомлены о моих делах, – коротко заметила Танака, и лицо ее снова приняло прежний невозмутимый вид. – На Хоккайдо я отправилась осенью, после окончания пятого класса начальной школы. В лагере в Сидзуоке я помогала ровно до этого времени. Когда вы были в шестом классе, мы с вами уже не увиделись, так?

И тут Норико все поняла. Дрожь снова охватила тело, она будто возникала в самых глубинах души и потом распространялась повсюду.

Кусочки мозаики наконец-то стали складываться в единую картинку. Они с Микой и правда уже не встретились тогда, летом после шестого класса. Потрясение, накрывшее ее с головой, казалось, медленно просачивалось в самые глубокие закоулки ее тела.

Это на самом деле Мика.

Норико оставалось лишь удивленно таращиться на женщину перед ней. Танака Мика. Она так хотела ее увидеть, переживала о том, что с ней случилось, и даже во всей этой истории с Ёсидзуми держала образ девочки по имени Мика в памяти.

И вот теперь она стоит прямо напротив.

– Вам, наверное, хотелось бы, чтобы той мертвой девочкой оказалась я, да? – спросила Танака у застывшей в изумлении Норико.

Та еле удержалась, чтобы не упасть. Может, ей это послышалось?

Норико отчетливо ощутила, как слова и тон, которыми они были произнесены, острым ножом проткнули ее насквозь. Сердце разрывалось на части.

Мика Танака больше не улыбалась ей.

– Когда в Училище нашли скелет, все наперебой принялись говорить, мол, надеюсь, это не кто-то из моих знакомых, не чья-нибудь дочь, внучка, родственница или еще кто-то, но на самом деле все обстояло ровно наоборот. В глубине души им бы этого хотелось. Их вполне бы устроило, чтобы все так и оставалось. Пусть время и память замрут в этом моменте, и красивые воспоминания о прежних добрых друзьях или милых внучках навсегда сохранятся в их сердцах. Они говорят, что переживают, но в действительности просто пытаются цепляться за собственную грусть и мимолетные мгновения прошлого.

– Это не так…

Норико возразила почти рефлекторно. Но когда Мика Танака уставилась на нее своими миндалевидными глазами, она не смогла продолжать дальше.

Танака снова улыбнулась.

– Вы ведь тоже переживали, да? Поэтому и спрашивали, что случилось с детьми, которых вы встречали в лагере. Что мы с ними сделали, а? Для вас они тоже навсегда остались теми симпатичными ребятами из Училища. И вам уж точно бы не хотелось снова повстречать их при таких вот обстоятельствах.

«Это не так», – эхом отдалось в голове у Норико. Внутри себя она могла произнести эти слова.