Тень княгини - Алеся Георгиевна Кузнецова

— Еще подошел Родион, — добавил Федор.

— Да, — спохватилась Эва. — Он оказался с нами еще до тебя. Сначала очень удивился, что вообще увидел нас на приеме. Но Федор сказал, что они с Марком старые друзья еще со студенческих времен в Питере.

Анна резко повернулась к Федору, вскинув подбородок:

Никак не могу поверить, что ты был другом Демидова?

— Был и остался, надеюсь, — сухо отозвался Федор. — Хотя за последние сутки мой студенческий друг явно рискует быть проклятым моим же братом-следователем, и я пока не понимаю, как их привести к общему знаменателю.

— Просто не люблю миллионеров, — буркнул Олег, раздраженно звякнув ключами в кармане куртки. — Особенно тех, что лезут не в свои дела и думают, что знают все лучше всех. Не отвлекайтесь. Продолжайте.

— Родион тогда очень удивился, — сказала Эва, покачав головой. — Даже переоценил Федора прямо у меня на глазах, судорожно перебирая свою мысленную картотеку полезных связей. Это так бросалось в глаза Он ведь привык владеть всей информацией обо всех, а тут — такой просчет. До этого он смотрел на нас как на красивую, но бесполезную мебель. А потом вошла ты, Аня. И стало очевидно, почему Снежана нервничала. Она могла сколько угодно копировать твой стиль, но оставалась лишь искусной копией. Ты была настоящей королевой.

Анна сжала пальцы на древнем кулоне, чувствуя, как потемневший металл холодит кожу. Лихорадочный блеск в ее глазах стал глубже. И в этот раз воспоминание о том приеме не ранило ее прежней болью. Оно возвращало в момент, когда она заметила, что к ним со Снежаной идет Марк. На долю секунды ей даже показалось тогда, что он идет к ней.

— Когда Марк отделился от инвесторов Я сперва подумала, что он шел к Родиону. Или к Снежане. Камеры, пресса, все эти люди вокруг них — начала Эва.

Федор поднял бровь и чуть криво улыбнулся, глядя на жену:

— Снежана стояла с нами с самого начала. Минут пятнадцать, если не больше. Если бы Марк шел к ней, он бы подошел намного раньше.

— Да. Он шел к Анне, — твердо произнесла Эва, глядя Платоновой прямо в глаза. — Я сначала решила, что Демидов идет к Федору. Они ведь старые друзья, это логично. Но потом увидела его взгляд. Вектор движения, фокус внимания — все было направлено на тебя. Не на Родиона. Не на Снежану. На тебя. И они тоже это заметили.

— Эва — выдохнула Анна, растерянно глядя на подругу.

— Я не романтическая барышня, Анна, я антиквар, — отрезала Эва, не давая ей закрыться обратно в панцирь старого статуса. — Я смотрю, куда направлен взгляд, как смещается корпус, где человек задерживает дыхание. Я считываю детали. Марк шел к тебе.

— Нет, — резко, почти испуганно выпалила Анна, тяжело дыша на адреналине. — Он не мог идти ко мне. Не в той ситуации.

— Он сказал мне «Федя» только потому, что я стоял рядом с тобой, — тихо, но метко ударил Федор. — Снежана стояла рядом с нами уже четверть часа. Родион тоже. Если бы Марк шел к ним, он подошел бы раньше. Он шел к тебе, Аня. А я просто оказался удобным старым другом на маршруте. К тому же мы виделись с ним еще до начала приема. Я заходил к нему в офис днем, пока Эва давала интервью.

Анна на секунду закрыла глаза, справляясь с фактическим ударом по своей застарелой, выжженной ревности. Вся сцена с самого начала, оказывается, была разыграна вокруг нее. Но время романтических открытий давно истекло, и она порывисто оборвала зарождающуюся тишину:

— Потом сумочка. Эва, дальше. Что было дальше? Ты говорила что-то про сумочку и ее неровность.

Эва понимающе кивнула, мгновенно переключаясь на деловой тон:

— Родион вмешался. Стал говорить, чтобы ты зашла к нему завтра по поводу оптимизации эфирной сетки. Мол, у тебя слишком плотный график, надо пересмотреть нагрузку. Ты ответила, что справляешься. Во взгляде у тебя мелькнуло короткое внутреннее сопротивление. И почти сразу Снежана уронила бокал.

— Почти сразу? — переспросил Савицкий, мгновенно прекратив мерить шагами комнату.

— Да. И если теперь думать об этом трезво, то я не верю в случайность разбитого стекла. Девушка качнулась, будто потеряла равновесие на ровном месте. Бокал выскользнул, разбился о мрамор. Она подалась вперед и ухватилась не за Анну, а за ее сумочку. Тонкая цепочка звякнула, не выдержав, клатч упал на пол, вещи высыпались.

— Вот теперь медленно, — приказал Олег, его глаза опасно сузились. — Кто именно собирал вещи и где в этот момент были остальные?

— Снежана. Она уже была на коленях, быстро и нервно сгребала содержимое обратно. Родион в это время среагировал первым — оказался между женщинами, закрыл Анну своим корпусом, взял за локоть и начал спрашивать, не поранилась ли она. Выглядел заботливым. Шутил про балерин, которые сыплют стекло соперницам в пуанты.

— Отвлекал, — глухо констатировал Савицкий. — Классическая двух-ходовка. Один шумит и крутит жертву, второй работает по карманам.

— Возможно, — согласилась Эва. — Я тогда не придала этому значения. А Снежана выпрямилась, вернула сумочку, нервно улыбнулась и порывисто обняла Анну. Как подруга. Но, полагаю, они никогда не были подругами. Напряжение между ними можно было ножом резать.

Эва вопросительно посмотрела на Анну. Та побелевшими пальцами сжимала кулон на шее. И Эва вспомнила, как пару лет назад сама так же цеплялась за свой кулон, когда прежняя жизнь рассыпалась на осколки и только ее грозный лев изумрудно-сапфировым взглядом привычно взирал на мир вокруг нее.

— А у столика, Эва? — уточнила Анна. — Ты говорила потом еще что-то.

— Потом Марк увел вас ближе к сцене. Вы сидели за одним столом: ты, Снежана и Марк. Я разговаривала с директором филармонии, кивала невпопад, но продолжала наблюдать за вами. Твой крошечный бархатный клатч стоял на самом краю стола, золотистым замком к тебе. Ты полностью переключилась на Демидова. И тут подошел тучный мужчина в смокинге, какой-то спонсор. Стал шумно здороваться, наклонился и по-свойски обнял тебя, полностью загородив своей массивной спиной от остального зала. Вокруг вашего стола моментально образовалась плотная людская пробка из гостей и официантов. И Снежана, оказавшись зажатой в этой толпе, как раз протискивалась мимо твоего кресла.

Эва сделала паузу, восстанавливая в памяти безупречную визуальную геометрию того момента.

— Когда этот мужчина выпрямился и толпа чуть расступилась, обзор снова открылся. Все было как прежде. Ты сидела с идеальной осанкой, Снежана стояла чуть поодаль с телефоном в руках.