Тайна трех зеркал - Анна Александровна Завгородняя

Боевики были выделены отделом для защиты Вяземской. Лехно расщедрился на трех темных магов, которых Милош отобрал лично из числа лучших.

– Пока оставайтесь здесь, – распорядился Горич. – Сначала мне надо поговорить с князем Вяземским и объяснить ему положение дел.

– Как прикажете, – кивнул один из боевиков и, сделав знак двум другим магам, направился по посыпанной гравием дорожке вдоль дома, чтобы не тратить время зря и осмотреть местность, которую предстояло защищать.

Горич поднялся по лестнице, уже зная, что был замечен прислугой. У дверей его ждали. Лакей, приветливо распахнувший дверь, вежливо отступил в сторону, впуская джарганца в дом, и лишь после с поклоном спросил его имя и причину, по которой он явился с визитом.

– Доложите обо мне князю Вяземскому, – спокойно попросил Милош. – Скажите Павлу Феоктистовичу, что прибыл следователь из отдела и просит о встрече. И обязательно добавьте, что дело касается его дочери, княжны Елизаветы Павловны.

Лакей выслушал некроманта и, кивнув, произнес:

– Князь Вяземский сейчас работает у себя в кабинете. Пожалуйста, подождите, пока я передам ему ваши слова.

Протянув руку, он предложил гостю пройти в малую гостиную, предназначенную для таких случаев. Милош кивнул, а когда слуга удалился, подошел к окну и выглянул наружу.

Почти сразу он увидел боевиков. Они ходили по саду и осматривались. Черный экипаж джарганца стоял на прежнем месте, у парадной лестницы, и кучер Урош уже раскуривал трубку, намереваясь приятно провести время, пока хозяин занимается своими делами.

Как-то незаметно думы Горича вернулись к Елизавете. «Лиза…» – произнес он мысленно. Как же ему нравилось вот так называть ее по имени, и как много он отдал бы за то, чтобы произнести ее имя вслух! Чтобы обращаться к ней только так и не иначе! Не называть Вяземской, княжной или Елизаветой Павловной, а нежно – Лизой, Лизаветой, Лизонькой…

Милоша пугали новости. То, что написала ему девушка, ввергло его в пучину страха. А ведь он никогда не боялся. Уж точно не за себя. А когда узнал, что Лиза едва не превратилась в мага жизни, внутри что-то дрогнуло, перевернулось. Он понял, что больше никогда его мир не станет прежним, что в нем прочно поселилась одна атронская девушка. Та, которая смогла затронуть в его сердце струны, о существовании которых он даже не подозревал.

– Господин Горич!

Услышав голос лакея, Милош повернулся и увидел слугу, застывшего в арке проема.

– Князь Вяземский примет вас немедленно.

– Вот и отлично, – ответил джарганец.

– Позвольте проводить вас в кабинет к его светлости.

Горич кивнул и несколько минут спустя уже стоял перед хозяином дома и смотрел ему в глаза, замечая в них тень волнения и страха. Отпустив лакея взмахом руки, Павел Феоктистович поднялся навстречу гостю и кивнул ему с деланой приветливостью. При этом взор Вяземского был далек от благосклонного.

– Добрый день, господин Горич, – произнес Павел Феоктистович.

– Добрый день, ваша светлость, – ответил горец и принял предложение хозяина дома присесть.

Вяземский занял свое кресло и внимательно взглянул на Милоша.

– Итак, что вы здесь делаете, да еще и в компании магов из отдела? – спросил он спокойно. – Да, мне уже доложили, что трое боевиков рыщут вокруг особняка, и, признаться, мне это совсем не нравится.

– Я приехал поговорить, – ответил Горич.

Князь криво усмехнулся:

– Не знаю, что написала вам моя дочь, но хочу предупредить, что намерен забрать ее из отдела и перевести в более спокойное место для практики. Я боюсь, что это приключение, едва не стоившее ей жизни, оказалось последней каплей моего терпения.

Милош прищурил глаза:

– Боюсь, вы просто не понимаете, насколько все серьезно.

– Так объясните.

– Объясню, для этой цели я и прибыл сюда. А люди, которые сейчас осматривают ваш парк, прибыли с целью защитить княжну Елизавету Павловну, – ответил джарганец, внимательно наблюдая за переменой на лице своего собеседника.

– Защита? – только и спросил Павел Феоктистович.

– Все намного серьезнее и опаснее, чем можно представить.

Милош отчаянно надеялся, что будет выслушан до конца. Князь Вяземский казался ему сдержанным и разумным, но даже самого рассудительного и сильного человека может выбить из колеи страх за жизнь собственного ребенка.

– Рассказывайте, – почти приказал горцу хозяин дома, и тогда Горич заговорил, понимая, что только правда сейчас может спасти жизнь Елизавете.

Глава 16

Княгиня Вяземская была удивлена. Можно сказать даже больше: она была поражена до глубины души и не верила словам супруга, который с самым спокойным видом разрезал на тарелке кусок хорошо прожаренного мяса. Елена Романовна перевела взгляд на гостя, сидящего напротив, выдавила улыбку и снова посмотрела на супруга, понимая, что он явно что-то недоговаривает.

Когда за обедом за столом появился джарганец по фамилии Горич, Елена Романовна вспомнила статного горца, с которым познакомилась во время одного из приемов. Где именно, княгиня уже почти не помнила, да это и не было столь важно для нее. Важно было то, что супруг, Павел Феоктистович, мало того, что разместил этого человека в их доме, заявив, что некоторое время он проведет в особняке, так еще и пригласил за стол. А кто такой этот джарганец? Да, маг. Да, некромант и следователь отдела. Но кто его родители? Каков его статус в обществе? Впрочем, по поводу последнего вопроса Елена Романовна и сама могла бы дать ответ: Горич – никто. И вот этот «никто» сейчас сидел за одним столом с князьями и трапезничал. А после, со слов супруга-князя, собирался еще и отправиться к Елизавете, причем с разрешения Павлуши! Здесь что-то было не так, и княгиня чувствовала это, но понять не могла, хотя и планировала расспросить Павла, когда они останутся наедине.

К удивлению Елены Романовны, мужчины поели быстро. А ведь обычно ее супруг любит задержаться за столом, почитать прессу или новую интересную книгу, с которой после плавно перебирается из-за стола или в свой кабинет, или в одну из уютных гостиных, окна которых выходят в парковую зону при особняке. Как высказывается по этому поводу Павел Феоктистович, его радует вид зеленых насаждений, который улучшает пищеварение. Вот только сама княгиня подозревает, что делает он это по причине того, что желает ненадолго уединиться и уйти ото всех в собственные размышления.

– Дорогая, мы пойдем к Лизе, – сообщил князь супруге, аккуратно сложив салфетку и поместив ее на край стола. – К слову, прошу, не удивляйся, если заметишь в нашем доме следователей из отдела. Какое-то время они поживут в комнатах для прислуги.

– Это из-за Лизы? – всполошилась Елена Романовна.

– Позже поговорим, –