Весна возмездия - Андреас Грубер

В 22:25, когда они, измученные и зевающие, досматривали по телевизору поздние новости, мобильник Эвелин наконец зазвонил. Она бросилась к нему. Зильке.

— Ну, что ты выяснила? — выпалила Эвелин.

— Не гони лошадей. Леон по-настоящему постарался — и, думаю, ты задолжала ему ужин в греческом ресторане, — сказала Зильке. — На две персоны!

— Да всё, что угодно.

— Итак, той ночью с описанными тобой симптомами поступили три пациента.

— И кто они?

— Полагаю, тебя интересует только один из троих, — сказала Зильке. — И, кажется, я даже знаю, кого именно ты ищешь.

— Говори же! — поторопила Эвелин и переключила телефон на громкую связь, чтобы Пуласки и Фло тоже слышали.

Оба впились взглядом в трубку.

— В ту ночь в приёмное отделение поступила не кто иная, — произнесла Зильке, — как доктор Алейна Аль-Рашид.

Четырьмя годами ранее

Суббота, 9 мая. Вечер премьеры «Весна возмездия»

Яна Ульрих отодвинула в сторону тяжёлый занавес и шагнула в вестибюль театра. На улице стоял настоящий холод, но пальто она всё же оставила в машине — знала, что гардероб здесь крошечный, а Оскар берёт по пять евро за каждую вещь.

Мартин высадил её прямо у входа и теперь ставил машину на соседней стоянке. К счастью, в вестибюле работал тепловентилятор. Яна потёрла озябшие ладони и приготовилась ждать.

В театр стекались всё новые гости. До неё долетел обрывок разговора: молодая пара возвращала у кассы билет матери — та внезапно слегла. Вскоре появился и Мартин; они предъявили билеты и сразу прошли в зал.

— Вообще-то нам бы и три билета взять не помешало, — заметил он и провёл ладонью по её животу. — А то и все четыре, если учесть мой пивной животик…

— Идиот! — фыркнула она и рассмеялась. — Ой, ты только глянь.

Все столики были празднично накрыты. На каждом — подсвечник; из колонок лилась негромкая фортепианная музыка.

— «Весна… возмездия», — шепнул Мартин. — Самое то под эту мерзкую погоду.

— Не будь циником. — Она ткнула его кулаком в бок. — Оскар и Даниэль — твои друзья. Может, пьеса окажется не такой уж плохой. Глядишь, подкинет тебе свежих идей для подкаста.

— Ну конечно. — Он закатил глаза и кивнул в сторону первого ряда. — Вон там наши таблички.

Всего стояло восемнадцать маленьких круглых столиков на двоих — зал был набит более чем плотно.

— Они даже в самые дальние углы умудрились столы втиснуть, — прошептала она.

— Оскару позарез нужны деньги, — отозвался он вполголоса.

Они сели, заказали напитки и пробежали глазами меню из четырёх блюд. Между переменами труппа Даниэля Фогта должна была разыграть детективную пьесу, и зрителям предстояло угадать развязку; победителя ждала большая бутылка шампанского.

Ещё за несколько дней до премьеры Яна пыталась выведать у Даниэля разгадку, но тот молчал как партизан.

Судя по декорациям, действие разворачивалось в замке. Несколько расписных деревянных щитов на петлях были скреплены в одну заднюю стену — она изображала пышный замковый зал с картинами и гобеленами, высокими окнами, камином и рыцарскими доспехами. Среди декораций имелась и настоящая дверь, открывавшаяся вглубь сцены: через неё актёры выходили из закулисья и по маленькой лесенке поднимались на подмостки.

Прошло ещё полчаса, прежде чем все гости расселись, отыскали свои места и сделали заказ. Свет слегка пригасили, фортепиано смолкло, и дверь в декорациях со скрипом отворилась. На сцену в красно-чёрном костюме хозяина замка вышел Даниэль. Благодаря гарнитуре обе руки у него оставались свободны: в левой он держал трость с серебряным набалдашником.

— Добро пожаловать на премьеру «Весны возмездия» — все билеты проданы! — открыл он представление. — Сегодня вечером ансамбль «Dinner & Crime» и ваш покорный слуга унесут вас в шотландский замок, где вас ждут вскрытие завещания и один… или два… а то и несколько трупов на ужин.

Он повернулся к публике спиной и сделал телефоном несколько селфи на фоне переполненного зала.

Яна обвела глазами столики. Кое-кто из гостей с улыбкой махал в кадр. И вдруг у неё перехватило дыхание. Рефлекторно она схватила Мартина за руку, пальцы свело судорогой.

— Посмотри, кто там сидит! — прошептала она.

Мартин обернулся.

— Где? Никого не вижу, кого бы я… — Он вытянул шею и осёкся. — Ах ты ж, чёрт побери!

В следующее мгновение в зале погасили свет.

— Это же Алейна Аль-Рашид! Что она здесь делает?

— В театр пришла, — ответил он. — Что ещё?

— Какое совпадение. Именно сегодня. Она тут наверняка не случайно. Она нас преследует!

— Яна, успокойся. — Он взял её за руку, погладил. — Не дадим ей испортить нам вечер.

— Он уже испорчен. Я её видеть не могу, — выдавила она.

Мартин провёл ладонью по её щеке и мягко повернул лицо жены к сцене.

— Спектакль уже начался, — шепнул он. — Забудь о ней. Сосредоточься. В конце концов, шампанское хочешь выиграть ты, а не я, — хоть тебе его всё равно нельзя.

— Зато к первому школьному дню нашей дочки мы эту бутылку точно откупорим.

Она попыталась улыбнуться и снова повернулась к сцене.

Время пролетело незаметно. Первый и второй акты прошли почти без перерыва, разделённые лишь подачей первых двух блюд. Затем последовал двадцатиминутный антракт, во время которого подавали горячее. Почти все зрители тем временем высыпали на улицу — глотнуть воздуха, размять ноги, выкурить сигарету.

Яне свежий воздух тоже был сейчас необходим: окон в зале не было, и духота сделалась невыносимой. Но она была на восьмом месяце и не имела ни малейшего желания пробираться сквозь толпу, поэтому подождала, пока зал немного опустеет.

— Пойдёшь со мной? — спросила она у Мартина.

Тот покачал головой.

— Иди-иди, я закажу нам ещё чего-нибудь выпить, а потом перекинусь парой слов с Даниэлем. — Он понизил голос. — Надо сказать ему, что у него на спине отошёл провод от микрофона.

— Хорошо.

Она поцеловала его и направилась между столиками к выходу.

О Господи! Ужас пробрал её до мозга костей, едва она увидела в вестибюле Алейну. За захватывающим спектаклем она напрочь забыла о присутствии этой женщины — и вот, пожалуйста. Вот же чёрт!

Та стояла в красном вечернем платье, подчёркивавшем стройную фигуру. Не здороваясь, Яна