Воды возле Африки - Влада Ольховская

Он ждал выстрела, но выстрела не было. Вместо этого внимание Петра привлекло движение со стороны: Эрнман спускался с ящиков, да так ловко, что это завораживало. Секунда, две — и он уже спрыгнул на пол, мягко приземлившись на протезы.

— Можешь выдыхать, если вдруг задерживал дыхание, — посоветовал он. — Все уже закончилось.

— И к чему это? Попытка успокоить меня перед смертью? Не стоит, я не боюсь.

— Я вижу. Но… думаю, ты последний человек на этом корабле, которому нужно бояться волка.

Пётр ожидал, что это оборот речи, продолжение их разговора, начатого раньше. Но нет, когда снайпер добрался до них, Пётр обнаружил, что это действительно волк…

А точнее, самая совершенная маска, какую ему только доводилось видеть. То ли сделанная из чучела волка, то ли искусно имитирующая звериные черты, она завораживала реалистичностью — жесткий серый мех, острые клыки, сияющие рубиновым светом глаза…

— Нравится? — горделиво поинтересовался Эрнман. — Я сделал!

Пётр не обратил на него внимания, он смотрел только на волка, приближающегося к нему. Маска еще была на своем обладателе, однако Пётр уже видел, что это кто-то невысокий, тонкий, будто потерявшийся в свободной черной одежде, знакомый по движениям, не скрывающийся даже, просто позволяющий в полной мере увидеть свою суть…

Имя Пётр узнал до того, как увидел лицо «волка».

* * *

Волк взвыл где-то совсем рядом, в другое время Тимур и внимания бы на это не обратил, а теперь протяжный звук ударил по нервам. Близко эта тварь к деревне подобралась! В дом не залезет, но все же… Понятно, почему собаки снова разлаялись.

Он плеснул в стакан коньяка, быстро выпил. Нервы ни к черту все-таки, да еще бессонница не первую ночь… Отдохнул в деревне, нечего сказать! Он уже решил, что нужно отсюда уезжать. Это лето можно догулять, чтобы не совсем пропащее получилось, а потом нанять толкового агента и сбыть восстановленную ферму с рук. Ничего хорошего все равно здесь не будет, это место отличалось поразительной способностью приносить Тимуру неудачи. Да и потом, Борис Радов и его похожая на овцу жена могут в любой момент сообразить, что содрали с него маловато за покалеченного пацана, и снова явятся с протянутой рукой. Тимур готовился сделать так, чтобы они не знали, куда приходить.

И вот теперь, слушая близкий волчий вой, он думал о том, что, может, и не стоит тянуть до сентября… Может, уехать уже на этой неделе. Как вариант — завтра… Жене все равно, а сын после того случая с псарней старается лишний раз не показываться ему на глаза.

Тимур давно усвоил, что сложные решения лучше не принимать в трех состояниях: голодным, больным и не выспавшимся. Поэтому прямо сейчас он собирать чемоданы не бросился, но пообещал себе выбрать итоговый сценарий завтра и уже ни в чем не сомневаться. Пока же он планировал принять таблетку, которая решит проблемы с бессонницей хотя бы на эту ночь, и завалиться в постель.

Он как раз покидал кабинет, когда снизу донесся какой-то шум. Тимур замер, прислушиваясь, пытаясь понять, почудилось ему или нет… Определенно не почудилось, что-то странное все же происходило, потому что в доме вдруг погас свет. Проблемы с электричеством случались и раньше, в этом отношении восстановление фермы прошло не лучшим образом. Просто тогда Тимур относился ко всему спокойней, а сейчас, когда темнота навалилась без предупреждения и показалась совсем уж кромешной, невольно вздрогнул.

Но не заорал и не начал метаться — и на том спасибо!

— Эй? — позвал он. — Кто тут? Эдик, ты?

Это мог быть только Эдик — жена снова нажралась. Она в очереди на замену оказалась под номером два, сразу за загородным домом. Тимур прекрасно знал это ее состояние, он не сомневался, что раньше завтрашнего утра она не очухается и уж точно не пойдет вниз.

Эдик… этот мог. Тимур в последнее время за ним не следил, не знал, чем сын занимается. Может, крадет алкоголь из бара? Не худший вариант, пускай… Но тогда он точно не отзовется! Ну и хрен с ним.

Тимур собирался направиться в спальню, снотворное предусмотрительно хранилось там, когда шум внизу повторился. Как будто что-то упало, послышались шаги, дыхание… Ни шаги, ни дыхание не были человеческими. Тимур, много лет занимавшийся охотой, легко угадывал движение крупных собак.

Может, это и должно было напугать его — но не напугало, разозлило только. Его сейчас все злило. Да и чего бояться, если и так все ясно? После того, как сгорела псарня и погибла почти половина собак, оставшихся перевели по большей части на старое место, в бывший коровник, там они и лаяли. Но парочку обожженных ветеринар велел оставить дома, иначе не выживут. Тимур уже и так многовато денег на этих шкурах потерял, разбрасываться ими не хотелось, однако и приучать их к дому он не собирался. Он подумывал отправить их в гостевой домик, но решил, что перед продажей там лучше ничего не портить. В итоге собаки разместились в гараже, и вот теперь одна из них, похоже, умудрилась пробраться в хозяйский дом.

— Вот же паскуда! — процедил сквозь сжатые зубы Тимур. — Заботишься о вас, лечишь… На кой вы мне вообще нужны, если я тут больше не буду охотиться?! Сам прибью, сейчас же!

Он не первый раз заявлял, что убьет собак, но сегодня впервые произносил это всерьез. Он вдруг почувствовал: ему хочется убить их, так сильно, так остро… Не всех, но можно хотя бы раненых! Это не решит его проблемы, так хоть возиться с ними не придется. Да и потом, Тимур чувствовал: этот способ, непривычный, диковатый, лучше всего снимет напряжение, не отпускавшее его после пожара, и снотворное уже не понадобится.

Он невольно улыбнулся и поспешил вниз. Может, стоило рассмотреть и другие варианты, но он не хотел тратить на это время. Зачем, если и так все понятно? С ним за это лето произошло слишком много. Тимур запретил себе сомневаться в том, что сумеет снова сделать мир понятным и предсказуемым.

Он включил на телефоне фонарик и уверенно направился вниз, на первый этаж. В иное время он бы не постеснялся разбудить жену и сына, его бы такое просто не волновало. Однако теперь ему нужно было, чтобы они спали дальше, чтобы не путались под ногами… Как минимум Эдик способен устроить истерику из-за псин и испортить