Марионетка - Николай Владимирович Андреев

– Ты что, хочешь сказать…

Малявин не дал ему договорить. Сказал, что, кроме него, Василия, других известных людей, соответствующих рангу потопленного двухпалубного корабля, в его доме нет.

– Ты хочешь сказать, – повторил вопрос Романов, – что дядю Витю убили по ошибке? Перепутали? Хотели меня?!

– И еще, – продолжил Малявин. – Экспертиза показала, что твой дядя был застрелен из оружия, которым были застрелены Жихарь, сторож дядя Федя, Александр Пантелеев, прокурор Меланин.

– Так, значит, все-таки Пират! – опустился на диван Романов. – Что же мне так не везет-то, господи?

– Это уж точно, – притворно вздохнул Малявин. – Умеешь ты привлечь к себе внимание маньяков. Как бы теперь Демиург с Пиратом не рассорились из-за тебя!

Романов попросил Малявина заткнуться – не мешать думать о том, как ему от ножа одного маньяка спастись и под пулю другого не попасть.

Чем больше он думал об этом, тем больше путался в мотивах поступков Пирата.

– Интересное дело, – сказал он. – Пират во всех предыдущих случаях убивал на улице, а по мою душу пришел на дом.

– И что, по-твоему, в этом интересного?

– Прежде чем подойти к моей двери, он как минимум должен был удостовериться в том, что ему никто не помешает сделать свое дело.

– Так ему никто и не помешал.

– Неправда. Если бы не закончился спирт и я не отправился в магазин за водкой, ему бы помешал дядя Витя.

– Вывод, – подхватил Малявин. – Пират, а точнее, киллер, нанятый им, следил за твоей квартирой, начиная с утра. А поскольку твой дядя приехал ночью, тот его просмотрел!

Романов щелкнул языком. Сказал, что не сходится, поскольку в этом случае киллер должен был видеть его, когда он в первом часу дня выходил из дома.

– Я тогда еще, пьяный дурак, шмякнулся на глазах всего подъезда… Нет, Никита, Пират как пришел, так сразу направился к моей двери, словно был уверен в том, что я один.

В этот момент прозвучал звонок. Романов вынул из кармана мобильный телефон, посмотрел, кто звонит.

Звонил начальник главного управления внутренних дел генерал-майор Кравчук, решивший лично сообщить о покушении Пирата. Выразил соболезнование по поводу смерти родного дяди и поинтересовался состоянием его, Василия Сергеевича, здоровья. Услышав, что грудь хоть и побаливает, но уже не так сильно, как позавчера, когда они встречались за бутылкой горилки, еще раз посоветовал уехать куда-нибудь подлечиться.

Поблагодарив Кравчука за заботу, Романов отключил связь. Посмотрел на дисплей телефона и увидел не замеченное ранее предупреждение о пропущенном звонке.

– Не надо тебе никуда уезжать! – сказал Малявин. – Мартынов, я так думаю, сам давно куда-нибудь уехал.

Романов в ответ выругался. Сказал, что пропустил звонок Басинского.

– Кто это? – спросил Малявин.

– Обозреватель «Литературной газеты». Мы с ним договаривались встретиться вчера… А кстати, чего это он не приехал, как обещал?

Романов несколько раз щелкнул по кнопкам телефона. Найдя дату и время пропущенного звонка, удивленно почесал затылок.

– Две тысячи третий год, март, девятнадцатое, двенадцать часов одиннадцать минут.

Со словами «ну-ка, ну-ка» Малявин подошел к Романову, желая убедиться в том, что время звонка соответствует примерному времени убийства дяди Вити.

– Чего ну-ка? Чего ну-ка? – спрятал телефон за спину Романов. – Павел Басинский – известный критик! Лауреат Антибукеровской премии! Его вся литературная Москва знает!

– А я чего? – приложил ладонь к груди Малявин. – Я ничего! Я только хотел обратить внимание на то, что этот самый Басинский обещался прийти и не пришел. А может, и пришел, да только никто из живых этого подтвердить уже не может.

Романов махнул на Малявина рукой. Сказал, что прямо сейчас позвонит критику и всё выяснит.

Однако дозвониться до Басинского удалось не сразу.

Услышав в телефонной трубке женский голос, вежливо сообщивший о том, что абонент недоступен, Романов встал с дивана и вышел из комнаты. Вернулся, держа в руках номер «Литературной газеты». Нашел в конце последней полосы телефон отдела литературы, позвонил по нему и попросил взявшего трубку сотрудника редакции соединить с Павлом Валерьевичем.

То, что с Павлом Валерьевичем у Василия Сергеевича возникли проблемы, Малявин понял сразу после того, как первый из них никак не мог взять в толк, кто такой поэт Романов и что ему от него надо. А когда вместо ответа на вопрос, почему он, Павел Валерьевич, не приехал, как обещал, ночным поездом, Басинский бросил трубку, стало окончательно ясно: проблемы, возникшие у Василия Сергеевича, относятся к разряду неразрешимых.

Услышав гудки, Романов отключил телефон. Первые секунды после разговора с Басинским он был настолько поражен вскрывшимся обманом, что даже не почувствовал разочарования оттого, что никто из обозревателей «Литературной газеты» по-прежнему не знает о его существовании.

Тихо спросил Малявина: теперь ему понятно, откуда киллеру Пирата стало известно о том, что он вчера днем должен был находиться дома?

Малявин ответил: нет.

– От меня, – ткнул пальцем себя в грудь Романов. – Это я сказал, когда ему прийти.

– Так значит, это не Басинский тебе звонил?

– Нет. Это Пират или его киллер, что, в общем-то, одно и то же. Позвонил от имени Басинского и предложил встретиться в среду, в двенадцать. Ну а так как встречи с важными московскими гостями, приехавшими по делам, не предполагают наличие посторонних, он не сомневался в том, что в обговоренное время я буду один.

– Логично, – согласился Малявин. – Но тогда Пират сильно рисковал, звоня тебе на сотовый телефон, где есть функция автоматического определителя номера.

Романов пожал плечами. Сказал, что не знает, рисковал Пират или нет, но после того, как его городской телефон отключили за неуплату, связаться с ним иначе было просто невозможно.

– Кроме того, у меня есть предчувствие, что хозяина телефона, с которого звонил лже-Басинский, найти не удастся.

– А давай проверим! – предложил Малявин.

Чтобы проверить, так это или нет, он позвонил одному из своих многочисленных приятелей в ГУВД. Продиктовал номер телефона и попросил как можно быстрее пробить его.

Не прошло и пяти минут, как от приятеля из ГУВД был получен ответ: номер, с которого звонил лже-Басинский, зарегистрирован на имя Юрия Борисовича Борецкого – младшего брата и ближайшего помощника будущего губернатора области.

Услышав об этом, Романов и Малявин на несколько секунд потеряли дар речи. Они некоторое время смотрели друг на друга, не в силах вымолвить слово, готовое горошинкой сорваться с их губ.

Малявин проглотил комок в горле. Тихо спросил: означает ли это то, что Юрий Борецкий – Пират?

Романов ответил: нет.

– Он киллер. Пират – это…

– Губернатор? – сорвалось с губ Малявина слово, которое они боялись произнести вслух.

– Да.

– Точно?