Современный зарубежный детектив-20. Компиляция. Книги 1-21 - Андреас Грубер

– Прошло пятнадцать лет. Тем летом в пасторском доме постоянно появлялись странные люди. Я удивилась бы, если бы кто-то его узнал.

Странно, но Перес не чувствовал усталости. По дороге мысли были ясными, будто вечер только начинается, будто только что закончился обычный рабочий день.

– Не против, если я выпью? – спросил он.

– Конечно. Что хочешь? Вино, пиво, виски?

– Белое вино, пожалуй.

Напиток летних вечеров. Он представил себе ту вечеринку в пасторском доме много лет назад. Гости Беллы сидят в саду с бокалами охлажденного вина, обсуждая живопись и политику.

– Это еще не все. – Фрэн уже достала початую бутылку из холодильника и налила два бокала. – Она считает, что Питер Уайлдинг тоже был там тем летом.

– Она что, с ума сошла? Играет в какую-то безумную игру?

– Это вряд ли, – сказала Фрэн.

– Это же фантастика. Вдруг все эти люди, вроде бы никак не связанные, оказываются в одном доме в одно время. А Белла, которая утверждала, что не знает их, неожиданно все «вспоминает», как по воле магии.

– Конечно, – сказала Фрэн. – Но я ее понимаю. Она была так поглощена настоящим, что не возвращалась к тем дням. Ты же знаешь, какая она самовлюбленная. Когда я работаю, то тоже думаю только о картинах, даже когда читаю Кэсси сказку, даже когда провожу время с тобой. Ты сам такой же, когда расследуешь сложное дело. У нее не было причин вспоминать прошлое. А теперь воспоминания стали четкими. Так она избегает мыслей о том, что случилось с Родди.

– Все равно звучит нелепо. – Перес глотнул вина. – Как детская игра. Или как во время Ап-Хелли-Аа[189] после парада, когда ряженые в масках бегают по разным клубам. Я не участвую в фестивале, поэтому сталкиваюсь с людьми и не могу их узнать, хотя они кажутся знакомыми. Вот именно это я сейчас чувствую – перестаю понимать, где правда, а где вымысел.

– Конечно, – повторила она.

– Я несу чушь?

– Кажется, я понимаю, о чем ты. – Она помедлила. – Вот фотография. Она поможет разобраться. И маски там тоже присутствуют.

Фрэн положила на стол потускневшую цветную фотографию и повернула лампу, чтобы лучше было видно.

– Они нарядились для званого ужина, – объяснила она. – В каком-то смысле маскарада. Маски имеют значение, да?

«Безусловно, – подумал Перес, – но я пока не понимаю, какое именно». Ему казалось, он постепенно приближается к разгадке. Неужели он ошибался?

– Это Уайлдинг, – сказал Перес, указывая на темноволосого мужчину. – Он почти не изменился. Как она могла его не узнать?

– Это было давно, в другом контексте. Но он-то должен был помнить. Почему он ничего не сказал Белле, когда снимал у нее дом? Меня это смущает больше всего.

– А вот Белла. Тогда она постоянно носила красное. Это был ее фирменный стиль.

– Ты знал ее в те времена?

– Конечно. Она и тогда была местной знаменитостью.

– Белла думает, что это Бут. – Фрэн указала на фигуру в заднем ряду.

С длинными волосами, бородой и худым лицом он напоминал портрет Христа эпохи Ренессанса. «Тайная вечеря», – подумал Перес.

– А кто остальные?

– Не знаю. Она не сказала, а я не спросила. Лоуренса там нет, хотя она ждала его. Думала, что он сделает в тот вечер предложение, но он не пришел. Грустно, правда?

– Если это так.

– Ты ей не веришь?

– Я уже говорил: не знаю, кому и чему верить. – Он отхлебнул вина, причем сделал огромный глоток. – Нужно сказать Тейлору.

– Разве он не спит?

– Кажется, он вообще не спит. – Перес снова выпил. – Можно его позвать? Тебе мы мешать не будем.

– Конечно, – ответила она без колебаний.

Тейлор действительно ответил после второго звонка, и его голос звучал так же бодро, как всегда, только по телефону еще сильнее выделялся акцент. Перес в двух словах объяснил, в чем дело, заметив, что слегка запинается.

– Есть фотография, – сказал он. – Довольно интересная. Можно было бы подождать до утра, но, если хочешь, приезжай. Ты знаешь, где живет Фрэн.

Повисла пауза. Перес приготовился к отказу. Но затем Тейлор ответил еще более энергично:

– Буду через полчаса. – Он снова помолчал. – Спасибо.

Фрэн ушла в спальню до приезда Тейлора. Она оставила для них тарелку с едой – сыр, овсяные лепешки и домашнее печенье.

– Не стоило.

Перес дотронулся до ее руки.

– Наверное, я прожила на Шетландах достаточно, чтобы знать, как принимать гостей.

Он слышал, как она двигается по спальне, представлял, как раздевается, вынимает длинные серьги, расстегивает бусы. Потом она появилась в дверях в белой хлопковой ночнушке, которую он раньше не видел.

– Я усну до того, как ты придешь, – сказала она. – Извини.

– Я сам виноват. Не надо было звать Тейлора.

Какой странный способ начинать отношения, подумал он. Они вошли в жизни друг друга, когда были слишком измотаны. Как призраки, пересекающиеся в белые ночи. Сара ни за что не потерпела бы такого. Ей нужно было больше внимания. И Фрэн, конечно, в конце концов устанет от его погруженности в работу. Хотя, как она сама объяснила, у нее есть собственная одержимость – искусство.

Должно быть, он задремал, потому что не услышал машину Тейлора, только стук в дверь. Самая темная часть ночи была уже позади. На востоке серый свет очерчивал силуэт Вороньего мыса. Перес вскипятил воду и сделал кофе. Разговор они начали шепотом. Перес положил фотографию Беллы на стол.

– Посмотри на маски, – сказал он.

Тейлор нахмурился.

– Так вот в чем дело. Послание?

– Возможно. Но от кого? От Бута, который надевал маску, раздавая листовки? Или от убийцы?

Они ненадолго задумались, но не пришли ни к какому выводу.

– Думаешь, это Джереми Бут? – спросил Перес. – По-моему, похож, и Белла уверена. Я уже сверился с данными плавучего театра – это было то самое лето. Вряд ли мы выясним, как они познакомились, если она сама не расскажет. Может, ходила на спектакль. Там семейные постановки. Родди тогда не жил у нее, но она часто с ним виделась. Любящая тетушка вполне могла повести племянника в театр. И я легко могу представить, как она приглашает весь актерский состав к себе в Биддисту. На ужин или на пару дней после окончания гастролей. – Он вспомнил Люси, молодую актрису. Они наверняка хотели отпраздновать окончание спектакля. Вечное волнение и нервотрепка. – И она сказала Фрэн, что маски взяла напрокат у театральной труппы. Еще одна связь.

– Можем показать фотографию руководству театра, – предложил Тейлор. – Вдруг опознают остальных. Так мы подтвердим присутствие Бута.

– А вот это точно Уайлдинг. – Перес указал на темноволосого