Зарубежный детектив 2026-15 - Салли Эндрю

началось в 1961 году (когда пациентка забеременела вне брака) или еще раньше. В частности, пациентка проявляет симптомы и сама сообщает о стрессовых переживаниях, тревоге, паранойе и ряде прошлых и настоящих бредовых идей. У пациентки, по-видимому, случаются периоды ясности ума, во время которых она демонстрирует понимание предъявленных ей обвинений. Она полностью призналась в совершении преступлений, хотя и реагирует на попытки эксперта и начальника отдела угрозыска Балларата обсудить последствия ее признания крайней замкнутостью. Обвиняемая не проявляет признаков раскаяния или сожаления. По этим причинам эксперт считает, что она представляет физическую угрозу для других лиц, по отношению к которым может испытывать мстительность.

– Я понял слова «призналась» и про «раскаяние» с «сожалением», – сказал Ожье. – Остальное – сплошная абракадабра. Эксперт, похоже, делает вывод, что она спятила. Я правильно понял?

– Тонкостью выражений вы не отличаетесь, как я посмотрю… Однако вы правы, можно и так выразиться.

– Но что в этом плохого? Вы сами говорили, что она психически неуравновешенная.

– Я говорила, что она, возможно, неуравновешенная, но не называла ее сумасшедшей. Хьюсон шьет ей дело, чтобы засунуть ее в приют для умалишенных и объявить: «Дело закрыто», в то время как это далеко не так.

– Откуда вы знаете об их намерениях?

– Можете мне поверить. Я знаю, как устроены мозги таких типов, как Хьюсон и Коттер. И вы тоже это поймете, когда прочитаете последний раздел.

Она перевернула страницу.

Часть 7. Рекомендации

Следующие рекомендации даются исключительно на основании психиатрической оценки обследуемой.

Рекомендация № 1

В связи с психическими и психиатрическими нарушениями обвиняемая мисс Джейн Макэвой освобождается от явки в суд для дачи показаний по уголовным обвинениям, изложенным на странице 2 настоящего заключения.

– Освобождается от явки в суд? – воскликнул Ожье. – После того как она призналась в убийстве трех человек?

– Читайте дальше, – безучастно подсказала Элеонора.

Рекомендация № 2

Обвиняемую необходимо направить в психиатрическую больницу, где она сможет получить целенаправленное долговременное лечение от продолжительных психозов и истерической псевдологии.

– Это еще что за штука такая? – спросил Ожье, указывая на последние два слова.

Элеонора была рада, что эту тему освещали в ходе курса «Как мыслит убийца?».

– Так называют расстройство, при котором люди испытывают потребность выдумывать истории о своей жизни, обычно для того, чтобы произвести впечатление на окружающих, привлечь к себе внимание, для поднятия самооценки, а иногда для достижения конкретных целей – чтобы устроиться на работу или впечатлить девушку.

– Другими словами, патологическая лживость?

– Причем речь идет о крайних значениях шкалы. Иногда такие люди повторяют ложь столь часто, что сами начинают в нее верить, и тогда фантазии в их уме превращаются в реальность.

– То есть Джейн чокнулась и бредит?.. Ну да, вы правы, ее упрячут в психушку.

– Вот-вот, это и есть подход Хьюсона. Читайте дальше.

Рекомендация № 3

Срок лечения – на усмотрение Ее Величества.

Ожье присвистнул.

– То есть бессрочно?

– Ага. Бессрочно. Помните, как Коттер пообещал, что упечет ее за решетку до конца жизни? Ну вот: рекомендация номер три как раз и говорит, что она будет находиться в закрытом учреждении до самой смерти. Или до тех пор, пока кто-то не докажет, что Хьюсон был неправ. А теперь посмотрите сюда.

Детектив указала на приписку от руки в нижней части страницы.

«Пациентка принята в психиатрическую больницу Арарата 17 июня 1973 года».

– Между заключением экспертизы и приемом в больницу всего один день. Никаких независимых проверок, судей и жюри присяжных. Только Коттер и Хьюсон.

На бумаге все выглядело идеально. Можно сдавать дело в архив – именно так, как хотел Коттер. Дело закрыто.

* * *

– Не надо убирать никаких бумаг из этой комнаты, – сказала Элеонора.

– Но, босс, вы больше не мой босс, – встревожился стажер. – Коттер приказал очистить комнату к завтрашнему утру.

– Хорошо. – Детектив взглянула на часы. – У меня есть остаток дня и ночь, дабы доказать, что Хьюсон неправ и что Джейн справедливо назвала Коттера кретином.

Ожье встревожился еще больше.

– Господи, босс, что у вас на уме?

Элеонора посмотрела на черную доску, с которой еще не успели ничего стереть. Список подозреваемых. Если Джейн не виновата в убийствах, то, по логике, Элеоноре следовало перебрать имена из списка. И первой в нем значилась миссис Алисия Уайтхолл.

– Я нанесу визит скорбящей вдове.

Джейн

1973 год

– Она говорит, что ее задача – слушать, а моя – рассказывать все как на духу. Я начинаю рассказывать, а через три минуты она поднимает руку и прерывает меня. Ей, как видно, неинтересно слушать о приглашении на свадьбу и о том, как меня, накачав шампанским, изнасиловал отец лучшей подруги. В четырнадцатилетнем возрасте.

– Да-да, – бормочет женщина, отмахиваясь от моих слов. – Но мы здесь не для того, чтобы обсуждать ваши детские впечатления.

Конечно, не для того. Чтобы извлечь «пользу» из наших встреч, я, очевидно, должна рассказать ей все подробности убийств: как я решила, кого убивать, какой яд выбрать, как узнала местонахождение жертв, каким образом умудрилась заставить их принять отраву и насколько раскаиваюсь в содеянном по шкале от одного до десяти.

У нее едва слюни не текут, когда она все это перечисляет. Элегантная черная ручка хищно зависает над элегантным черным планшетом.

Я смотрю на собеседницу в упор.

– Начнем с первой жертвы, – говорит она. – Со Стеллы Чэпмен. Что вы чувствуете по отношению к ней?

– Я рада, что она мертва.

– Хорошее начало. Молодец.

– Молодец? Мне не пять лет.

– Нет, конечно. – Женщина щелкает кнопкой авторучки, пряча кончик стержня. – Поэтому вы и находитесь здесь. Будь вам пять лет, вас не держали бы в учреждении для душевнобольных преступников, не так ли?

Мы сидим напротив друг друга. Наглый полицейский выдавил из меня признание, но я не намерена повторять ту же ошибку.

– Ладно, – говорит женщина, снова щелкая ручкой. – Почему вы желали смерти Стелле Чэпмен?

– Я сказала, что рада, что она мертва, но не говорила, что желала ей смерти. Рада – потому что она относилась к нам как к отбросам человечества. Кроме того, из-за нее умерла Сара-Нора Тейлор, и, насколько мне известно, Стелла Чэпмен причастна к убийству Глории Брауни.

Женщина отмахивается от последней фразы точно так же, как от рассказа об изнасиловании. Правда, на этот раз не машет рукой – просто меняет тему.

– Вы считаете, что Стелла Чэпмен и заведующая приютом убили и вашего ребенка?

Интересный поворот.

– А вы считаете меня сумасшедшей? Ребенок умер,