Искать убийцу - Фаниль Исламович Галеев

– Бесполезно, – с убежденностью обронила заведующая. – Во время отпуска Руфия Назировна ни с кем не общается, не разговаривает и никого не принимает. Это ее принцип, и вообще, она одинокая пожилая женщина. Стоит ли объяснять…

– Гм… – озабоченно потер висок Гараев. Казалось, безвыходность положения вот-вот сразит его. И тут сыщика словно осенило. – Скажите, а есть возле ее дома какой-нибудь магазин?

– Магазин? – словно не поняв вопроса, переспросила заведующая. – Да, конечно, там, на улице Гоголя, в двух кварталах от ее дома, находится гастроном.

– Большой такой, двухэтажный? – вмешался в разговор майор, и заведующая, как-то внимательно посмотрев на него, смущенно опустила глаза, и ее щеки зарделись легким румянцем.

– Да, кажется, двухэтажный…

Майор, судя по всему, уже понял идею частного детектива и принялся успешно развивать ее.

– А вы не скажете, в чем в настоящее время нуждается Руфия Назировна? Ну, что бы она пожелала купить в этом магазине?

– Не знаю, право… – неуверенно пожала плечами заведующая. – Ах, да! Руфия Назировна недавно звонила мне и говорила, что у ее родственников в деревне большой сад, они собрали много ягод и просили ее прислать мешок сахарного песку. Руфию Назировну немного смущали цены…

– Мешок сахарного песку? – изумленно заулыбался Лутфуллин. – Одну минуточку!

Вынув из внутреннего кармана пиджака записную книжку, он полистал ее и, заложив между страничками большой палец руки, вновь обратился к заведующей:

– Разрешите, пожалуйста, воспользоваться вашим телефоном?

Та с заискивающей улыбкой придвинула к нему стоявший на столе телефонный аппарат.

Живо набрав номер, майор приник к телефонной трубке.

– Николай Иванович? Вас беспокоит майор Лутфуллин. Не забыли еще? Как вы поживаете? Хорошо? Ну, слава богу! У меня к вам большая просьба. Сейчас к вам подойдет одна женщина. Это старейший, весьма уважаемый адвокат. Отпустите ей, пожалуйста, мешок сахарного песку. В порядке благотворительной помощи. Как ветерану…

Майор вопросительно посмотрел на частного детектива.

Тот молча кивнул ему.

– Деньги мы вам потом пришлем. Сейчас она к вам придет. Пусть грузчики вынесут мешок на улицу, положат возле дороги. Остальное за нами. Договорились? Ну, спасибо!

– Ну, вот, видите, дело в шляпе, – сказал майор, положив трубку, и посмотрел на заведующую сияющими глазами. – Вам остается лишь позвонить Галиуллиной и сказать, чтобы она сейчас же пошла в магазин и обратилась к директору.

– А вы не подведете? – неуверенно потянулась она к телефону.

– Ну, что вы! – положил руку на грудь майор. – Можете верить нам, как самому Христу…

Ровно через десять минут их машина уже стояла на улице, где находился магазин.

А еще через пару минут они увидели, как к гастроному подошла низенькая сухощавая женщина с коротко остриженными седыми волосами, в круглых, чуть великоватых для ее маленького лица очках, осмотрелась рассеянно по сторонам и, постояв немного в раздумье, исчезла за стеклянными дверями магазина.

Вскоре она вышла оттуда с двумя верзилами-грузчиками, тащившими туго набитый мешок.

Подойдя к краю подъездной площадки, все трое остановились, и грузчики, положив мешок возле росшего на краю дороги дерева, удалились, а Галиуллина, оставшись одна, стала беспокойно посматривать на дорогу в надежде поймать какую-нибудь попутную автомашину.

– Давай! – чуть подтолкнул майор частного детектива, и их жигуленок, тронувшись с места и проехав с десятка три метров, остановился возле Галиуллиной.

Майор быстренько вышел из машины.

– Руфия Назировна, здравствуйте! Что это вы здесь делаете? – участливо, с любезностью старого доброго знакомого спросил он, подойдя к старухе. – Вы узнаете меня? Я – майор Лутфуллин из РУВД. Помните, наверное?

Для верности он вынул из кармана удостоверение и показал его Галиуллиной.

– Да, да! Как же, я помню вас! – засуетилась старуха, вытянув вперед голову и вглядываясь в лицо майора с той жалкой и беспомощной улыбкой, которая могла свидетельствовать лишь о том, что она, конечно же, не узнала его и вряд ли узнает, если даже он подойдет к ней и обнимет ее за хрупкие плечи.

– Вы ждете кого-нибудь? – спросил Лутфуллин погромче, подойдя к ней ближе.

– Вот, получила сахарный песок. Бесплатно. Как ветеран, – захихикала довольно старуха. – Жду, может, машина какая попадется. Надо отвезти домой.

– Отвезти домой? Ну, это мы враз! – отрезал ладонью майор, поворачиваясь к частному детективу, который уже выходил из машины.

Подхватив мешок, сыщики в мгновение ока забросили его в багажник автомобиля, спросили у старухи адрес и, посадив ее в машину, отъехали от магазина.

Гараев, оттягивая время, нарочно вел машину на невысокой скорости.

– Ой, как мне повезло! Какие вы молодцы! – радовалась старуха, ерзая на сиденье и одобрительно похлопывая по плечу то частного детектива, то майора. – Так неожиданно все получилось! Звонит, представьте себе, наша заведующая и велит идти скорее в магазин – получить мешок сахарного песку. Ну, прямо дар божий! Не знаю даже, кого благодарить за это. И так торопилась, даже такси не успела вызвать!

– Ничего, нам по пути! – успокоил ее майор.

– Какие красивые молодые люди! Посмотреть на вас приятно! – распалялась старуха, обнажая в улыбке кривые, полусгнившие зубы.

– А знаете, вы легки на помине! – громко, чтобы Галиуллина расслышала его слова, сообщил майор. – Мы только что были у прокурора. Он вспоминал о вас. И по правде говоря, немного сердился.

– Он что, ругал меня? – сразу же сбросила с лица умильную улыбку Галиуллина.

– Нет, там был еще и следователь Колотов. Он его ругал. Зачем, говорит, ты по ненадобности беспокоишь пожилых людей, вызываешь их по ночам на допросы…

– А кого он имел в виду? – теперь уже обеспокоенно засуетилась старуха.

Слушая их разговор, частный детектив преднамеренно молчал. Он видел, что Лутфуллин вступил в полный контакт с Галиуллиной и не хотел мешать ему, боясь чем-нибудь насторожить старуху.

– Вы помните Рашитова? – придвинулся ближе к уху старухи майор. – Ну, который повесился у нас в милиции? Оказывается, Колотов допрашивал его в качестве подозреваемого, и вы присутствовали там как адвокат. Допрос был окончен лишь в одиннадцать часов ночи. Вот прокурор и прицепился к Колотову! Зачем, говорит, допрашиваете людей и вызываете адвоката в такое позднее время.

– А-а! Помню, помню! – закивала головой старуха. – Вот только зря, зря он ругал Колотова. Ведь я при допросе в ту ночь не присутствовала. Колотов допрашивал его сам. Он вызвал меня лишь на следующий день, объяснил мне все, ознакомил с протоколом допроса. Потом я поговорила с Рашитовым и с его согласия подписала протокол. У нас адвокаты часто так делают.

– А еще прокурор говорил о каких-то телесных повреждениях у Рашитова… – осторожно намекнул Лутфуллин.

– О телесных повреждениях? – задумалась Галиуллина. – Ага, точно, у него были на лице синяки! Рашитов сказал, что подрался