Дневник убитой женщины - Николай Иванович Леонов

не повод меня отстранять. Коменчук настроила подругу против меня, чтобы как можно больше денег Казарновской шли на вложения в ГАБы, у Анны там, видимо, все схвачено. Помню, как Анна переполошилась, когда Марина заявила, что хочет для Калугиных особняк построить…

— Особняк? С какой стати?

— Так ведь их молитвами Инна вернулась. Ну, то есть Марина в это верила.

Еще один довод, отметающий малейшие подозрения в причастности Калугиных к убийству дочки Казарновской. Возвращение девушки сулило мошенникам подарок в виде шикарного жилья, на что они и не рассчитывали, принимаясь за свою аферу. Живая Инна служила для них рогом изобилия. Надо как следует поработать с «безгрешной» парочкой. Александрина показала себя особой наблюдательной и хитрой. Озлобленная на убийцу Инны, она наверняка пытается выяснить его личность. Если Гуров найдет к Александрине верный подход, то она поделится своими подозрениями, чем поможет следствию.

— Точно тебе говорю, Анька до смерти перепугалась, что сорвутся ее планы по вложениям в очередной ГАБ и придется делиться с мошенниками, — продолжал вещать Капустин. — Хотя это еще вопрос, кто из них больший мошенник.

Дельное замечание. В сравнении с Коменчук чета Калугиных была воистину безгрешной. Они-то просто кормились за счет Марины, покупали себе разные вещи да катались по санаториям и курортам. Но не управляли капиталом. Бизнес Казарновской сосредоточился в руках пронырливого и коварного юриста. Одного Илья не понимал: Коменчук боялась вовсе не конкуренции за активы со стороны Калугиных и Капустина. Анну страшила перспектива, что раскроются ее сомнительные схемы в сфере недвижимости. Строительство особняка для «безгрешной» четы переполошило липовую подругу еще больше, поскольку Марина могла бы выяснить, что не владеет достаточными средствами для щедрого подарка. И тогда бы Казарновская задала неудобный вопрос: «Аня, куда делись мои миллионы?»

Все складывается гладко. Гуров готов биться об заклад, что ревизия на «Сладобрее» выявит колоссальные хищения на протяжении почти десяти лет. Коменчук — та еще гадина. Могла ли она совершить убийство? Легко. Тем более что поведение выдавало в ней натуру злобную и импульсивную. Видео засвидетельствовало, что у Анны ни одного свидания еще не состоялось с Даниилом, а она уже уговаривала его разорить жену. Явный признак импульсивности, нетерпеливости и агрессивности. Расследование упиралось в отсутствие внятных мотивов. Думала, Марина после смерти Инны откажется строить особняк для Калугиных и в итоге не узнает о хищениях на фабрике? Нет, такое объяснение — голимая фантастика.

Мотив! Полцарства за мотив!

* * *

Было уже поздно, и Мария стелила постель, когда позвонил Крячко. Ему не давали покоя нерадивые охранники, патрулировавшие улицу, но при этом ничегошеньки не видевшие. Отчет Гурова послужил последней каплей, Станислав Васильевич предложил допросить охрану воскресным утром, когда опять будет дежурить та же смена, что и в день появления Инны. Товарищи договорились хорошенько прижать бездельников, в том числе разузнать побольше о передвижениях Анны Коменчук.

Сказано — сделано, на следующий день, еще не успело взойти солнце, как оба полковника приехали на пост охраны. На смену, как и вчера, вышли Зенин и Малеев. Решено было допрашивать их по отдельности, и Гурову достался первый. Полковник забрал Зенина в свою машину. Взволнованный, тот завертелся словно уж на сковородке. Гуров заранее договорился с Крячко, что будет блефовать так, словно играет в карты, поставив на кон собственную жизнь. Атака оперативника была молниеносной и жесткой:

— Чего юлишь? Вертихвостки тебя засекли и сдали. Нечего было к Юлькиному дому кататься! — набросился он на Зенина уже после первого вопроса, ответом на который было неопределенное мычание. — На «шоугелз» поглазеть захотелось? Получай теперь по соплям! Девки тебя не просто видели, но и сфоткали, пока селфи делали. Ясно, дубина?

Юлькой звали ту бегунью, за утренним моционом которой с жадностью следили обе смены охранников. Никто спортсменку и ее подружек не допрашивал, и уж тем более не проверял их смартфоны, на это просто не хватило бы ни рук, ни времени. Но блеф выглядел правдоподобно. Девушки любят фоткаться, это раз. На снимках действительно могли оказаться наблюдавшие за девичником остолопы, это два. Складываем раз и два — и получаем мощный инструмент давления.

— На всех фотках метка времени, или ты не знал? По меткам видно, что вы двое, прежде чем доехать до Юльки, проезжали мимо дома Казарновских, причем в тот самый момент, когда там проходила Инна. Хорош мне тут горбатого лепить! Не видел он никого! Все ты видел! Знаю, что видел!

Зенин разнюнился. Он был хоть и спортивный, плечистый, но какой-то аморфный и тугодумный, не человек, а размазня, и под нажимом полковника окончательно растекся. Как такую жижу вообще в охранники взяли? Он хоть в армии отслужил? Если и служил, то, наверное, весь год на «губе» проторчал за бесконечные косяки, поскольку субъект такого сорта не может не косячить.

— Я не знал… Я думал… — захныкала аморфная амеба в тщетных попытках найти себе оправдание.

— Плевать мне с высокой колокольни на то, что ты там думал! Ты, думальщик, будешь у меня биотуалеты охранять, чтоб навозники дерьмо не растащили! — разорался Гуров, обнаруживший, что крик идет на пользу. И не только как средство воздействия, но и как способ успокоить собственные нервы.

Дело не двигалось с мертвой точки по вине двух жалких трусов, которые сначала по дурости напакостничали, а затем, препятствуя расследованию, постарались скрыть свои пакости. Из-за дурацких секретов Зенина и Малеева столько времени пришлось затратить! Куча экспертов и оперативников почти неделю копошились впустую, точно непутевые муравьишки, пока ненайденные улики остывали и исчезали. Эта мысль Гурова изрядно бесила, и он почувствовал заметное облегчение от того, что вдоволь покричал на бестолкового охранника.

Нюня в конце концов выдавил из себя, что утром шестнадцатого в самом деле ехал вместе с Малеевым мимо Марининого особняка в направлении Юлькиного дома, чтобы поглядеть, как просыпаются ее приятельницы после очередной развеселой тусовки. По улице шла девушка, которую охранники приняли за одну из Юлькиных подружек. Босая, в ночной сорочке, с нелепой улыбкой до ушей — явно со вчерашней вечеринки. Только тем отвязным девицам могло прийти в голову прогуливаться в ночнушке по городу. Но почему-то эта девушка не стала возвращаться в Юлькин дом, а удумала навестить соседей и зашла на участок Казарновской. «Соль попросить», — в шутку предположил Малеев, и оба охранника всласть поржали над курьезной ситуацией.

Босоногую незнакомку они засняли, но фотки в соцсети не выложили. Снимали, как выразился Зенин, «чисто по приколу», то есть в личную коллекцию, которую уже наполняли сотни фотографий с регулярных Юлькиных девичников.

Когда же разнеслась