Молчание греха - Такэси Сиота

Душа Юми пришла в полное смятение от мысли, что их жизнь с Рё может вот так внезапно окончиться. У него не было прививок… Это и раньше ее беспокоило. Ведь в случае серьезного заболевания оно может угрожать жизни. Так что не оставалось другого выбора, кроме как отвезти его в больницу. Она уже собралась взять Рё на руки, когда Такахико осторожно положил руку ей на плечо.

– Давай позвоним Сакуносукэ.

– Это не имеет никакого смысла. Арт-дилеры не врачи.

– Сначала надо успокоиться.

– Нет. У Рё нет прививок. А вдруг у него какая-нибудь страшная болезнь?

– В любом случае позволь мне позвонить Сакуносукэ.

– Зачем? Это наша вина! Из-за нас Рё так плохо… Он так страдает, а мы даже не можем отвезти его в больницу…

В панике нахлынули слезы, Юми уперлась руками в постель и заплакала.

Такахико встал, не сказав ни слова, пошел в гостиную и набрал номер телефона. Слыша его голос, Юми немного успокоилась и тоже направилась в гостиную.

– Представляю, как вы испугались…

Взяв трубку у Такахико, Юми услышала веселый голос Сакуносукэ. Он звучал настолько беспечно, что ей захотелось прильнуть к нему.

– У детей часто бывает температура. Обычно им не нужны жаропонижающие лекарства, но я, кажется, недавно отправлял вам разные бытовые мелочи.

Сакуносукэ время от времени посылал им предметы первой необходимости – моющие средства, продукты быстрого приготовления и прочее.

– Там есть сумка с бинтами и другими мелочами. Среди них должны быть жаропонижающие свечи.

– Правда?

– Педиатр прописал их моей младшей дочери, но они ей не понадобились. Думаю, что вы вполне можете использовать их. Только для Рё их лучше разрезать пополам.

Она почувствовала, что пришло спасение, и снова заплакала.

– Большое спасибо, господин Сакуносукэ… Я правда…

У нее перехватило дыхание, и она не могла как следует выразить свою благодарность.

– А, не придавайте значения. Но если температура поднимется выше сорока градусов, я думаю, надо будет поехать в больницу.

Юми несколько раз поклонилась перед телефоном, повесила трубку и снова проверила температуру Рё. Было все еще 38,7 градуса, поэтому она нашла свечку, о которой говорил Сакуносукэ, разрезала ее пополам и поставила.

На следующее утро температура Рё упала до тридцати семи градусов, а цвет лица улучшился. Мало-помалу к нему вернулся аппетит, а еще через день температура нормализовалась.

В те выходные в постели оказалась Юми, которая слишком устала оттого, что ей пришлось положить столько сил на ухаживание за ребенком, не оставляя работы. Задремав одна на своем футоне, она вдруг вспомнила слова Сакуносукэ, которые он произнес в Сиге: «Такая жизнь долго не продлится».

4

Впервые за долгое время она выпила.

Это был битком набитый паб, наполненный веселыми голосами. Юми села на подушку в комнате с татами и потягивала холодный напиток. Облегчение после хорошо выполненной работы и шумная атмосфера бара способствовали тому, что она выпила больше алкоголя, чем следовало.

– В этом году все прошло особенно хорошо.

Доктор Ёкояма сидел напротив нее, скрестив ноги, и гордо держал в одной руке стакан сётю. Он повторял одно и то же, наверное, уже в десятый раз. Дэвид, сидевший рядом с Юми, тоже показывал ей поднятый вверх большой палец. Похоже, что дальше ей уже ничего не придется переводить.

Дэвид Паркер был президентом австралийской компании, занимающейся импортом галантереи. Они стали общаться после того, как сын Дэвида гостил в доме Ёкоямы по программе студенческих обменов.

Нынешний приезд Дэвида в Японию совпал с самурайским фестивалем Датэ, поэтому Ёкояма попросил Юми, которая руководила английской школой поблизости, поработать переводчиком.

Название Датэ произошло от того, что в период Мэйдзи клан Датэ Ватари, ветви феодалов Сендая, в полном составе переселился из префектуры Мияги в этот район Хоккайдо и занялся его освоением. А традиционное шествие воинов по городу превратилось в летний фестиваль.

Главное событие сегодняшнего дня – ночной парад. Двадцать одна большая платформа с впечатляющими изображениями могущественных воинов проплывала по городу одна за другой, а в конце все они собирались на территории местной начальной школы для триумфальной процессии. В темноте платформы выглядели особенно эффектно, сверкая рядами разноцветных огней.

Во время неожиданного фейерверка около трех тысяч человек разразились аплодисментами. Дэвид тоже радостно захлопал в ладоши.

– Госпожа Хасимото, вы замечательно говорите по-английски. А я ни слова по-японски не знаю…

Она привыкла, что ее называли «госпожа Хасимото» и «Такако-сенсей». Она немного беспокоилась, потому что назвала Сакаи свое настоящее имя, и никак не могла забыть, что находится в бегах.

На следующий день будет парад воинов в доспехах и ей опять придется переводить…

Юми посмотрела на часы и удивилась, что уже одиннадцать. Она поспешно объявила, что ей пора, и Ёкояма предложил отправить ее домой на такси. В машине впервые за долгое время Юми почувствовала удовлетворение. Она была рада, что ее работу похвалили.

Юми была глубоко благодарна судьбе за то, что в сложившейся ситуации ей удалось открыть английскую школу. Но ее все время преследовало опасение, что, не имея возможности общаться со взрослыми, она постепенно теряет навыки английского языка. Для Юми английский был одной из главных опор в ее жизни. Она завидовала мужчинам, которые всегда могли сосредоточиться на работе. Вот почему сегодня, когда ее способности были востребованы и она смогла оправдать возлагавшиеся на нее ожидания, Юми испытывала особенное чувство.

На всякий случай она вышла из такси, немного не доехав до дома. В последний раз, когда она брала такси в Токио, водитель не сводил с нее глаз, пока она не открыла дверь своей квартиры.

Несмотря на лето, день был прохладный и пасмурный. В состоянии легкого опьянения это было то что нужно. Ей была приятна эта неторопливая одинокая прогулка под звездами.

Подойдя к дому, она увидела фигуру перед беседкой. Там сидел Рё, слегка освещенный фонарем.

– Рё-кун!

На ее голос Рё вздрогнул и поднял глаза. Наверное, он спал.

– А, мама!

Рё счастливо рассмеялся, а Юми опустилась на колени и обняла его.

– Ты ждал меня?

Гладя его мягкие волосы, Юми почувствовала приятный запах шампуня. Она была счастлива. Только что она наслаждалась временем, проведенным в одиночестве, но теперь всю ее захватило чувство любви к Рё, который ее ждал.

– Ты не замерз?

На нем была только тонкая рубашка с длинными рукавами, но Рё покачал головой. До сих пор он никогда не ложился спать без нее. Она почувствовала себя виноватой из-за того, что он, должно быть, волновался.

– А что папа?

– Спит.

Они посмотрели друг на друга и рассмеялись. Войдя в дом, Юми подумала, что Рё делал то же самое в Иокогаме. Она