Дочь комедиантов - Жозефина Коломб

нее были и свои недостатки. Уже маленькой девочкой она отличалась необыкновенной опрятностью, а теперь тетушка Перро не могла нарадоваться, с каким старанием Крошка исполняла всю домашнюю работу. Девочка перестилала постели, выметала комнаты, стирала пыль, чистила мебель и отлично справлялась со всем хозяйством. Это было у нее в крови, как выразился однажды дедушка Карилэ, рассказав, как она принялась мыть окна в его каморке.

Так же заботливо и тщательно Крошка ухаживала всегда за своей внешностью. Но мало-помалу эта старательность перешла в желание наряжаться. Девочка стремилась одеваться с возможно большим вкусом, украшая свой скромный костюм подручными материалами, а когда ей попадалось зеркало, она подолгу и с нескрываемым удовольствием любовалась собой. Дедушка Карилэ, разумеется, не замечал перемен в своей любимице, но они не ускользнули от глаз мадам Террасон.

В назначенный день Крошка тщательно нарядилась и рано утром вышла из дому вместе с дедушкой, чтобы ехать в дилижансе в Курон. Глядя им вслед, тетушка Перро озабоченно покачала головой, между тем как Карилэ не мог налюбоваться своей дорогой внучкой, которая нынче казалась ему еще краше, чем всегда.

Крошка была до того занята собой и своим нарядом, что не обращала никакого внимания на дедушку, который поехал на праздник в своем обычном костюме — единственном и весьма потрепанном.

Глава XXI

Свадьба в деревне

Час спустя дилижанс остановился у проселочной дороги, которая вела в деревню Курон, находившуюся всего в четверти часа ходьбы от большой дороги.

Карилэ и Крошка вышли и отправились дальше пешком. По пути они то и дело отвечали на поклоны крестьян, у которых было в обычае кланяться всем встречным путникам и в особенности горожанам.

Крошка весело шла под руку с дедушкой, и глаза ее сияли радостью, когда она слышала замечания прохожих.

— Смотрите-ка, какая хорошенькая девочка! — раздавалось ей вслед. — Просто прелесть!

Однако некоторые замечания заставляли девочку краснеть от досады.

— Взгляните-ка на этого старого чудака! Как он смешно оделся! — слышалось время от времени. — И где только он нашел такую хорошенькую девочку?

Сначала подобные насмешки над ее дорогим дедушкой оскорбляли Крошку и она с гневом отворачивалась в сторону. Но когда старик стал обращать на себя всеобщее внимание, она потихоньку высвободила свою руку и отстала от него на несколько шагов под предлогом, что хочет собирать цветы. Однако, срывая цветок за цветком, тотчас же небрежно роняла их в дорожную пыль.

Крошка снова подала руку дедушке Карилэ, лишь когда они подошли к дому Роберши, где их ожидал радушный прием. Там никто не осмелился бы посмеяться над странным костюмом старика.

Но когда свадебное шествие с музыкантами во главе двинулось по улице Курона к церкви, деревенские ребятишки снова со смехом побежали за ним, потешаясь над его сюртуком, шапкой и нетвердой походкой. Если бы они знали, что именно этот старик мастерит те хорошенькие ветряные мельницы, которые из года в год доставляли им столько радости, они вряд ли стали бы потешаться над ним.

Сам дедушка Карилэ и не замечал, что служит посмешищем всей деревенской детворе. Но тем неприятнее это было Крошке, которая важно шла под руку с двоюродным братом невесты. Все насмешки отзывались яркой краской на ее лице. В смущении она ожидала окончания церковного обряда и даже пожалела, что приехала на эту свадьбу. Когда же шествие тронулось из церкви в обратный путь, Крошка оставила дедушку и протолкалась вперед, чтобы не видеть его и не дать ему случая заговорить с ней.

Вернувшись на ферму, большая часть гостей в ожидании обеда высыпала на только что скошенную лужайку. Кто-то предложил потанцевать, и скоро на зеленой полянке закружились веселые юные пары, остальные же расположились отдохнуть под тенью могучего дуба.

Крошка, разумеется, находилась среди молодежи. Она не танцевала с тех пор, как поселилась у дедушки Карилэ, хотя прежде мать обучала ее танцам, и совсем не ради потехи. Теперь же эта забава среди веселых молодых пар доставляла ей большое удовольствие. Девочка очень быстро освоилась с музыкой, вспомнила мамины уроки и с таким увлечением понеслась по лужайке, что затмила своей грацией и легкостью не только всех деревенских, но и городских девиц. С сияющим лицом и гордо поднятой головкой Крошка отплясывала в кругу, а когда ей приходилось вести за собой цепь танцующих и проходить под руками танцоров, порхала с такой быстротой, что остальные едва успевали за ней.

Дедушка Карилэ не мог отвести глаз от внучки. Он одиноко сидел под дубом и любовался грациозными движениями и сияющим радостью лицом своей любимицы.

Но не один дедушка Карилэ любовался ею. Несмотря на свои двенадцать лет, она была окружена молодыми людьми Курона, которые, хотя и недолюбливали горожан, оказывали девочке большое внимание. Никто из них не подозревал, что она была дочерью комедианта, которую принял к себе из сострадания старый продавец ветряных мельниц. Все добивались чести танцевать с этой городской барышней, которая в своем новом платье и чепчике с розовым бантом приковывала к себе восхищенные взгляды.

Гости все прибывали. Решили танцевать кадриль. Крошка быстро выучилась всем фигурам и танцевала с таким увлечением, что личико ее совсем разгорелось от удовольствия.

Но вдруг ее кавалер, напыщенный деревенский парень, нарядившийся в шляпу, какую носят горожане, покатился со смеху.

— Взгляните-ка туда! — воскликнул он, указывая в сторону дуба. — Видите это старое чучело? Как потешно он вырядился! И где только он достал такой сюртук? А шапка-то, шапка! Надо будет спросить, у кого он заказывает платье. В день моей свадьбы я наряжусь в такой же костюм!

Крошка взглянула в ту сторону, и краска бросилась ей в лицо: эта злая насмешка относилась к ее старому дедушке!

Девочка до того растерялась, что не могла вымолвить ни слова и, опустив глаза, стояла рядом со своим кавалером.

Заметив, что она не разделяет его веселья, тот спросил:

— Разве вы знакомы с этим старым чучелом?

Крошка мгновение помедлила с ответом и отрывисто выговорила:

— Нет!

Бедный дедушка Карилэ! Неблагодарная девчонка, которую он спас от смерти,