Дочь комедиантов - Жозефина Коломб

Правда, кроме платы за квартиру, эти деньги шли только на пропитание старика и его названой внучки. Платьем и обувью девочку в изобилии снабжали мадам Террасон и ее знакомые, беспокоившиеся о судьбе сиротки. Что касается дедушки Карилэ, то он на свой туалет тратил очень мало средств. В течение года старик изнашивал лишь одну пару башмаков, которые заказывал за месяц вперед у одного башмачника на окраине города. Эта обувь, пусть не слишком красивая и даже грубая с виду, была необыкновенно крепкой, уступая в прочности разве что старому долгополому сюртуку дедушки Карилэ.

Если бы кто-нибудь спросил продавца мельниц, давно ли он приобрел свой сюртук, он не смог бы ответить на этот вопрос. Насколько старик помнил, он всегда бродил в нем по улицам Нанта. Правда, сюртук уже совсем выцвел и сильно лоснился, но дедушка Карилэ не был охотником до франтовства и не думал расставаться с ним, покуда он еще был цел и предохранял старика от стужи и дождя.

Глава XX

Новое платье

Прошло несколько лет, в течение которых ничто не нарушало спокойной жизни дедушки Карилэ и его Крошки. Девочка училась прилежно и очень выросла. К двенадцати годам она умела не только прекрасно читать, писать, шить и вязать, но и обладала замечательным вкусом и ловкостью в разных рукоделиях.

Карилэ души не чаял в своей умной, хорошенькой внучке и день и ночь ломал себе голову над тем, как бы порадовать ее каким-нибудь особенным подарком.

Наконец его осенила счастливая мысль.

— Куплю-ка я ей новое платье! — воскликнул он. — Бедная девочка всегда носила только старые вещи. Да, да, непременно куплю ей новое платье и замечательный чепчик с розовыми лентами! Как она будет хороша в этом наряде! Все будут завидовать старому Карилэ, какая славная у него внучка…

Старик довольно потер руки, но тут же загрустил:

— Но ведь все это будет стоить очень дорого. Откуда я достану столько денег?.. И сколько может стоить такое платье и чепчик?.. Тетушку Перро не стоит спрашивать. Она, наверное, пожмет плечами и скажет: «Зачем ей новое платье, когда все старые еще хороши и целы? Такая бедная девушка, как Крошка, не должна думать о нарядах. Это наведет ее на дурные мысли».

Карилэ вспомнил, что однажды уже слышал от квартирной хозяйки эти слова, и с улыбкой покачал головой: совершенно невозможно было допустить, что в головке его любимицы могла возникнуть дурная мысль.

— Нет, нет, тетушке Перро я ничего не скажу. А мадам Террасон? Не сочтет ли она меня неблагодарным? Ведь она с избытком снабжает ребенка всем необходимым… Как она посмотрит на это дело?

Старик сильно задумался и решил выждать удобного случая, чтобы посвятить мадам Террасон в свою тайну. Но главная его забота теперь состояла в том, чтобы добыть необходимые средства.

Продавец игрушек стал ежедневно утаивать от тетушки Перро несколько су, которые тщательно завязывал в старый платок и прятал на дно ящика комода. При этом он всегда со страхом ожидал, что квартирная хозяйка недоверчиво посмотрит на него и спросит, отчего он стал давать ей меньше денег.

Однако тетушка Перро никаких вопросов не задавала. Дни проходили за днями; деньги копились медленно, и Карилэ с грустью убедился, что таким образом нескоро достигнет своей цели. Необходимо было искать другие способы.

До сих пор он никогда не посещал окраины города, но теперь старика не пугали большие расстояния. Каждый день до позднего вечера бродил он по городу, забираясь в самые отдаленные улицы, и, вернувшись домой, в изнеможении падал на стул.

— Ты очень устал, дедушка? Отчего ты приходишь так поздно? — спрашивала его девочка, бросаясь ему на шею и не подозревая, для кого он выбивается из сил.

Крошка не знала и того, что старик по вечерам, как только она засыпала, снова тихонько зажигал свою лампу и работал до поздней ночи, чтобы заготовить побольше мельниц.

Как изменился теперь дедушка Карилэ! Теперь ему и в голову не приходило, как бывало прежде, сидеть сложа руки, если у него хватало денег на два дня!

Между тем проходила неделя за неделей, и дедушка Карилэ успел уже скопить порядочную сумму. Но до сих пор ему все еще не удалось посоветоваться с мадам Террасон насчет нового платья для своей любимицы.

Скоро, однако, такой случай представился. В один прекрасный майский день к нему явилась Роберша и пригласила его вместе с Крошкой в деревню на свадьбу своей племянницы.

Старик был вне себя от радости. Какой прекрасный предлог для покупки нового платья! Он с благодарностью принял предложение Роберши и тотчас отправился на улицу Роз.

Мадам Террасон взялась исполнить просьбу старика. Подсчитав стоимость обновки, она обещала добыть на сбереженные стариком деньги не только новое платье, но и полный наряд, и когда старик на следующее утро зашел к ней с Крошкой, она многозначительно передала ему большую картонку.

Старик с улыбкой открыл ее, заранее предвкушая радость, какую доставит этот подарок его дорогой внучке, и развернул перед изумленной девочкой чудесную материю в розовую и белую полоску, хорошенький чепчик с розовым бантом, белые чулки и новые башмаки.

Крошка сначала недоуменно посмотрела на дедушку. Но когда она узнала, что этот роскошный наряд куплен для нее и она пойдет в нем на свадьбу, восхищению ее не было предела. Девочка смеялась, плакала, танцевала, хватала и целовала то материю, то чепчик и, наконец, бросилась на шею дедушке, который отошел в угол и издали со слезами умиления любовался ее восторгом.

Глубоко тронутый счастьем девочки, Карилэ в прекрасном расположении духа отправился бродить по городу со своими мельницами. Мадам Террасон раскроила платье и отдала его шить Крошке.

До свадьбы оставалось всего несколько дней, и девочка поспешно принялась за работу. Никогда еще она не трудилась с таким рвением и никогда не шила так быстро и хорошо.

Но мадам Террасон неспроста озабоченно посматривала на свою воспитанницу, мысли которой всецело были заняты новым платьем. Хоть дедушка Карилэ и считал свою названую внучку совершенством, у