Фарра Нурза и Кольцо судьбы - Диба Заргарпур

Глава 12

Болезненное превращение

Перелёт в Филадельфию занял гораздо больше времени, чем я думала. Оказалось, что волшебные облака – не самолёты, и их скорость оставляет желать лучшего. Идрис пытался меня развлечь, но уснул где-то пару часов назад. Я ещё никогда не видела такого сони. Ясин же с каким-то маниакальным упорством уткнулся в книгу и, не отрываясь, читал.

Я старалась не смотреть на брата, который до сих пор хранил свою тайну. Сейчас ему некуда деваться, и, возможно, если я задам вопрос напрямую, он расскажет о сделке с королём Барканом.

– Чего вылупилась? У меня, что, рог на лбу вырос? – спросил Ясин, заметив, как я на него смотрю.

Воспользовавшись тем, что Идрис спал, я тихо сказала:

– Может, я не та сестра, о которой ты мечтал, но спасти папу мы сможем, только если будем действовать сообща.

– И? – Ясин даже бровь не повёл. – Разве мы не этим заняты?

– Похоже, ты что-то недоговариваешь, – Я украдкой бросила взгляд на его карман, где он прятал то, что дал ему король Баркан.

– Если ты о… – слова Ясина стали вязкими, словно он только что разжевал гору ирисок. Он откашлялся и попытался продолжить. – Я тебе не врал, когда я… – Его лицо побагровело, слова снова застряли в горле. Он вздохнул. – Единственное, о чём сейчас стоит волноваться и думать, – как спасти Бабу.

– Слово даёшь?

Ясин какое-то время пристально смотрел на меня, прежде чем кивнуть.

– Если это всё, то я продолжу читать. Мне ещё много осталось. – Он отвернулся и снова погрузился в чтение.

– Ладно, – бросила я, но мне совсем не хотелось так заканчивать разговор.

Когда Ясин отвернулся, внутри всё скрутило от неприятного предчувствия. Мне хотелось закричать: «Я знаю, что ты скрываешь, лжец!» – но после потери кольца и забытой книги я чувствовала себя такой ничтожной, словно всех разочаровала. Я всегда была лучшей, а теперь нет.

Нужно взять себя в руки и сосредоточиться на главном. Моя задача – получить защитный амулет. Возможно, тогда у меня перестанет так неприятно крутить в животе, и я смогу вывести Ясина на чистую воду и заодно рассказать обо всём Идрису. Мне обязательно нужно посвятить Идриса в новые подробности, которые я узнала. Не хватало, чтобы он решил, будто я заодно с Ясином и пытаюсь его обмануть.

Надеюсь, до тех пор ничего ужасного не случится.

Мы прибыли в Филадельфию почти на закате. Городские огни будто подмигивали уходящему солнцу, а из-за облаков уже выглядывала луна. Мы кружили в воздухе, постепенно снижаясь. В животе всё переворачивалось от волнения. Не знаю, что страшнее: знать, что брат врёт мне в глаза, или выложить правду Мадар и бабушке с дедушкой.

Поначалу я горела желанием всё им рассказать, но вдруг новость о том, что я наполовину джинн, поменяет их отношение ко мне? Ведь поиски Падара начались в том числе из-за моего желания узнать, почему он бросил Мадар столько лет назад. Я думала, что, раскрыв правду, мы сможем остаться в Филадельфии. Но этот секрет куда серьёзнее, чем переезд. Он мог кардинально изменить наши отношения в семье. Я уже представила себе разочарованное лицо Хаджи-Бабы и услышала его недовольный голос: «Я всегда знал, что с ней что-то не так, прямо как с её отцом».

Что, если, рассказав правду, я только всё испорчу? Потеряю не только папу, но и Мадар?

Взглянула на Ясина, который с каким-то особым вниманием рассматривал проплывающие мимо дома. Он нервно выдёргивал из брови волосы. Я не могла отвертеться от мысли, пусть и понимала, что так неправильно думать: может, всё было бы проще, окажись я чистокровным джинном или обычным человеком?

Интересно, а Ясин об этом думал?

Несмотря на то, что я до сих пор была обижена на Ясина, где-то в глубине души я чувствовала крохотное желание узнать его получше. В конце концов, семья есть семья, даже если он этого и не признаёт.

– Ты когда-нибудь бывал в городе, где живут люди?

– Нет. Зачем мне это? – недоумевал Ясин. – Я сын короля джиннов. У меня с людьми ничего общего быть не может.

Он всё так же нервно дёргал бровь, словно в голове у него никак не складывался какой-то пазл, связанный с отцом. Какой смысл королю джиннов тайком ото всех проводить время в мире людей?

– А как же твоя мама? – спросила я.

– А что с ней?

– Ты всегда говоришь об отце, а что насчёт твоей мамы? Она тоже королева джиннов? Чем занимается?

Я представила себе мать Ясина, великолепную королеву джиннов с ярко-изумрудными глазами, под стать его собственным. Он ведь на Падара совершенно не похож. Наверное, у неё просто ангельское терпение, если она умеет справляться с его взрывным характером.

Ясин замолк на секунду, словно в его памяти всплыло какое-то грустное воспоминание.

– Моя мама…

В этот момент мы врезались в стаю голубей, и облако ощутимо тряхнуло. Идрис как ужаленный подпрыгнул.

– Нет, только не молочный шоколад! Не заставляйте меня его есть! – вскрикнул он, очнувшись ото сна и растерянно хлопая глазами. Потом заметил, что впереди уже вырисовывалась панорама Филадельфии. – Ах, что может быть лучше, чем проснуться от одного кошмара и попасть в другой?

– Вообще-то я люблю молочный шоколад, – пробормотал Ясин, сонно потирая глаза.

– У тебя просто нет вкуса.

– Нет, это у тебя нет вкуса.

– Фарра, рассуди. Кто из нас прав? – спросил Идрис.

– Молочный шоколад вполне себе ничего, – пожала я плечами, игнорируя протестные возгласы Идриса. Краем глаза заметила лёгкую, почти незаметную улыбку Ясина. Но взгляд у него по-прежнему оставался отсутствующим, будто он был где-то далеко, и я снова задумалась: какая история связана с его мамой?

Мы мягко опустились на мост между центральной частью города и университетским районом. Здание вокзала сияло в вечерних сумерках. Поезда неспешно прибывали и отправлялись. Идрис и Ясин всё ещё жарко спорили о том, почему молочный шоколад должен («Не должен», – тут же поправил Идрис) существовать на свете.

– Как горький шоколад вообще может кому-то нравиться? Он же горький, – проворчал Ясин, окидывая взглядом золотисто-синюю реку Скулкилл.

Пара отчаянных гребцов упорно тренировалась, ловя последние лучи уходящего солнца. Ясин вдруг замолк, заворожённый открывшимся видом.

– Ух ты… Это выглядит очень умиротворяюще.

– Эти гребцы? Да, я всегда мечтала попробовать, но мама говорит, что я ещё маловата. – Я показала вдаль. – Отсюда почти не видно, но