Шепот бота - Павел Беренсевич

поминутно напоминали отцу, что им обещали хот-доги. Ряд передо мной пока еще пустовал, но несколько следующих занял западно-поморский фан-клуб «Ливерпуля». За моей спиной два пожилых джентльмена обсуждали (по-польски), следует ли из того, что Юрген Клопп был когда-то тренером Левандовского, что «Левый толком не поиграет, так как Клопп знает, как его сдержать», или, скорее, что «Левый наконец разыграется, потому что знает приемы Клоппа». Проверив ближайших соседей, я потянулся к рюкзаку и вынул Focus Z Super Classic. Я приложил бинокль к глазам и некоторое время бесцельно блуждал взглядом по разным закуткам стадиона: команда усачей в кожаных штанах и шляпах с пером, одинокий голубь под крышей, симпатичная девушка в футболке Матса Хуммельса, полуоткрытый ноутбук под скамейкой «Ливерпуля», несколько знаменитостей на трибуне для ВИПов, скорая в туннеле, комментаторские кабины… «Интересно, у этого предателя место лучше, чем у меня?» – вдруг пришло мне в голову. Я поискал глазами сектор, но места не помнил, поэтому просто методично водил биноклем. Наконец я его увидел. Он сидел на тринадцатом или четырнадцатом ряду, в нескольких местах от прохода, и нервно вглядывался в туннель, из которого вот-вот должны были появиться команды. Он был одет в майку «Ливерпуля», на шее шарф «Ливерпуля», а на голове кепка «Ливерпуля». До этого мне было неважно, кто выиграет. Теперь я внезапно решил: «БА-ВА-РИ-ЯААА! БА-ВА-РИ-ЯААА! БА-ВА-РИ-ЯААА!» – я мысленно присоединился к болельщикам «Баварии». На пустом кресле рядом с Яцеком стояла какая-то табличка, я сначала принял ее за транспарант, которым он будет размахивать после гола. «Интересно, что он придумал», – кисло подумал я и слегка подкрутил фокус. Все-таки это был шикарный бинокль: легкий, симпатичный, приятный для глаз, а приближал он так, что расстояние вообще не ощущалось. Надпись на табличке я увидел так отчетливо, будто на экране монитора. «Место моего друга», – прочитал я, и мне стало не по себе. Конечно, я все еще злился на него за историю со Львовым – от таких вещей нелегко оправиться, но ярость должна постоянно подпитываться. Если ей не давать пищи, она вянет, блекнет и наконец начинает приносить больше страданий, чем облегчения. По сравнению со свинствами других людей, имен которых я больше не собираюсь произносить, свинство Яцека было, скажем так, умеренным. В конце концов, он сделал это из заботы обо мне, хотя я бы предпочел, чтобы он так не заботился. Я не собирался обижаться до самой смерти, однако немного наказать его мне хотелось. Надписью на свободном сиденье он мне это удовольствие испортил. После минутного колебания я полез в карман и вытащил телефон. Я уже собирался набрать номер из телефонной книжки, как вдруг мне в глаза бросился белый треугольник, торчащий из-под чехла. Я с удивлением потянул за край бумажки и осторожно вытянул сложенный лист. Когда я его развернул, то почувствовал, как кровь отливает от моего лица. «Эликсир стройности! – кричали красные буквы. – Есть лишние килограммы? “Слимомикс” с ними разберется!» Сколько времени прошло с тех пор, как я спас этот клочок бумаги от ног прохожих на сером асфальте «Сковородки»! Я аккуратно взял листовку пальцами – двумя руками по обеим сторонам – и мягким, плавным движением разорвал ее на две части. Сложив половинки вместе, я снова порвал их пополам, потом половины половинок и половинки половинок половинок. В моих руках росла пачка все более мелких обрывков, пока они не стали настолько маленькими, что разорвать их было уже невозможно – и тогда на пол под моим стулом просыпалось белое конфетти. Только теперь я мог позвонить.

– Привет, – сказал я, когда Яцек взял трубку. – Ты меня не видишь, но я тебя вижу.

– Я в телеке? – он глянул на экран.

– Нет, но я на стадионе.

– А почему не здесь? – спросил он.

– У меня место лучше. Для тебя тоже есть. Приходи, если хочешь.

– Нет, ты приходи, – уперся он.

– А почему я?

– А почему я?

– А почему я?

В этот момент выбежали футболисты, и поднялся такой гам, что разговаривать дальше стало невозможно. Баварцев на поле вывел Мануэль Нойер, а ливерпульцев Джордан Хендерсон. Обе команды, выстроившись в шеренги, прослушали гимн Лиги чемпионов, а я навел бинокль на лица футболистов. Миньоле, Гомес, Клаван, Ловрен, Робертсон, Хендерсон, Джан, Лаллана, Мане, Салах, Фирмино – состав «Ливерпуля». В «Баварии»: Нойер, Киммих, Хуммельс, Боатенг, Алаба, Хави Мартинес, Рибери, Хамес, Мюллер, Левандовский, Видаль. Под красным гетром на лодыжке последнего даже с помощью Focus Z Super Classic татуировку было не рассмотреть. После гимна, приветствий и жеребьевки футболисты заняли позиции, судья проверил, все ли готовы, и матч начался. Как и в полуфинале с «Реал-Мадридом», с первого же свистка «Ливерпуль» бросился в атаку. Мохаммед Салах и Садио Мане двигались с такой скоростью, что рослые защитники «Баварии» выглядели рядом с ними как фуры рядом с «Феррари». Но они и не собирались гоняться. Со стоическим спокойствием они умело перемещались по полю, чтобы, где нужно, преградить путь, перехватить пас или поймать противника в ловушку офсайда.

Когда через четверть часа египтянин и сенегалец слегка утомились биться о стену баварской обороны, мяч стал все более плавно перемещаться между спортсменами из «Баварии»: сначала медленно, сонно, точно от ноги к ноге, центр, левый фланг, центр, правый – вдруг великолепный пас Хамеса Родригеса, и мяч по дуге летит в штрафное поле. В этот момент из-за спин уснувших защитников выскочил Роберт Левандовский. Он принял мяч на грудь и ударил со всей силы! Вместе с тысячами болельщиков я подскочил с места, а когда опустился, все было кончено. Мимо! Я схватился за голову и тут услышал в кармане пиликанье. Уверенный, что это Яцек хочет поделиться впечатлениями по горячим следам, я потянулся за телефоном. Хватило одного взгляда, чтобы убедиться, что я ошибся. Я раздраженно выключил телефон, пообещав себе, что, как только вернусь домой, отпишусь от рассылки «Якандада Тудэй». Тем временем Эмре Джан как раз готовился пробить угловой. Секретным знаком он показал, как будет бить, и ударил по центру штрафной площадки. Выше всех подпрыгнул хорватский защитник «Ливерпуля», Деян Ловрен, и головой направил мяч в сторону верхнего угла ворот «Баварии». Английские фанаты уже видели его в воротах, но на пути мяча встали вратарские перчатки. Мануэль Нойер как всегда вовремя прилетел на помощь команде. Что это был за матч! Атаки и опасные моменты один за одним. Ни одна из команд не могла надолго удержать преимущество. «Совсем как Полсон с Коксом», – подумал я, потому что эта эсэмэска от газеты застряла где-то на периферии моего сознания. В Австралии уже