Решительный сентябрь - Жанна Александровна Браун

Через два часа он, как бы случайно, встретит Настю возле училища, возьмет ее портфельчик и… С ума сойти, мальчики-девочки, через два часа! Сейчас четыре, значит, будет уже шесть… начало в восемь. Они же не успеют достать билеты! Да что эта Бронислава, совсем одичала, что ли? Ничего умнее не придумала — окна мыть!

Угнетенный сложностью жизни, Славка бродил по училищу, мрачно убивая время. Его оказалось много. Славка начал уже опасаться, что ему одному не справиться, и поспешил на крики и стук мяча в физкультурный зал.

Здесь шли соревнования по пинг-понгу на личное первенство. Судил комиссар. Славка затесался в толпу болельщиков. Очередная партия шла к концу. Счет вел верзила-третьекурсник в голубой олимпийке и белых шортах. Почти не двигаясь с места, он брал такие двойные закрутки и топсы, что болельщики буквально выли от восторга.

Славка тут же пришел к выводу, что сыграл бы не хуже. Во всяком случае подачи у него куда чище. Жаль, не записался вовремя, сейчас бы аплодировали ему, а не этому верзиле. А может, еще не поздно? Славка протолкался вперед.

В противоположном углу зала сидели рядком на матах Белосельский и Семенюк. «Интересное кино, — удивленно подумал Славка, — что у них общего?» Говорил один Белосельский, а Семенюк слушал с угрюмым видом, заранее отрицая все, что ему скажут.

Партия кончилась. Комиссар подошел к Белосельскому, сел рядом.

— Димитриев, идите к нам! — крикнул комиссар.

Белосельский повернул голову и посмотрел на Славку спокойно, но и без особой радости. Хочешь — иди, не хочешь — катись, — нам, как говорится, без разницы.

— Я опаздываю, Виктор Львович! — крикнул Славка и вышел из зала.

Возле доски приказов стоял старший мастер Перов Борис Егорович и что-то быстро писал в пухлой записной книжке. Он был, как всегда, важен и бдителен. Увидев праздношатающегося Славку, Перов захлопнул книжку и загородил Славке дорогу.

— Кузнецов? — строго спросил он.

Перов с трудом запоминал фамилии учеников. Это обстоятельство было причиной частых недоразумений. Нарушители пользовались его слабой памятью и подсовывали ему первую попавшуюся фамилию. Среди нескольких сотен учащихся обязательно оказывался человек с названной фамилией, и Перов всей административной мощью обрушивался на невиновного.

— Димитриев. Из двадцать пятой группы.

— Почему болтаетесь без дела?

Славка не привык к подобной форме обращения. Да и случайная встреча с Белосельским подпортила ему настроение. Перов подставлялся сам, и Славка не собирался упускать жертву.

— Видите ли, — доверительным шепотом начал он и оглянулся настороженно. Перов тоже оглянулся, заинтригованный. — Видите ли… дело в том… только между нами, понимаете?

— Да, да, — подбодрил Перов, тоже переходя на шепот.

— Дело в том, что я жду… Прекрасную Даму!

И Славка застыл в самой почтительной позе. С минуту Перов тупо смотрел на него, с трудом постигая сказанное. Лицо его от свисающего подбородка ко лбу медленно заполнялось краснотой. Слепо потыкав в нагрудный карман записной книжкой и не сказав ни слова, Перов быстро пошел к себе.

Навстречу ему бежал по коридору старшекурсник в рабочем халате. Увидев Перова, обрадовался и что-то спросил.

— Что? У меня нет времени! — рявкнул Перов.

Славка сочувственно вздохнул. Лично у него времени навалом. Он с удовольствием предложил бы его Перову.

Без четверти пять Славка выскочил на улицу и стал не спеша прохаживаться неподалеку, гадая: прозевал Настю или нет.

Она вышла через несколько минут и была одна.

Славка помчался вперед, чтобы перехватить Настю возле трамвайной остановки. Зачем ей знать, как он ждал ее все это время. Он оглянулся, чтобы убедиться, что Настя здесь, и увидел, как из училища вышел Белосельский, уверенно догнал Настю. В руках у него был ее портфель…

У Славки, что называется, потемнело в глазах. Мальчики-девочки, что это? Пижон! Проклятый московский выскочка и… Настя? Дурак, осел, шляпа! Вообразил черт знает что! Умница, искренняя, не такая, как все, как эта рыжая лисичка… Неужели она не видит разницы между ним и этим пижоном?

Славка в отчаянии пронесся мимо трамвайной остановки, чтобы эта парочка не заметила его, не вообразила… Стоп, мальчики-девочки, откуда Белосельский понял тогда, что он заглядывал в слесарную именно к Насте, а не к кому-нибудь другому? Там же кроме нее девчонок навалом. Значит, это она сама рассказала ему, что они с Федором провожали ее однажды. Выставила на посмешище, и перед кем?!

Славка остановился и чуть не застонал вслух. Так опростоволоситься! Дурацкий колпак на нем звенел бубенчиками, и вся планета хохотала, показывая пальцами: хи-хи! Ха-ха-ха! Видали идиота? Это его дурацкое величество, сам Вячеслав Димитриев Первый!

Над Невой серой пеленой провисло низкое небо. Река, неласковая, отчужденно ударялась темной водой в гранит. Может быть, надеялась расшатать камни и вырваться из тесного русла? Билась, оставляя клочья серой пены на камнях, и устало несла тяжелые воды к вольному морю. Туда, где шла настоящая жизнь. Даже вельветовому Эдику нашлось в ней место, а он, Слава, вынужден стоять на берегу и только смотреть.

Старая самоходка, покачиваясь, притулилась у берега. На носу ее, свесив руку за борт, спал на ящиках матрос с медным профилем флибустьера. Славка засмотрелся на него, вдруг позавидовав остро, что и матрос уйдет по реке к морю, увидит новые города, другие страны…

Из белой рубки вышла девчонка в красной косынке набекрень. Из-под косынки свисали по голой шее, по низкому вырезу сарафана гладкие черные волосы. Девчонка выплеснула из ведра за борт, взглянула на Славку, улыбнулась и показала язык.

Славка повеселел. Девчонка была красивой, и ему захотелось крикнуть ей что-нибудь остроумное, легкое, но она скрылась в рубке и стала недостижимой.

Интересно, кто она? Матрос? Повар? Или капитанская дочка? Как ее зовут? Славка постоял еще минуту, надеясь, что девчонка выглянет и он увидит ее еще раз. И загадал: если выглянет, то впереди его ждет интересная жизнь, а неудачи и беды развеются сами собой.

Девчонка выглянула, прыснула смехом и снова показала язык. Славка непринужденно махнул ей рукой и пошел домой невесомым, упругим шагом, чувствуя всей спиной заинтересованный взгляд капитанской дочки.

Глава девятнадцатая. Когда у человека беда

1

Тот злополучный день, когда Сергей с Вальтером явились в училище и устроили сыр-бор, Славка не мог вспомнить без содрогания. Такие дела и грудному ребенку нельзя прощать.

В тот день оскорбленный Славка дал себе твердое слово, что примется наконец всерьез за