Тело без травм. Как тренироваться быстрее, сильнее и безопаснее - Генри Эбботт

идеями Хорвата и Ноукса. Так Маркус обзавелся своего рода тренерской «халтуркой»: он давал советы велогоночной команде Subaru-Montgomery и какое-то время даже работал с легендарным триатлонистом Марком Алленом.

Гарвардская медицинская школа приняла Маркуса, даже несмотря на то (это постыдный секрет Маркуса), что и по сей день ему не хватает нескольких баллов для получения диплома по биохимии в UCSB. От отложил поступление в медицинскую школу, чтобы работать моделью и спасателем на пляже, жить в фургоне VW и колесить по Западу, участвуя в соревнованиях по триатлону. Его спонсировали фирмы вроде Hobie, производителя солнцезащитных очков, а среди его соперников были такие люди, как Лэнс Армстронг.

Ближе к окончанию Гарвардской медицинской школы Маркус устроился на клиническую практику, как это называется в школе, по сути, на стажировку – к Ноуксу в Кейптаун. Там Маркус часто оказывался в местах с шикарным видом, где-нибудь на свежем воздухе, и беседовал о человеческих телах с блистательными умами вроде физиолога Джона Хоули и Луиз Берк – последняя была главой департамента нутрициологии в Австралийском институте спорта.

В беседах всплыла тема: универсальные средства почти всегда не работают. У тренеров была привычка вывешивать на стену одну и ту же программу тренировок; было много разговоров о том, чем должны питаться спортсмены или в какой обуви им следует заниматься. Однако все мы знаем – к этому нас приучила система здравоохранения со всеми ее анализами крови и рентгеновскими снимками, – что каждый из нас силен и слаб в разных аспектах, и лечебные средства должны это учитывать.

В Южной Африке Маркус провел исследование по изучению правильного питания в соревновательный день. Ведь сначала на протяжении десятилетия спортсменам говорили, что углеводы – единственный нутриент, который по-настоящему важен; за этим последовали годы активного продвижения белка, а после десятилетие одержимости «дизайнерскими жирами». Каждая из теорий указывала, что существует некий простой, предельно понятный ответ для всех и каждого.

В этот период времени жиры считались наихудшим нутриентом из возможных. Маркус провел эксперимент с арахисом и получил неоднозначные результаты, но заметил, что некоторые испытуемые выглядели лучше и сообщали о том, что чувствуют себя бодрее, когда в тарелке у них чуть больше жиров. Это билось и с другими сигналами, указывавшими на то, что спортсмены, как правило, выступают лучше, если игнорируют крайности в рекомендациях по части питания и едят, по словам Маркуса, «так, как ели их дедушки с бабушками», то есть обильно потребляли овощи, некоторое количество белка и жиров и минимальное количество продуктов, прошедших технологическую обработку. Все прочие неукоснительные правила, помимо этих, демонстрировали слабые результаты. «Мы даже не можем толком разобраться с макронутриентами!– говорит Маркус.– А ведь это не такая сложная штука. Это буквально основы основ питания». И по сей день Маркус позволяет голоду руководить собой, что, как он говорит, делает его одним из немногих спортсменов из его окружения в Санта-Барбаре, которые по-прежнему наливают в чай коровье молоко и не морщатся при виде куска сыра бри. «Это просто кажется мне правильным,– говорит он, прибавляя: – Я бы очень хотел, чтобы наука смогла дать нам ответы на все эти вопросы».

Чемпионат мира по кросс-кантри 1996 года собрал многих сильнейших бегунов планеты в Южной Африке, и одиннадцать из них посетили лабораторию Ноукса. Кенийские и эфиопские бегуны в результате завоевали восемнадцать из двадцати четырех медалей, разыгрывавшихся на чемпионате, забрав все золото. На протяжении двух насыщенных дней их изучали и оценивали всеми возможными способами: от замеров окружностей бедра до исследований состава крови. Вывод оказался простым: у бегунов с востока Черной Африки нет никаких очевидных физиологических преимуществ перед остальными бегунами (ни в уровнях максимального потребления кислорода, ни в структуре мышечных волокон, ни в части мышечной силы). Тем не менее они демонстрировали «превосходящее сопротивление утомлению», которое выражалось в более низкой концентрации лактата крови после длительных беговых нагрузок.

Некоторые бегуны двигаются низко, в плоской траектории, «будто тракторы», как говорит Маркус, тогда как другие подскакивают вверх-вниз. В глазах Маркуса лучшие бегуны из Восточной Африки отличались «куда большей пружинистостью, чем белые бегуны». Он обратил внимание на то, как быстро их стопы касались земли и как быстро усилие от приземления поднималось по ногам к крупным мышцам бедра. Исследование было посвящено сопротивляемости утомлению, но подкинуло Маркусу идей по теме предотвращения травм и важности пружинистости. «Все содержимое моих мозгов, – говорит Маркус, – от опытов занятий спортом подсказывало: так безопаснее».

В те годы подработка тренером, которой занимался Маркус, получила новый виток развития. Он стал вести мастер-классы по скорости и ловкости в паре с тренером национальной сборной Канады Брентом МакФарлэйном и выступал советником для бегунов-олимпийцев, в том числе для обладателя мировых рекордов спринтера Асафы Пауэлла. Значительная часть его работы была посвящена предотвращению травм, особенно травм сухожилий и мышц задней поверхности бедра. Перед отъездом в Южную Африку у Маркуса состоялся телефонный разговор с хирургом-ортопедом Бертрамом Заринсом, посвященный как раз этой теме.

«Заринс был важной фигурой, – говорит Маркус, – потому что входил в топ-3 лучших спортивных врачей в стране. По реноме, по публикациям, по регалиям. Ведущий доктор у олимпийцев. Он входил в команды врачей всех профессиональных команд Бостона». Они договорились о встрече, которая на волне их взаимного энтузиазма продлилась три с лишним часа.

Маркус вспоминает, как Заринс рассказывал ему об игроках NFL, которые приезжали в тренировочный лагерь с известными проблемами спины, а их там встречал тренер по силовым и с ходу давал им тест на приседание с максимально возможным весом. Маркус вспоминает слова Заринса: «Двое парней надорвали спины на этих тестах». Многие люди полагают, что в спорте элитного уровня все происходит на элитном уровне. Но Маркус говорит: «Заринс знает, насколько все на самом деле тупо, потому что он живет этим».

Они условились, что, когда Маркус вернется из Южной Африки, он присоединится к Заринсу в «Пэтриотс», чтобы поучаствовать в особом проекте. После десятков травм у игроков, особенно у звездного ресивера Терри Гленна, владелец и гендиректор команды миллиардер Роберт Крафт потребовал, чтобы команда разработала новый, более грамотный подход к работе с бедрами спортсменов.

Три основные мышцы задней поверхности бедра, пролегающие в задней части бедра и колена, очень раздражительные, но в целом гениальны по своей структуре – их изучают главным образом в процессе бега, оценивая то, как бегущая стопа соприкасается с землей. В момент, когда мышцы выпрямляют бедро, отталкивая назад ногу, они одновременно оказывают усилие по сгибанию колена, а после принимают на себя воздействие сил от приземления ноги спортсмена. Это поднимает