Битва за Гималаи. Безумная гонка империй за крышу мира - Скотт Эллсворт

– Что ты собираешься делать? – спросила Энид.

– Я взойду на Эверест в одиночку.

* * *

Поставив цель, Уилсон начал планомерно работать над ее достижением. Он прочел все доступные на тот момент книги об Эвересте, обошел фирмы, изготавливавшие альпинистское снаряжение, палатки, ботинки, спецпайки и искусственный кислород. Вскоре его квартира в Майда-Вейл на северо-западе Лондона была завалена снаряжением, картами Индии и Тибета, по которым Уилсон прослеживал маршруты экспедиций на Эверест 1921, 1922 и 1924 годов. Он был убежден, что целеустремленный, физически подготовленный человек способен совершить то, чего не могли добиться огромные экспедиции с сотнями носильщиков и вьючных животных. Уилсон также считал, что альпинисты тратили слишком много времени на то, чтобы добраться до горы. Поразмыслив, он пришел к выводу, что долгий путь к Эвересту можно легко сократить. Он запланировал долететь до горы на самолете, совершить аварийную посадку на леднике и подняться на высочайшую вершину Земли.

Но сначала надо было, разумеется, научиться летать. Уилсон собрал данные о различных моделях небольших самолетов, особое внимание уделяя мощности двигателя, расходу топлива и скорости, и вскоре пришел к выводу, что модель de Havilland Gipsy Moth – двухместный биплан с открытой кабиной, на котором летали многие известные британские летчики, – идеально подходит для его предприятия. Новая модель самолета пробила бы большую дыру в бюджете, поэтому Уилсон нашел подержанную машину и сразу же купил ее. А затем стал брать уроки пилотирования.

Учеником он оказался посредственным, и сразу стало понятно, что и хорошим пилотом стать ему не светит. Уилсон приходил на занятия в нелепом наряде – «в огромных, подбитых гвоздями ботинках, палевого цвета бриджах, заправленных в высокие гетры, большой кожаной куртке» – забирался в самолет и начинал тренироваться. Управлял машиной он с трудом – взлетал по ветру, пару раз чуть не разбился. «Нет! Нет! Нет! – кричал на него инструктор. – Не так резко! Управляй машиной плавно, а не как мясник, который рубит кости!» Уилсону потребовались значительно больше времени, чем другим ученикам, чтобы получить лицензию пилота.

К альпинистской подготовке он подошел еще более поверхностно, проведя несколько недель в Озерном краю и в Уэльсе, двух самых почитаемых альпинистских местах Англии. Однако Уилсон не занимался лазанием, а большую часть времени ходил по холмам, тренируясь на выносливость и почти ничего не узнав об азах горовосхождения. Однако его уверенность в себе и вера в достижение цели были непоколебимы.

Чего не скажешь о других людях. Едва о планируемой экспедиции узнали репортеры, в прессе стали появляться статьи и интервью с Уилсоном. Его считали либо чудаком, либо наивным мечтателем, который решил бросить вызов лучшим альпинистам эпохи и в успех которого никто не верил. Вскоре о намерениях Уилсона стало известно чиновникам, и они отнеслись к происходящему куда серьезнее. Министерство авиации в начале мая 1933 года сообщило Уилсону, что правительство Непала вряд ли разрешит полет к Эвересту. Уилсон резонно возразил, отметив, что «летчики леди Хьюстон спокойно летают над непальской территорией». Ведомство ответило, что разрешение для хьюстоновской экспедиции стало результатом «переговоров правительства Индии с правительством Непала» и что пилот-одиночка, действующий по собственному почину, разрешения не получит. В конце концов, министерство прямо рекомендовало Уилсону отказаться от полета. Тот проигнорировал телеграмму.

Воскресным утром 21 мая 1933 года на аэродроме Стаглейн под Лондоном Морис Уилсон сел в кабину своего самолета с регистрационным номером G-ABJC, названого Ever-Wrest[22]. Заведя мотор, англичанин помахал на прощание небольшой группе друзей, журналистов и зевак и отправился на взлет. Но он снова забыл основное правило аэродинамики и начал взлетать по ветру, а не против него. Едва не зацепив забор, огораживающий летное поле, англичанин все же смог поднять машину в воздух и стал набирать высоту.

* * *

Перелет на одномоторном самолете с открытой кабиной из Англии в Индию – мягко говоря, очень непростое дело. В 1933 году не существовало радиомаяков, по которым в наши дни ориентируются пилоты, да и аэропортов было довольно мало, кроме того, почти все они закрывались на ночь. Уилсон ориентировался по компасу, высотомеру и неполному комплекту авиационных карт, ему предстояло преодолеть более восьми тысяч километров, сверяясь с естественными и искусственными ориентирами на земле. Когда самолет летел в облаках, оставалось полагаться только на показания приборов и интуицию.

Вылетев из Лондона, Уилсон первую остановку сделал в Германии и переночевал у знакомых во Фрайбурге. На следующий день он планировал отправиться на юг и перелететь через Альпы. Но, пытаясь набрать высоту к востоку от Мюнхена, Уилсон обнаружил, что Gipsy Moth настолько перегружен, что не может подняться выше 2700 метров. Это грозило аварией, и пришлось вернуться во Фрайбург. Уилсон разработал новый маршрут в обход Альп и полетел на юг, в Марсель, а затем над материковой Италией и далее на Сицилию. Погода держалась великолепная, и уверенность Уилсона в своих силах росла. «Пока что, – писал он, – все довольно просто».

Однако в Тунисе на аэродроме Бизерты Уилсона задержала местная полиция. «Вам запрещено здесь останавливаться», – сообщил ему полицейский начальник. «Я полечу дальше», – ответил Уилсон. В воздухе над Ливией у самолета остановился двигатель, и Уилсон чудом сумел посадить машину. Как оказалось, его едва не погубил некачественный керосин. «В топливе была вода, – констатировал механик. – Вам повезло, что не разбились». По прибытии в Египет возникла новая проблема. Еще до вылета из Англии Уилсон подал заявку на пролет над Персией. Персидские власти запрос одобрили, разрешение ждало его в Каире. Только вот документ он получить не смог.

Это ставило под угрозу всю экспедицию. Уилсон подозревал, что за исчезновением разрешения стоят британские чиновники. Он заранее проложил маршрут над территорией Персии, теперь пришлось прокладывать новый маршрут, но карт не было. Уилсон прилетел в Багдад, где смог раздобыть потрепанный школьный атлас со схематичным изображением части Персидского залива. Он узнал, что ближайший аэродром находится в Бахрейне, британском протекторате, примерно в 1100 километрах к югу. Это почти предел дальности полета Gipsy Moth. Но Уилсон запустил мотор и полетел дальше. Проведя в воздухе более восьми с половиной часов, он сел на продуваемой всеми ветрами полосе бахрейнского аэродрома. Последние примерно триста километров Уилсон летел без карты, ориентируясь исключительно по местности.

Но на этом сложности не кончились. Механики на аэродроме отказались заправлять самолет, как выяснилось, по прямому указанию британского консула. Власти поняли, что наконец смогут остановить Уилсона: в отсутствие разрешения на полет