Все о мышцах. Большая история о том, как мышцы формируют нашу жизнь - Майкл Джозеф Гросс

– все то, что сейчас запрещено в школах, потому что кто-то может сломать руку, очень полезны для костей. Когда вы запрещаете детям прыгать с рукохода, вы можете предотвратить перелом Коллеса в 10 лет» (перелом запястья, один из самых распространенных у детей), «но не предотвращаете перелом бедра в 80». Она говорит: «Я считаю очень важным задуматься, а не слишком ли мы оберегаем детей в ущерб их будущему здоровью. Наденьте на них шлем, что ли, и пусть себе прыгают с рукохода».

Когда Мария Фиатароне Сингх говорит о лечении заболеваний, постигших ее бабушку, – переломах бедра, остеопорозе, астении, саркопении, – она говорит как врач и как любящая внучка. Когда она говорит о профилактике этих заболеваний, она рассуждает еще и как мать: «В школе моих детей одно время запретили бегать на площадке. Она была асфальтированной, и они боялись, что кто-то подаст в суд, если ребенок сломает руку. Так что бегать было нельзя». Она добавляет: «Думаю, нам стоит быть осторожнее с излишней предосторожностью в отношении детей. То же самое касается и пожилых людей – и продолжает касаться».

* * *

В 2019 году, когда я посетил Налина Сингха в Центре силовой медицины, у него была ремиссия рака – редкой саркомы мягких тканей нижней части спины. На следующий год рак вернулся с осложнениями, которые в итоге вынудили его прекратить работу; а летом 2021 года, в возрасте пятидесяти девяти лет, он перенес жестокий инсульт. За несколько дней до Рождества того же года, в окружении семьи и рядом с Марией, он скончался.

На поминальной службе члены семьи говорили о жизни и работе Налина Сингха. Некоторые из них вспомнили максиму, которую он часто повторял, – парафраз Аристотеля, приведенный историком Уиллом Дюрантом: «Мы – это то, что мы постоянно делаем. Следовательно, совершенство – не действие, а привычка».

Эти слова могут служить мощной аффирмацией для людей, чья жизнь связана с регулярными физическими упражнениями: Мы – это то, что мы постоянно делаем. Безусловно, эти слова подтверждали ценность работы Налина Сингха, который помогал пациентам сделать прогрессивные силовые тренировки устойчивой привычкой для поддержания отличного здоровья. Однако для него и для многих людей, о которых он заботился, прогрессивные силовые тренировки никогда не были просто повторяющимися действиями. Они также были исследовательским процессом – процессом экспериментирования, меняющимся вместе с индивидуальными обстоятельствами, эволюцией культуры и науки.

Сотрудничая с Марией в продвижении исследований в области силовых тренировок, Налин также следил за работами других ученых. Его клиническая практика менялась со временем, учитывая новые открытия о мышцах, здоровье и функциях организма. Одним из значительных сдвигов, произошедших за годы его работы с пациентами, стало то, что в медицинском сообществе все прочнее утвердился консенсус: в пожилом возрасте тренировки для увеличения силы и мощности мышц могут быть важнее, чем тренировки для увеличения их размера.

Чтобы узнать больше об этом сдвиге, я побеседовал с Луиджи Ферруччи, научным директором Национального института проблем старения в Бетесде, Мэриленд. Ферруччи также руководит Балтиморским продольным исследованием старения – одним из крупнейших и самых продолжительных в изучении исследований здоровья, функций организма и старения в мире, а также является ведущим специалистом продольного исследования InCHIANTI в Италии. Он вспоминает 1990-е, когда медицина начала осознавать проблему саркопении, как время, когда принятая в науке догма практически уравнивала размер и силу.

«Все говорили бы вам, что мы теряем силу, потому что теряем мышечную массу. Миллиарды, триллионы долларов были потрачены на препараты для увеличения мышечной массы», – говорит Ферруччи, имея в виду конкуренцию среди гигантов фармацевтической индустрии, гонку за то, чтобы первыми разработать препараты, которые могли бы сделать пожилых людей более мускулистыми. Эта гонка, продолжавшаяся до начала 2000-х, включала эксперименты с веществами, улучшающими производительность, которые использовали многие элитные спортсмены, в том числе и препараты, ныне запрещенные на Олимпийских играх.

«Эти препараты не сработали» в контексте своей основной цели – восстановления функциональных способностей, говорит Ферруччи. «Отмечалось некоторое увеличение мышечной массы и небольшое увеличение силы, но не было реального эффекта на функциональные возможности, потому что само исходное предположение было ошибочным. Снижение силы происходит помимо снижения мышечной массы. Это значит, что в основном мы теряем качество мышц – их способность генерировать силу». Качество мышц – это соотношение силы мышц к их массе. Высокое качество мышц, следовательно, означает генерацию относительно высокой силы при относительно низкой массе. «Объемная удельная сила на кубический сантиметр, генерируемая скелетными мышцами, резко снижается после семидесяти лет, – добавляет Ферруччи. – Мы не до конца понимаем почему, но последние данные свидетельствуют, что количество сократительных белков – тех, что генерируют силу, – действительно уменьшается с возрастом, в то время как другие белки, не влияющие на силу, такие как коллаген или амилоидные белки, имеют тенденцию накапливаться. Новый метод, избирательно оценивающий сократительные белки, подтверждает эту гипотезу».

С тех пор как Ирвин Розенберг назвал проблему потери мышц термином «саркопения», среди ученых шла длительная борьба за выявление природы этой потери. Некоторые считали, что потеря массы и силы настолько различны, что требуют отдельных названий. Снова обратившись к греческому, одна группа предложила называть потерю силы динапенией (от dunamis – одного из терминов для обозначения человеческой силы, использовавшегося в эпосах Гомера и медицинских трудах Галена). Другие настаивали на кратопении (от kratos – другого гомеровского слова, означающего силу победы в состязании, тип силы, почти всегда дарованной Зевсом). «Однако термин „саркопения“ уже широко признан, и его замена может вызвать лишь дальнейшую путаницу», – постановила влиятельная группа геронтологов, Европейская рабочая группа по саркопении у пожилых людей, и посему название осталось неизменным.

Бывший коллега Ирвина Розенберга по Тафтсу Уолтер Фронтера, чья работа по изучению высокоинтенсивных силовых тренировок для пожилых мужчин предвосхитила первые исследования силовых тренировок Марии Фиатароне Сингх в Hebrew Rehab, считает, что дебаты о природе потери мышц были сродни попыткам преодолеть своего рода слепоту. «Словно мы не умели видеть мышцы», – говорит он мне. Для многих ученых и врачей четкое представление о мышцах было, как ни странно, затруднено самой мышечной тканью.

Размер имеет значение, если речь идет о мышцах. Размер действительно коррелирует с силой – но, как обсуждалось ранее, связь между этими аспектами мышц сложна. В 2010 году эта сложность была признана в первом авторитетном международном медицинском консенсусном заявлении «по определению и диагностике» саркопении. Согласно заявлению Европейской рабочей группы по саркопении у пожилых людей (EWGSOP), «мышечная сила зависит не только от мышечной массы, а связь между силой и массой не является линейной». Группа также упомянула сложный феномен композиционного состава тела, с