Все о мышцах. Большая история о том, как мышцы формируют нашу жизнь - Майкл Джозеф Гросс

тогда как для меня, как гериатра, это самое мощное лекарство, которое у нас есть. Нет ничего мощнее, чем упражнения с отягощениями. Точка. Нет ничего более мощного, – говорит она. – Так почему же мы не оплачиваем это? Почему в каждом доме престарелых нет тренажеров для жима ногами? Почему мы не объясняем людям, как делать упражнения дома? Почему Medicare не возмещает стоимость занятий с физиологом, который научит вас этому? Потому что никто не считает это лекарством. Если бы мы считали это лекарством, мы бы платили за это».

Большое препятствие для общедоступности прогрессивных силовых тренировок как вида лекарства, по ее словам, – это «проблема политики. Это институциональная проблема. Это проблема медицинского образования», даже в большей степени, чем проблема выбора, который делают отдельные люди.

Проблема медицинского образования касается физических упражнений в целом, а не только прогрессивных силовых тренировок. Проблема была оценена примерно в то время, когда Мария Фиатароне поступала в медицинскую школу, посредством опроса, который показал, что только 16% медицинских вузов обучали своих студентов важности физических упражнений. Данные более поздних опросов показывают, что время не решило эту проблему. В 2001 году опрос деканов и руководителей медицинских школ показал, что практически все они – 92% – считали, что выпускники их учреждений должны уметь прописывать пациентам рекомендации по упражнениям, но тот же самый опрос показал, что только 6% медицинских школ требовали от студентов прохождения хотя бы одного курса, который научил бы их правильно назначать физические нагрузки. В 2009 году практически все студенты-медики – 94% – говорили, что им следует знать больше об упражнениях: они сказали, что для них «умеренно важно» или «важно» уметь прописывать физическую активность. Однако в другом опросе среди выпускников медицинских вузов 2013, 2014 и 2015 годов только около 15% будущих врачей заявили, что они должным образом подготовлены, чтобы прописывать физические упражнения.

В 2015 году некоторые из этих данных были собраны Эдвардом Филлипсом из Гарвардской медицинской школы и коллегами в рамках их работы по включению лайфстайл-медицины – консультирования и лечения, направленных на поведенческие факторы, влияющие на здоровье, – в медицинское образование. Филлипс руководит Институтом лайфстайл-медицины в реабилитационной больнице Сполдинг в Бостоне.

Примечательно, что авторы также отметили, что экзамены медицинских комиссий не включали вопросы, непосредственно затрагивающие такие темы, как упражнения и физическая активность. Некоторые ученые утверждают, что изменение вопросов на экзаменах создаст единственные реальные стимулы для медицинских школ обучать студентов науке упражнений. Маркас Бамман, заслуженный профессор клеточной, эволюционной и интегративной биологии университета Алабамы в Бирмингеме и ведущий исследователь силовых тренировок, говорит мне: «Пока вопросы, посвященные упражнениям, не окажутся в списке экзаменационных, я не думаю, что кого-то это вообще будет волновать».

После сдачи экзаменов студенты-медики, которых мало или вообще не учили вопросам упражнений, обычно становятся врачами, которые мало задумываются об упражнениях, что способствует сохранению еще одного аспекта проблемы, озвученной Марией Фиатароне Сингх. Это институциональная проблема: профессиональные ассоциации медиков разрабатывают клинические рекомендации, определяющие стандарты лечения, которые почти всегда рекомендуют только лекарства и операции, но не упражнения.

Даже в редких случаях, когда клинические рекомендации прописывают физические упражнения как часть терапии первой линии (например, при остеоартрите), многие врачи игнорируют предписания о назначении упражнений и выписывают только лекарства. Опрос врачей общей практики во Франции показал, что только 48,7% из них назначали упражнения пациентам с артритом тазобедренного и коленного суставов, тогда как 95,8% выписывали парацетамол (ацетаминофен).

Роберт Саллис, специалист по спортивной медицине и семейный врач, который в прошлом был президентом Американского колледжа спортивной медицины, поднимает ключевой вопрос об упражнениях в контексте стандартов лечения. В редакционной статье он спрашивает: «Почему медицинское сообщество пренебрегает упражнениями как стандартным методом лечения?» Он понимает, что ответы на этот вопрос сложны. Он также считает, что «для большинства врачей гораздо проще выписать таблетку», чем назначить упражнения для профилактики или лечения хронических заболеваний.

С 2007 года Саллис возглавляет глобальную инициативу «Exercise is Medicine» («Упражнения – это лекарство») – совместный проект Американского колледжа спортивной медицины и Американской медицинской ассоциации, цель которого – «сделать оценку физической активности и ее активную пропаганду стандартом в клинической помощи». Одна из задач инициативы – убедить врачей, что «физическую активность следует рассматривать как жизненно важный показатель» наравне с традиционными показателями, такими как артериальное давление и температура тела. Саллис также выступает за расширение страхового покрытия, чтобы оно включало возмещение расходов на тренировки. Если «страховка оплачивает бариатрическую операцию, чтобы помочь похудеть пациенту с ожирением», – пишет он, – логично, что она должна «оплачивать и услуги фитнес-специалиста, чтобы помочь малоподвижному пациенту стать активнее», учитывая массу доказательств того, что недостаток активности опаснее для здоровья, чем ожирение.

Чтобы быть эффективными, назначения упражнений должны быть точными, подчеркивает Мария Фиатароне Сингх, вновь ссылаясь на исследования изменений образа жизни как способа профилактики и лечения диабета. «Что не работает, – говорит она, – так это общие рекомендации. Если вы просто скажете кому-то: „Думаю, вам стоит быть активнее“ – это будет контрольная группа всех клинических испытаний – это не сработает. Нужно дать человеку структурированные программы упражнений для выполнения их под наблюдением, а в некоторых случаях и прописывать диету, и тогда это подействует как лекарство. Так что решение у нас уже есть. Но, к сожалению, мы им не пользуемся. Мы не платим за это так, как платим за метформин, инсулин и так далее», и поэтому врачи общей практики предпочитают выписывать таблетки.

В ее видении системы здравоохранения все ее участники, от врачей до фармацевтов, должны учитывать упражнения как часть любой терапии. «Если они выписывают кортикостероиды, – говорит она, – они должны на обратной стороне рецепта прописать назначение по поднятию тяжестей». Она вспоминает то исследование пациентов, прошедших через трансплантацию сердца, в котором силовые тренировки по назначению нейтрализовали побочный эффект кортикостероидов – быстрое и значительное уменьшение мышечной массы.

Однако даже среди того меньшинства врачей, которые пропагандируют упражнения как лекарство, силовые тренировки обычно остаются «на вторых ролях», говорит Маркас Бамман. Когда я заметил, что в консультативный совет «Exercise is Medicine» не входит ни одного специалиста по силовым тренировкам, я упомянул об этом в беседе с Робертом Саллисом. Он ответил: «Я об этом не задумывался, но это действительно вопиющее упущение».

Этот разговор состоялся в 2016 году. Семь лет спустя, в 2023-м, в консультативном совете «Exercise is Medicine» по-прежнему не было ни одного врача или ученого, специализирующегося на исследованиях силовых тренировок.

Когда врачи не назначают пациентам программ физической активности и упражнений – особенно когда они не прописывают интенсивные прогрессивные силовые тренировки пожилым пациентам с хрупким здоровьем, – такие упущения