Носитель: Цена знания - Иван Несветов

Райан не успел испугаться. У него не было времени на вдох.

Его корпус сместился вправо — плавно, на три сантиметра, ровно столько, чтобы сталь прошла мимо, не задев даже воротника. Левая рука, до этого неподвижно лежавшая на колене, взметнулась вверх по идеальной дуге.

Два пальца — указательный и средний — сомкнулись на лету.

Райан моргнул. Мир снова обрел нормальный ритм. Гул станков ударил по ушам, а стакан в правой руке даже не дрогнул, не расплескав ни капли.

Он сидел, глядя на зажатый между пальцами гвоздь. Его сердце запоздало пустилось вскачь, но Архив мгновенно выдал сухой отчет:

«Угроза нейтрализована. Затраты энергии: 0,3%. Рекомендация: подавить тахикардию. Страх — избыточный шум. Если бы ты испугался, ты бы дернулся влево. Летальный исход — 92%».

— Хватит... — прошептал Райан, и его собственный голос показался ему чужим, записанным на фонограф.

Он разжал пальцы. Гвоздь со звоном упал на пол, но этот звук не принес облегчения. Райан чувствовал себя запертым внутри смертоносного, идеально отлаженного доспеха, который живет своей жизнью. Его собственное тело предало его, выбрав эффективность вместо чувств.

«Я — это ты, лишенный слабостей», — пульсировала в мозгу холодная мысль. — «Отдай страх. Посмотри, как медленно ты осознал угрозу. Ты — балласт для этой системы. Позволь мне сделать тебя совершенным».

Райан вцепился в край стола, пытаясь почувствовать хоть каплю боли от врезавшегося в ладонь дерева. Но боли не было. Были только расчеты веса и плотности.

— Элиза... — позвал он в пустоту чердака. — Пожалуйста...

Он боялся. Боялся, что когда она вернется и захочет его обнять, его тело лишь вежливо кивнет, потому что Архив вычислит, что объятия не несут функциональной пользы. Он превращался в бога, который больше всего на свете хотел снова стать калекой.

Туман над соляными шахтами на севере пригорода стал едким от химических факелов Хранителей. Громадные буровые установки Ордена вгрызались в породу, а «певчие птицы» зависли над черными провалами входов, сканируя каждый сантиметр камня ультразвуком.

Дрейк стоял на краю обрыва, скрестив руки на груди. Его маска отражала сполохи огня. Для него это была не просто охота, а возвращение собственности.

— Мы заблокировали все горизонты ниже тридцати метров, полковник, — доложил Ликвидатор, чей голос из-за респиратора звучал как треск помех. — Если они внутри, они задохнутся через три часа. Мы не выпускаем даже крыс.

Дрейк не ответил. Он смотрел вниз, где у подножия холма, за линией оцепления Ордена, выстроились черные кареты Магистериума. Игнасио Варн стоял там, прислонившись к дверце своей кареты, и демонстративно смотрел на карманные часы.

— Он ждет нашего провала, — процедил Дрейк. — Он перекрыл дороги, надеясь, что мы выгоним Соула прямо в его объятия.

Варн действительно ждал. Но не Соула.

Он медленно прохаживался вдоль шеренги своих констеблей, которые зябко кутались в шинели.

Ледяной ветер с пустошей пробирал до костей даже сквозь плотное сукно шинели. Варн стоял у края оврага, наблюдая, как Ликвидаторы Дрейка, похожие в своих скафандрах на гигантских насекомых, выходят из нижних ярусов шахт. Их движения были резкими, злыми. Солдаты Ордена швыряли снаряжение на камни — они перевернули каждый валун, просветили ультразвуком каждую трещину, но нашли только пустые гильзы со времен прошлых восстаний.

— Господин следователь, — Ленц подошел сзади, ежась от сырости. — Доклад от передовых групп. Северный сектор — чисто. Южный — чисто. Соляные копи — пусто.

Варн медленно снял очки и принялся протирать их платком. Его лицо, обычно непроницаемое, сейчас казалось серым от усталости.

— Они не могли испариться, Ленц, — тихо произнес он. — Тщедушный клерк и девчонка из портовых банд не могут просто раствориться в воздухе под прицелом десяти дирижаблей. Это статистическая аномалия.

— Может, они погибли в обвале? Или утонули в болотах у тракта? — с надеждой спросил помощник.

Варн посмотрел на него сверху вниз.

— Дрейк перекопал бы эти болота руками, если бы верил в это. Нет. Мы проиграли эту ночь.

Он обернулся к тяжелому бронефургону Хранителей. Дрейк стоял на подножке, отдавая приказы о сворачивании лагеря. Даже на расстоянии Варн чувствовал исходящую от полковника ярость. Хранители не привыкли возвращаться с пустыми руками. Орден считал себя хозяином реальности, а реальность сегодня ночью просто над ними посмеялась.

— Собирайте людей, Ленц. Мы возвращаемся в Департамент, — Варн протер очки. — Отзывайте все патрули из пригорода. Мы здесь зря жжем керосин.

— Но куда они делись, господин следователь? Если их нет в шахтах и нет в степи...

— Они там, где мы перестали их искать, — Варн запрыгнул в карету и рывком задернул шторку, отсекая свет прожекторов Ордена. — В городе триста тысяч человек. Десять тысяч улиц. Мы искали беглецов, которые хотят уйти как можно дальше. А искать нужно тех, кто хочет стать частью декораций.

Карета Магистериума тронулась, подпрыгивая на ухабах. Варн сидел в темноте, слушая стук колес. Он не знал, где Райан. Он не видел никаких «улик». У него не было зацепок. Было только тяжелое, липкое чувство, что пока они с Дрейком мерились силой среди руин, Райан Соул сделал что-то такое, чего никто от него не ожидал.

Цитадель Ордена дышала холодом. Здесь, на верхних ярусах, шум города стихал, сменяясь монотонным гулом серверов и шелестом мощной вентиляции. Дрейк стоял в центре Зала Отражений — пустого пространства, где пол из черного обсидиана был отполирован до зеркального блеска.

Над ним, в тени высоких арок, замерли шесть фигур. Гексаграмма Верховных Хранителей. Они не сидели в ряд — они окружали его, образуя правильный шестиугольник, так что Дрейк чувствовал их присутствие каждой клеткой спины.

— Полковник Дрейк, — голос Первого Хранителя, стоявшего прямо перед ним, прозвучал низко, резонируя в пустоте зала. — В вашем рапорте значится «расход ресурса категории А-1». Два взвода Ликвидаторов. Три часа работы дирижаблей. Использование термитных зарядов в секторе 9.

— Мы действовали согласно протоколу перехвата, — голос Дрейка был тверд, но в этой тишине он казался слишком громким, почти вульгарным.

— Протокол подразумевает результат, — вмешался Второй Хранитель слева от него. Его голос был сухим, как треск старой перфоленты. — Вы сожгли годовой запас топлива малого гарнизона, чтобы перепахать соляные шахты. И что вы привезли нам, полковник? Горсть пепла?

Третий Хранитель, стоявший за спиной Дрейка, произнес с ледяным спокойствием:

— Вы выставили Орден на посмешище перед Магистериумом. Игнасио Варн