Не погаснет души огонь!. Рассказы, пьеса, стихотворения - Николай Юрьевич Свистунов

Новострои – двухэтажные коттеджи на берегу речки. Местные жители так и звали коттеджную новостройку – Барвиха. По улице Барвихи был постелен асфальт, что не везде встретишь в посёлке. По асфальту день и ночь сновали новенькие машины и не всегда отечественного производителя. Одним словом, администрация района состояла сплошь из олигархов, и Андрей Тихомиров поначалу оробел. За всю свою жизнь он только дважды был в солидном, из красного кирпича, трёхэтажном здании районной администрации. В первый раз – на свадьбе друга (в здании администрации располагался ЗАГС), во второй – недавно: заходил в собес за справкой на выделение денег на похороны матери.

– Эх, надо мать-то похоронить, – вслух выразил всё своё отчаяние из-за сложившейся ситуации Андрей Тихомиров и решительным шагом пошёл в сторону центра посёлка, туда, где на высоком флагштоке развевался трёхцветный флаг Российской Федерации.

Бог он есть. Это точно. Едва Андрей Тихомиров вошёл в приёмную главы администрации, как из двери кабинета ему навстречу вышел сам глава. Его лицо Андрею было знакомо. Перед выборами главы администрации эта физиономия висела на каждом фонарном столбе и на каждой двери подъездов многоэтажек. Роста он был среднего, стрижен коротко. Белая рубаха с галстуком заправлена в чёрные брюки. Рано появившееся брюшко и опухлость лица придавали главе администрации вид заспанного человека, только что вскочившего с кровати после большого перепоя. Мешки под глазами только усиливали такой вывод. Андрей Тихомиров не успел очухаться, как глава администрации упёрся в него круглыми выпяченными глазами и хрипло произнёс:

– Тебе чего, парень?

Парень пришёл в себя и начал рассказывать о том, что у него умерла мать, что надо хоронить, что нет врача-патологоанатома, а сейчас лето. Что вскрытие обязательно, что его маме нет и сорока пяти.

Глава администрации не мешал говорить Андрею Тихомирову. Это придало ему смелости. Наверное, впервые в жизни, он сказал так много слов. И, что самое удивительное, глава его понял. Он вошёл в его положение и решил вопрос быстро. Для начала он вызвал секретаршу. Она пила чай в соседнем кабинете, и Андрей Тихомиров слышал, как стукнула соседняя дверь. Секретарша забежала в кабинет, краснея от смущения. К её верхней губе прилипла крошка от печенья, но она не замечала этого. Её взгляд был устремлён на главу администрации.

– Валечка, соедини меня с Демидовой. Это мой заместитель по социальным вопросам, – пояснил он Андрею Тихомирову.

– Людмила Александровна! Это глава. У меня в приёмной парень стоит. У него мать умерла. Надо помочь человеку. Что у нас с патологоанатомом? Вскрытие надо сделать и справку выдать молодому человеку. Лето, сама понимаешь. Хоронить надо.

На том конце провода затараторил низкий женский голос. Глава администрации нахмурил лоб и начал коситься на Андрея Тихомирова. «Скорее всего, заместитель по социальным вопросам не собирается губить свой выходной ради покойника», – как-то лениво подумал Андрей Тихомиров, и гримаса разочарования расползлась по его лицу.

Глава администрации посмотрел ещё раз на Андрея Тихомирова, потом на секретаршу Валю и, видимо, рассердился. В одно мгновение благодушное лицо толстеющего человека изменилось. Глаза сузились до тонких щелок, а щёки запылали красными пятнами. Даже седоватый ёрш коротких волос, казалось, приподнялся на голове каким-то бугром.

– Так вот, Людмила Александровна, – сказал суровым голосом, не терпящим возражения, глава администрации, – через пять минут организуйте врача в морг. Если некому ассистировать патологоанатому, то я велю Валечке сходить в морг. Она поможет записать вскрытие. Это дело трёх минут. И дайте наш автобус парню. Пусть привезёт и увезёт мать. Как вы не понимаете?! Мать человек хоронит, а мы – власть, мы должны помогать, практически служить людям! Всё. Я на мероприятии. Если что, звоните по моей личной связи.

Глава администрации положил трубку и сразу успокоился. Андрею Тихомирову на секунду показалось, что он даже восхитился собой. Помог простому человеку в неразрешимой ситуации. И правильно, пусть гордится. Действительно помог. И кому…

Гордо прошагав мимо Андрея Тихомирова, глава администрации с победным видом вышел из приёмной и громко хлопнул дверью. «Вот так надо работать!» – словно воскликнула деревянная дверь.

С этой секунды дело пошло на лад. Секретарша Валечка наконец-то вытерла напомаженный ротик, недовольно зыркнула на Андрея, но свою работу начала выполнять. Они вдвоём спустились с третьего этажа администрации в гараж, нашли шофёра – пожилого мужика в просаленной гимнастёрке, Валечка поставила перед ним задачу, и они поехали. Новенький «пазик», блестя чистыми стёклами, аккуратно выехал из бокса и под весёлую музыку устремился по улице посёлка.

Сначала они заехали к врачу. Валечка сбегала к нему в квартиру и прибежала, сделав знак, что всё нормально. Затем забрали из дома медсестру морга (чтобы Валечка не смотрела на покойника, она плохо спит после этого) и, как только автобус поехал за покойником, она попросила водителя остановиться и, выходя, бросила:

– Увезёшь покойницу, всё сделаешь, а завтра утром получишь тысячу рублей на похороны в соцзащите.

Андрей вскинул брови.

– В отделе социальной защиты районной администрации, – медленно, для тупых, проговорила она.

Андрей Тихомиров кивнул. Это было, как сон. Ещё час назад он стоял на кладбище, полный отчаяния, и вот:… автобус, секретарша, морг. Настроение улетучилось, как только автобус подъехал к дому. Возле калитки стоял пьяный в хлам дядька и громко рыдал, размазывая слезы по щекам.

– Сестра, сестра, один я остался на свете, – рыдал в голос он и ему подвывали все соседские собаки.

Во дворе стояли только две женщины, и больше не было ни одной живой души. Гроб с телом матери в автобус занесли вчетвером: Андрей, водитель автобуса и те две женщины, наверное, знакомые или подружки матери. Хорошо ещё, у «пазика» открывалась задняя дверь, и гроб удалось поставить между сиденьями, а то хоть плачь.

Водитель, глядя на гроб, молча перекрестился, и они тронулись. И тут заныло у Андрея Тихомирова сердце от предчувствия непредвиденных обстоятельств. Так и случилось. Возле морга стояла одна медсестра, врача не было. Это Андрей понял сразу, как только они подъехали к моргу. На двери всё так же висел старый разбитый замок. Медсестра сама запрыгнула в автобус и бойко заговорила:

– Как тебя звать-то, парень?

– Андрей.

– Так вот, Андрей. Сам понимаешь, дело такое – сегодня воскресенье. Чтобы вскрытие произвести, сначала врача надо опохмелить. Они вчера с другом спирта нажрались, так я их на «скорой помощи» домой отвозила. Оба без движения. Давай сразу договоримся: даёшь мне триста рублей,