Шестеро против Шекспира. Печальные комедии современности - Елизавета Д. Комарова

class="p1">Агуня. У меня первый муж такой был… первое время. Не мог видеть процесса. Аппетита лишался. Одни коренья ел, полгода. Потом привык: голод не тетка. (Прикладывая примочку к глазу.) Ну? И куда тебя понесло, малахольный?

Альберт. Кто вы?

Агуня. Здрасьте! Голову отбило, даром что не местный. Я – Агуня, родная теща вождя!

Альберт. A-а, да… Очень приятно.

Агуня. Еще бы тебе не было приятно. (Нежно.) Я бы тебя съела.

Альберт слабо улыбается в ответ.

Лежи, лежи…

Альберт. Зачем вы едите людей?

Агуня. Так исторически сложилось.

Входит Фема, напевает.

Фема. Поймали карачу-ура, поймали карачу-ура… (Вытирает ладонью рот, выбирает зубную щетку, объявляет.) Зубная щетка! После еды! Тю-юбик, немножко па-асты… Потом… з-з-з-з… И полощем водой. (Альберту.) Я правильно делаю?

Альберта мутит.

9.

День. Вождь и Вуду прогуливаются по берегу реки.

Вуду. Ну что – лежит?

Вождь. Оклемывается помаленьку. Привыкает к пейзажу.

Вуду скептически качает головой.

Что говорят духи реки?

Вуду. Они ничего не говорят. Но внимательно следят за развитием ситуации.

Вождь. Я заметил. Думаю, духам реки не стоит волноваться,

Вуду. Все идет штатно.

Вуду. Он очень активен.

Вождь. Это пройдет, вы же знаете. Будем работать… Зато привез много полезных вещей. Лекарства, еда…

Вуду. Кстати, где они?

Вождь. Кто?

Вуду. Коробки.

Вождь. Я распорядился перенести все ко мне. Целее будет.

Вуду. Я думаю, часть коробок будет целее, если перенести их ко мне.

Вождь. Так говорят духи реки?

Вуду. Они.

Вождь. Хорошо, я подумаю.

Вуду. Зачем думать, когда можно просто перенести?

Вождь(улыбаясь). Такие важные для народа решения, Вуду, нельзя принимать с кондачка!

10.

Альберт стонет и открывает глаза. Он лежит в хижине, рядом Агуня.

Агуня. Ну, что? Насовсем вернулся – или опять отъедешь, малахольный? (Приглядевшись.) Насовсем. Очухался твой красавец!

Последние слова адресованы Феме. Та стоит рядышком с какой-то посудиной в руках. Вид немного виноватый.

Фема. Вот. Пей.

Альберт. Что это?

Фема. Пей! Надо.

Агуня. Прибавляющее сил… Не бойся, от этой девочки вреда тебе не будет!

Альберт(выпив и разглядев Фему). Сколько тебе лет?

Спросил – и сам смутился. Смущается и Фема, и за нее неожиданно строго отвечает Агуня.

Агуня. Ее глаза видели четырнадцать разливов реки!

11.

На берегу. Вождь и Вуду.

Вуду. Пришелец совершенно не признает наших основ!

Вождь. Правда?

Вуду. Не признает.

Вождь. Я скажу вам строго между нами, уважаемый Вуду: если бы пришелец признавал наши основы, у него бы не было зеленки и фестала. Он бы трясся в падучей и бил целыми днями в бубен с дурным лицом, если бы признавал наши основы.

Вуду. Дорогой Вождь! Ваши слова изумляют меня. Духи реки могут возмутиться ими не на шутку…

Вождь. Пускай духи реки подумают лучше, как нам не околеть возле наших основ, уважаемый Вуду! Пришелец нам полезен – пускай проповедует, что хочет… пока может. Нам ведь нужны лекарства и керосиновые лампы, еда и вода, нам нужны спиртовые шашки и туалетная бумага, не так ли? Или вам нравится подтираться мхом? Нет? Тогда объясните все это, пожалуйста, духам реки! (Мягко.) И попросите их не мешать мне, ладно?

Часть вторая

Включенное наблюдение

12.

Через пару дней.

Утро. Племя отдыхает. Все в майках с эмблемами ООН.

Некто изводит спичечный коробок: зажигает спичку, дожидается, пока она догорит до пальцев и с воплем роняет на землю. Потом вынимает следующую – зажигает и все повторяется опять.

Первый. И чего вчера этот, шибанутый… опять бла-бла-бла?

Второй. Ага. Только сначала в зад иглой колол.

Первый. Тебя?

Второй. Всех.

Первый. И Вождя?

Второй. Вождя первого.

Первый. Смелый… А потом?

Второй. Потом бла-бла-бла. Сначала про Христа; потом – любить ближнего (хлопает по заднице жену); потом – типа что Земля круглая.

Первый. Опа, приехали. (После паузы.) Не, серьезно!

Второй. Я те отвечаю! (Достает из мешка глобус, снимает с оси и катит по направлению к Первому.)

Второй. Вот. Он сказал: это – Земля.

Первый. А мы где?

Второй. Я там ногтем процарапал.

Первый(рассмотрев). А где карачуры?

Второй(встревоженно). Он не сказал.

Первый рассматривает глобус, потом пытается откусить от него. Не получается.

Первый. Подержи. (Двумя ловкими ударами каменного ножа пробивает глобус, отламывает кусок, осторожно пробует его на зуб и начинает задумчиво жевать.)

Второй. Ну, как?

Первый. Пойдет. (Надевает наушники и включает плеер.)

13.

Альберт перед своей юртой кипятит на конфорке шприцы. Рядом, на корточках, Фема.

Появляется Локоток.

Локоток. Привет.

Альберт. Привет.

Локоток. А ты умеешь печь блины?

Альберт. По воде?

Локоток. Ага.

Альберт. Когда-то умел.

Локоток. А спорим, я больше напеку?

Альберт. Конечно, больше.

Локоток(постояв немного у конфорки со шприцами). А это зачем?

Альберт. О-о… Сейчас расскажу. Понимаешь, у человека есть невидимые страшные враги…

Фема(уже прошедшая этот курс). Микробы!

Альберт(улыбнувшись). Микробы. И я их тут убиваю. Варю живьем.

Фема(нанося удар по невидимому врагу). Х-ха!

Локоток. Ты колдун.

Альберт. Нет.

Локоток. Зачем ты вступился за карачура?

Альберт. Я не хотел, чтобы его убили.

Локоток. Ты за карачуров?

Альберт. Нет.

Локоток. Ты за нас?

Альберт. Да.

Локоток. Если ты за нас, карачуры тебе враги.

Альберт. Почему?

Локоток. Они хотят нашей смерти.

Альберт. А вы?

Локоток. А мы никого не трогаем!

Альберт. Я видел.

Локоток. Они первые начали! Это все знают!

Альберт. Знаешь что… Все это очень непросто.

Локоток. Ничего не непросто! Ты все специально путаешь, шибанутый!

Альберт. Что? Кто?

Локоток. Шибанутый. Тебя же так зовут.

Фема прыскает от смеха.

Альберт. Меня?

Локоток. Ага.

Альберт. Вообще-то меня зовут Альберт. А тебя?

Фема. Это Локоток!

Локоток(гордо). Я – сын Правой Руки.

Альберт. Поздравляю. Так значит, шибанутый… Знаешь, наверное, те, кто так меня называют, хотят сказать, что мне ушибло голову всякими мыслями… И они правы!