Деградация - Гетера де Сад

– Ну ладно, пойдём, я придумала новую игру, хочу на тебе опробовать, – Абигейл нетерпеливо мотнула головой в сторону пыточной комнаты.

С сожалением отложив дилдо, рабыня покорно засеменила следом.

В пыточной комнате садистка быстро её скрутила, связав запястья за спиной и вздёрнув их к потолку, так что рабыня оказалась поставленной раком, не имея возможности распрямиться. Ноги оказались широко разведены врозь, а на глаза рабыне легла плотная кожаная повязка. Оробевшая, она трепетала, не зная, чего ожидать.

– Тебе понравится, – успокоила её Абигейл.

– Да? – неуверенно протянула ослепшая игрушка.

– Ну, мне-то точно будет весело, а значит, и тебе.

– Как скажете, госпожа.

– Какая умница, – усмехнулась женщина. – Смотри, шлюшка: сейчас я буду гладить тебя по тому самому похотливому месту, которое ты так лелеешь. Ты можешь кончить, но должна это сделать беззвучно. За каждый писк ты будешь получать штрафные санкции по той же самой пизде. Справедливо, согласись?

Сати кивнула.

– А чтобы придать больше азарта нашей игре, я добавлю маленькую сложность, – с этими словами Абигейл пропихнула в анус тонкий шланг клизмы, и рабыня сдавленно заскулила. – Да-да, она будет течь очень медленно, не переживай. Если ты сумеешь кончить раньше, чем наполнишься, я позволю избавиться от воды. А если не будешь стараться… ну, мы придумаем тебе наказание. Ладно, давай попробуем!

Подув на уже порядком распалённую пизду, женщина потеребила украшающий клитор пирсинг, и рабыня неуклюже переступила ногами. Вывернутые плечи болели, не позволяя особо сильно дёргаться.

– Ой, ты прям капаешь. Так сильно хочется, да? – с сочувствием протянула Абигейл, наблюдая, как на вульве пленницы сверкает смазка.

Поймав капельку пальцем, она растёрла её по чувствительному бугорку, и Сати, не выдержав, протяжно застонала.

– Попалась! – радостно объявила женщина и, взяв кожаный ремешок, хлестнула по призывно раскрытой пизде.

Рабыня взвизгнула, подпрыгивая от неожиданности, и тут же с глухим поскуливанием вернулась в прежнее положение.

– Вот, так-то! Старайся соблюдать правила, иначе быстро станешь не надроченной, а выпоротой! – довольно объявила садистка.

Впрочем, её искренним советом оказалось не так уже просто воспользоваться: ласки были очень нежными, и Сати то и дело срывалась, изнемогая от вожделения и тут же получая по причинному месту. Очень скоро её половые губки, как и клитор, болезненно набухли и раскраснелись, а возбуждаться стало всё сложнее.

– А живот уже довольно полненький, да? – Абигейл вдруг погладила округлившийся лобок натужно дышащей рабыни, и та задрожала. – А будет ещё больше, там хорошая такая клизма… Льётся, льётся потихоньку… – она пропихнула шланг чуть поглубже в анус, заставив пленницу дёрнуться.

На этот раз, испугавшись, Сати держалась довольно долго. Она отчаянно поджимала лодыжки, и пот крупными каплями стекал по её напряжённой спине, пока холёный женский пальчик дразнил её клитор. Когда же он пошёл гулять по всей вульве, постепенно подбираясь к вагине, стало слышно, как рабыня глубоко дышит, пытаясь сдержаться.

– Ну, разве не весело? – расхохоталась Абигейл. – Может, ты и правда у меня выиграешь.

Она медленно, с нажимом погрузила палец во влагалище. Бёдра секс-игрушки задрожали, пытаясь справиться с соблазном, и стоило садистке потянуть руку назад, как рабыня страстно заскулила.

– Отличная выдержка! – похвалила её женщина, награждая хлёстким ударом. – Вот сразу интереснее с тобой играть.

Сати старалась изо всех сил, но боль и наслаждение перемешивались, заставляя секс-игрушку то ли всхлипывать, то ли страстно охать, когда наэлектрелизованная возбуждением кожа равно отзывалась и на прикосновения пальцев, и на шлепки ремня. Растянутые врозь колени вынуждали держать пизду открытой для воздействий каждую секунду, и рабыня сходила с ума от этого несменяющегося ритма, срываясь на визг. Абигейл хохотала от души.

– Ну что ж, шлюшка, не получилось у тебя выиграть, – заключила она наконец. – Придётся платить штрафные. Но весело же было, да?

Сати шмыгнула, чувствуя, как болезненно раздулся живот и крутит кишки.

– Ладно, я уже всё придумала, пойдём, – не дожидаясь ответа, беспечно продолжила Абигейл, проталкивая в анус рабыне для надёжности пробку.

Прицепив к соскам цепочку, женщина заставила охающую игрушку ковылять за собой на улицу. В парке, на виду перед крыльцом дома, она привязала рабыню за руки к фонарному столбу.

– Госпожа… не надо, пожалуйста, госпожа! – прохныкала Сати, не особо надеясь на пощаду.

– Ах, как я люблю твой трогательный голосок, – пропела Абигейл, прижимаясь к игрушке и пощипывая её грудь.

Опустив ладонь, она залезла рабыне между ног, грубо домогаясь её и проверяя, как то и дело судорожно сжимаются её ягодицы, пытаясь вытолкнуть пробку. Однако предусмотрительно затянутая между ног верёвка не позволяла пленнице избавиться от нежелательного предмета.

– Вот, запомни, пизда, где твоё настоящее место, – усмехнулась садистка. – Быть выпоротой и униженной. Ты поняла?

– Д-да… разумеется, госпожа…

– Жду не дождусь, какой ласковой ты будешь через час, – сладко проворковала Абигейл, одобрительно поглаживая всхлипывающую секс-игрушку.

Снова натянув рабыне на глаза повязку, Абигейл удалилась, мурлыкая что-то под нос. Беспомощно переминаясь на колком газоне, Сати вздрагивала каждой частичкой своего тела и от боли, и от обдувающего её ветерка. Солнце припекало, и без того потное тело покрылось испариной, начиная чесаться. Совсем рядом прожужжала муха и села точь-в-точь между лопаток. Рабыня нервно передёрнула плечами, но ощущение того, что по ней кто-то бегает, не исчезло. Ей казалось, что на неё взбираются муравьи или мелкие мушки, щекочат цепкими лапками кожу, забираются в подмышки и пах. Сати вздрагивала, ёжилась, но раздутые водой внутренности отдавали спазмом при каждом неосторожном движении.

– Ого, да это наша шлюшка! Пасётся на свободе. Ты что здесь делаешь, Сати?

– Госпожа оставила меня здесь… – с несчастным видом промямлила рабыня. Она слепо заозиралась, не понимая, где находятся собеседники. Но, судя по голосам, это были шедшие откуда-то служанки. – Мы… мы играли и это моё наказание. Как проигравшей.

– А ты чего ёрзаешь-то? – насмешливо заметил кто-то.

– Мне... – рабыня собралась с духом, – Где-то щиплет всё время.

– Где-где? Дай-ка посмотрю… а, вон, точно, прямо по пизде твоей жучок ползёт. Чувствуешь? Мне кажется, он тебя даже покусывает.

В паху что-то кольнуло, и Сати, захныкав, попыталась сжать бёдра. Теперь она и правда ощутила, как в выставленных напоказ складочках кто-то копошится, прокладывая путь. Разбухшие от порки половые губы тёрлись друг