Тьма египетская - Лана Ланитова

– Вот черти окаянные, – отдышавшись, произнес он. – И как мы теперь домой вернемся? Где теперь, Володя, вход в твой кабак? Ты часом не перемудрил с этим рестораном?

– Макар я его создал тогда только с одной целью – вкусно поесть. И я никак не предполагал, что там окажутся те женщины, толстый швейцар на входе, умывальники, туалеты, запах от Guerlain и даже мраморная толстушка на входе.

– Ты хочешь сказать, что все это ты не создавал?

– Решительно нет.

– А откуда оно все взялось?

– Оттуда же, откуда и Ванечка Грабов, похожий на Нептуна.

– Подожди, это тот самый Грабов, от которого мы тогда еле убежали? В картине?

– Именно. А в этой истории этот самый Грабов уже оказался любовником моей Людочки. И фамилия у него теперь другая – Корсаков. А так – это тот же самый Ванечка, супруг Леночки…

– Может, ты обознался? – засомневался Макар.

– Я то, мог и обознаться. Да, только он меня сразу признал. Застрелить хотел. А потом другую казнь совершить.

– И я когда был с Юлией, – встрял Травин, – к нам в комнату ворвались какие-то лихие люди. Стали требовать у меня денег, часы.

– А на лестнице кто тебя колотил?

– А это и был один из этих бандитов. Я думал, что они меня прибьют. Я, право, так благодарен тебе, Макар, что ты спас меня.

– Ладно, чего уж там. Вы мне лучше скажите, куда мы теперь пойдем? Что за город – непонятно. Темнота вокруг. Людей нет, чтобы спросить.

– Тьма египетская, – хмыкнул Владимир.

– Твой ЕПипет, Володя, тебе всюду мерещится.

В ответ Махнев только вздохнул.

– Что толку нам тут стоять? – произнес Травин. – Пойдемте на разведку.

Стараясь ступать аккуратнее, все трое вышли по мокрой траве, засыпанной осенними листьями на небольшую тропинку, ведущую к высоким деревьям. Когда они поравнялись с деревьями, то Макар ухватил рукою жухлую ветку, оторвал листок и поднес его к глазам.

– Это клён, – произнес он. – Обычный клен, каких полно у нас в губернии.

– Их и в Москве хватает, – отозвался Травин, подняв голову к небу.

Пока наши друзья рассматривали высокие деревья, моросящий дождь прекратился, а на темном небе, отодвинув тучи в сторону, выкатилась ночная хозяйка – луна.

Вокруг стало намного светлее.

– Ребята, – удивленно произнес Булкин. – Глядите, это ведь не наша луна! Не та, что обычно горит у Виктора. Это луна самая настоящая. Живая. Да, и воздух здесь другой – свежий, холодный. У нашего демона такого не бывает.

– Пожалуй, что да, – кивнул Травин.

Лунный свет посеребрил не только верхушки высоких кленов, но и тротуар, на котором стояли наши герои. Рядом с тротуаром шла мостовая, конец которой терялся в невидимой мгле. Справа от мостовой располагалась вереница одно и двухэтажных домиков. Большая часть окон была темна. Тусклым светом горела лишь пара оконных проёмов.

– Хоть бы фонари зажгли, – проворчал Макар. – Что за город такой? Точно твой ЕПипет.

В ответ Владимир хмыкнул:

– Макарушка, Египет отсюда слишком далеко.

– Вот и слава богу, – отозвался Булкин. – Нам до полного счастья еще мумий здесь не хватало.

От нечего делать все трое медленно брели по мокрому тротуару, силясь разглядеть на домах какие-нибудь вывески.

– А зябко здесь, однако, – Макар хлопнул себя по рукам.

– Точно не Египет! – рассмеялся Владимир. – Там жарко.

– Владимир Иванович, а как вас в Египет-то занесло? – осторожно спросил Травин. Каким лихом вы там оказались?

Махнев и Булкин переглянулись и разом расхохотались.

– А меня туда, Родион Николаевич, унесло наше главное «Лихо». И его имя вы прекрасно знаете.

– Еще бы… – с грустью отвечал Травин. – Мне ли не знать.

– И так, я вам скажу, это «Лихо» помотало меня так, что еле живым вернулся. До сих пор пирамиды, да крокодилы перед глазами маячат, словно живые.

– Ну, и куда мы с вами бредем? – не выдержал Булкин. – Идем, да идем, а так и не поняли, что за город, что за страна – шут его знает.

– Остынь, Макар. Чай, куда-нибудь да выйдем.

Луна вновь спряталась за тучи. С неба закапал холодный дождь.

Сквозь монотонную дробь дождевых капель Владимиру почудился совсем иной звук. Он остановился и прислушался. Макар и Травин тоже переглянулись. Звук стал сильнее. Это был топот копыт. Все трое разом обернулись. Из мутной дождевой дымки прямо на них по мостовой ехал экипаж, запряженный тройкой вороных жеребцов. Наши друзья едва успели отскочить в сторону – лихая тройка промчалась по мостовой и улетела немного вперед. А после кучер придержал лошадей.

Экипаж остановился. Боковая дверка распахнулась, и оттуда выскочил стройный мужчина, одетый в черный плащ. Камзол этого человека был похож на те камзолы, которые носили еще в начале века. На голове мужчины красовалась шляпа с широкими полями. Чеканя шаг высокими узкими ботфортами, он подошел к нашим друзьям. В его руках белел какой-то светлый квадрат:

– Честь имею, господа, – приятным голосом произнес он. – Мне поручено передать вам это письмо.

Он протянул белый конверт.

– А кем, простите, поручено?

– Графиней Нефёдовой.

– Нефёдова? – задумчиво произнес Владимир. – Что-то мы с такой не знакомы.

– Наталья Фёдоровна Нефёдова, – доброжелательно повтори мужчина в плаще. – В нашем городе ее знают все.

– Вот как? Что ж, могу я прямо сейчас распечатать это письмо?

– Конечно, – человек в плаще кивнул и поклонился.

Владимир пытался пристальнее рассмотреть его лицо. Но тщетно. Оно скрывалось под тенью шляпы.

Владимир разорвал конверт и достал письмо:

Достопочтенные господа, Махнев Владимир Иванович, Травин Родион Николаевич и Булкин Макар Тимофеевич!

Сим письмом уведомляю Вас в своём искреннем почтении и приглашаю вас на ежегодный Осенний бал, устраиваемый мною лично, при содействии и помощи лучших представителей уездного дворянства.

Бал состоится сегодня в 24 часа, в моем фамильном особняке, расположенном по улице Николаевской, 24.

Надеюсь, что Вы непременно обрадуете нас своим визитом.

С величайшим почтением, графиня Нефёдова Н. Ф.

Махнев дважды прочитал письмо, а после пожал в недоумении плечами.

– И как это прикажете понимать?

Булкин и Травин тоже смотрели на курьера с недоумением.

– Что, прямо сегодня?

– Да, прямо сейчас, – кивнул головою темный человек в плаще.

– Ну, это, право, как-то странно, – рассеянно произнес Владимир. – Мы ведь и не знакомы.

– Да мы и не одеты подобающим образом, – встрял Травин.

– Послушайте господа, какая нам разница, где сейчас быть? – громко зашептал Булкин, увлекая за плечи своих друзей. – Чай не хуже, чем тут, под дождем, плестись незнамо куда. На балу-то всяко получше будет. А?

– Ох, Макар, иногда лучше под дождем.

– Вы напрасно