Обучение в Тени - Бенедикт Джэка

"В любом случае, это все в прошлом", - вздохнула она. "Сейчас мы считаемся Благородным Домом. Но в последние несколько лет назревали проблемы, из-за которых обычно рушатся дома. Кризис преемственности".

"Преемственности?"

"Вопрос о том, кто станет следующим главой Дома", - пояснила мама. "Чтобы Дом выжил, кто-то должен занять место в Совете и взять под контроль Колодцы, а это значит, что все остальные члены должны отойти в сторону. Если они этого не делают, возникает кризис преемственности, и это самый распространенный способ падения Домов. От мелких, едва стоящих своего названия, до Великих Домов с десятками Колодцев".

Если бы кто-нибудь попытался преподать мне подобный урок истории полгода назад, я бы просто не поверил. Но теперь, когда я познакомился с семьей моей матери и провел те два разговора в кабинете Чарльза, это внезапно показалось мне гораздо более актуальным. "Так вот о чем все время беспокоится Чарльз? Как предотвратить гражданскую войну в доме Эшфордов?"

"Это не единственное его беспокойство, но самое большое", - кивнула моя мама. "Ему шестьдесят девять. Он должен выбрать правильного наследника и убедиться, что все остальные примут его".

"Но он уже выбрал Калхуна".

"Все не так просто".

Я нахмурился. "Почему?"

"Ты знаешь, что значит "первородство"?"

Я покачал головой.

"Это означает, что наследником становится первенец", - объяснила мама. "Это не закон, больше нет, но это обычай. Когда глава Дома выбирает наследника, предполагается, что при прочих равных условиях он выберет своего старшего ребенка, особенно если этот ребенок - сын. Теперь это не обязательно. Можно выбрать второго или третьего ребенка, племянника или племянницу, или даже кого-то, кто вообще не является кровным родственником. Но, как я уже говорила, большинство Домов падают из-за борьбы за наследство, и очень многие из этих битв начинались, потому что старый глава Дома решил пропустить старшего ребенка". Она посмотрела на меня. "Или внука".

Это застало меня врасплох. Если подумать, я был старшим внуком Чарльза. "Но я не воспитывался в его семье".

"Для того, кто смотрит на семейное древо, ты - тот, у кого больше всего прав".

"Да, но твой отец ясно дал понять, что это не имеет значения".

"Неважно, что он говорит тебе наедине", - сказала моя мама. "Просто своим существованием ты ослабляешь притязания любого другого кандидата. Возможно, это не было бы проблемой, если бы он выбрал кого-то другого, но теперь, когда Калхун назван, все стало... сложнее".

Я искоса взглянул на свою мать. Она хмурилась, глядя на грунтовую тропинку, по которой шла, осторожно ступая, в своих бархатных туфлях.

"Послушай, я действительно не заинтересован в том, чтобы стать наследником", - произнес я. Все это заполняло довольно много дыр - многое объясняло, как вели себя Тобиас и Люселла весной, - но все равно казалось очень далеким от моей реальной жизни. Возможно, если бы мне рассказали эту историю полгода назад, я бы увлекся фантазией о том, что стану каким-нибудь богатым аристократом, но сейчас уже урок был усвоен. От того, что я связался с Эшфордами, ничего лучше не стало.

"Это не имеет значения", - сказала мать. "Уже тем, что ты жив, ты бросаешь вызов всем остальным кандидатам. Что еще важнее, ты - точка нападения. Для любого, кто хочет ослабить или подмять под себя Дом Эшфордов, самый простой способ сделать это - действовать через тебя. Мы с твоим отцом..."

Я резко поднял голову.

"Мы договорились, что будем держать твои связи с Домом Эшфордов в тайне. Если бы ты воспитывался вне семьи, без фамилии Эшфорд, ни у кого не было бы причин устанавливать связь. Это... было нелегко сделать. Мы знали, что лишаем тебя многих возможностей. Но это было правильно". Мама посмотрела на меня. "Ты понимаешь?"

"Я... догадываюсь?"- медленно произнес я.

"Если бы история твоей семьи стала известна, люди стали бы искать тебя", - объяснила мама. "Ты бы не понял, что они делают, не сразу. Они бы вели себя так, будто просто хотят стать твоими друзьями. Они предлагали бы тебе вещи, давали советы, сочувствовали. Цена пришла бы позже".

"Так или иначе, это произошло".

"Да", - сказала моя мать, скривив губы. "Не волнуйся, мы с Тобиасом уже давно поговорили".

"И поэтому ты не общалась все это время?"

"Я знаю, что это было нелегко, но, насколько могу судить, это сработало. По крайней мере, пока что никто за пределами семьи, похоже, не связывал тебя с Домом Эшфордов. Возможно, со временем ситуация изменится, но пока ты держишь дистанцию, не должно быть причин для слишком пристального внимания. И твой возраст поможет. Двадцатилетний парень не так привлекателен, как подросток, и с возрастом это станет еще более очевидным. Но пока будь очень осторожен с незнакомцами, которые проявляют к тебе необычный интерес. Хорошо?"

Мне двадцать один, а не двадцать, - не сказал я.

"Честно говоря, все было бы гораздо проще, если бы ты был менее привлекательным", - сказала мама, бросив на меня горестный взгляд. "Если бы ты оказался каким-нибудь болваном без таланта к друкрафту, Люселла никогда бы не обратила на тебя внимания. Но ты действительно пошел в своего отца". Мать неожиданно рассмеялась. "Эдвард не перестает твердить о том, что его сын-вундеркинд стал манифестором в шестнадцать лет. Но у Калхуна были частные преподаватели, которые тренировали его практически с тех пор, как он научился ходить. Может, ты и научился этому только в двадцать, но ты сделал это сам".

"Я сделал свой первый сигл в восемнадцать", - не удержался я.

"О? Это еще более впечатляюще". От этих слов у меня потеплело на душе, но почти сразу же выражение лица моей матери стало серьезным. "Но что ты только что сделал? Не делай этого. Как бы глупо это ни было, каждый Дом в Соединенном Королевстве все еще цепляется за эту идею, что сила в друкрафте как-то выделяет тебя. Как будто это важнее, чем мозги, или деловая хватка, или..." Мать замолчала и покачала головой. "В любом случае. Подобное хвастовство привлекает внимание, и я думаю, Люселла уже показала тебе, почему это может быть плохо".

Ладно, хватит об этом. Я устал ходить вокруг да около. "Где папа?"

"Не знаю", - ответила мама.

Я недоверчиво посмотрел на нее.

"Тебе не нужно так на меня смотреть. Я проверяла с тех пор, как вернулась. Мне не удалось найти никаких следов, и он не отвечает ни на какие сообщения по старым каналам, которыми мы обычно пользовались".

"Когда ты в