Его неслучайная попутчица - Мария Павловна Лунёва

— С того, что меня много лет назад выпроводили из родного дома в пансион. Отправили в один конец. Я даже на каникулы не приезжала. Ни разу. Там нет у меня больше семьи. Бабушка вроде и пыталась писать, но я не читала, никогда. Рвала и сжигала эти бумажки. Так зачем я туда еду сейчас? Зачем?

Он развел руками как-то беспомощно.

— Да хотя бы для того, чтобы явиться к ней и сказать, чтобы поберегла бумагу. Тебе и без того есть чем очаг топить. М? — Он так лукаво приподнял бровь, что моя улыбка из жалкой превратилась в веселую. — Или ты пройдешь вся такая красивая по родному дому и заявишь, что решила проверить, не вымерли ли они? А то за столько лет не шелохнулись в твоём направлении. Вариант! Или…

— Положу на стол отказ от титула и родового имени и закрою навсегда дверь дома, оставив все в прошлом, — закивала я.

— А не пожалеешь? — Он склонил голову на бок.

— Нет, — мой голос звучал уверенно. — Я смогу найти свой путь в этой жизни. Буду жить или в горах, или у моря.

— А я знаю такое место, где горы спускаются к самому берегу. Там кричат чайки, а прилив оставляет на песке красивые раковины. Легкий бриз бросает соленые брызги в лицо…

— Джо, я готова туда идти пешком, — я подалась к нему, удивляясь, насколько близки мне его слова.

— Там, в том месте, мой дом, Виола. Он небольшой, но крепкий. Есть сад, огород. Из окон видно море в любую погоду. И я буду рад отвести тебя туда, но сначала нужно покончить с прошлым. И тебе, и мне.

Его слова смутили и в то же время слегка встряхнули.

— Ты меня знаешь всего какой-то день, Джо. И так легко зовёшь в гости?

— Нет, я зову тебя к себе насовсем, если в конце нашего пути ты этого пожелаешь. И тебе нужно вернуться к семье. Иначе всю жизнь будешь мучиться страхами, постоянно оглядываться на прошлое. А так нельзя. Поверь…

Он склонился ниже, на его губах блуждала мягкая, подкупающая улыбка. Его теплая ладонь легла на мою щеку с такой нежностью, будто касалась чего-то бесценного. Я замерла, не понимая, как реагировать. Такое было со мной впервые. Джо усмехнулся. Его большой палец медленно, почти невесомо провел по скуле. Такая простая ласка, от которой по коже побежали мурашки и перехватило дыхание. Я зажмурилась, погружаясь в это ощущение.

— Ты очень нежная, Виола, и ранимая. Я никому не позволю тебя обидеть. Ничего не бойся. Все мы делаем правильно. Просто помни, что я за твоей спиной, и смело иди вперед.

— Мы вместе только на несколько дней, — шепнула я.

— Мы вместе настолько, насколько решишь ты. Но об этом не сейчас. Вода остывает, а тебе нужно ополоснуться с дороги.

— Нет, — и мои мысли вмиг понеслись в ином направлении. — Это не просто неприлично, а недопустимо. Ты в комнате, и…

— Я отойду к окну и отвернусь. Так что т-ш-ш, — его палец скользнул по моим губам. — Клянусь, не обернусь. Буду стоять, пока не скажешь, что все. Но, Виола, я не уверен, что ты сможешь в ближайшие дни позволить себе искупаться. Разве тебе не хочется смыть с себя дорожную пыль?

Я покосилась на бочку. Откровенно говоря, я ненавидела ощущать себя грязной. Но несколько дней в дилижансе, потом ночь в таверне…

— Смелее, Виола, я не стану смотреть, клянусь. Разве есть повод мне не верить?

Его взгляд… Эти глаза цвета хмурого неба…

— Кто ты, Джо? Скажи, ты ведь знаешь меня, так? Я твоя случайная попутчица, но ведь не незнакомка?

Он хмыкнул и медленно моргнул, подтверждая мои слова.

— Но не скажешь, кто ты, да? — я допытывалась, все еще силясь сообразить, кто же передо мной.

Он снова кивнул и указал в сторону бочки.

— Но почему не скажешь? Джо…

— Потом, Виола. Не сейчас. Вода остывает…

…Я тихо водила ветошью по телу, боясь издать лишний всплеск. Но опасения мои были глупы. Джо оказался верен своему слову. Он отошел к окну и, повернувшись ко мне спиной, стоял там и не шевелился. Я видела в стекле его отражение: напряженное лицо, сомкнутые веки и странная блуждающая улыбка на губах.

Такой странный мужчина. Он был для меня незнакомцем. И в то же время я не могла не понимать — мы знакомы. Но где и когда?

Может, это директриса пансиона отправила его сюда? Но нет, не вязалось. Дилижанс сломался ведь случайно, и если бы не это, мы бы и не встретились.

Мысль о том, что он не тот, за кого себя выдает, я отмела. У него была тысяча возможностей причинить мне вред. Даже сейчас, здесь. Мы одни, и у него развязаны руки.

Но он стоит и даже глаз не открывает.

Отжав ветошь, я аккуратно потянулась и положила ее на лавку. Взглянула на пол и поморщилась. Небольшие лужицы. Все же разлила немного, когда неуклюже забиралась внутрь. Бочка была удобная, я легко в ней поместилась. Вода доходила мне до груди, слегка прикрывая ее. Пользуясь большой деревянной кружкой, я даже смогла ополоснуть волосы. Мыло, что дал Джо, прекрасно пенилось и легко смывалось.

Последний раз окунувшись, я повернулась к лавке и потянулась за полотенцем. Вытерла волосы и попыталась выбраться. Но ничего не выходило. Высокий бортик.

И что делать? Ну, вариант был всего один. Вернее, два, но вести себя, как последняя дурочка, и лезть из бочки с риском или ее перевернуть, или ноги переломать — такое себе дело.

Так что…

— Джо, — позвала тихо. — А как обратно?

— Сбоку найди выдвижную лестницу, — ответил он, не поворачиваясь.

Я покрутилась и нашла снаружи. Попыталась снять ее с крючков, но не выходило.

— Виола? Ты не поставила ее сразу, да?

— Угу, — я готова была расплакаться. — Не выходит ее выдернуть. Что делать?

— Сейчас помогу. Окунись в воду поглубже, — его голос звучал спокойно.

А до меня только окончательно дошло, что я купаюсь в комнате наедине с драконом, которого знаю всего день.

— Кажется, я сошла с ума, — тихо пробормотала. — Что я вообще творю?

— М? — раздалось от окна.

— Мне вообще не нужно было лезть в эту бочку.

— Ты предпочитаешь дни путешествия отсчитывать по слоям пыли на коже? — мило уточнил он, вгоняя меня в еще большее смущение. — Не лучшая идея. Грязь — это зараза. А я ничего не увижу. Ты окунулась?

— Да, — пробубнила, присев. Теперь вода