Его неслучайная попутчица - Мария Павловна Лунёва

Он обернулся, открыл глаза и засмеялся.

— Что? — мой голос дрожал.

— Ты очень милая. И волосы у тебя словно живое пламя, безумно красивые.

— Я рыжая, Джо. Не заговаривай мне зубы. Даже не представляешь, как меня дразнили в детстве.

— Да что́бы они понимали в красоте. Большей красавицы я никогда не видел. Но лестница, — прихрамывая, он подошел к бочке и взглянул на меня с высоты своего немаленького роста.

— Перестань, — пробормотала. — Я не знаю вообще, чем думаю, сидя здесь. От моей репутации после такого остался просто пепел.

— Ну, вообще-то, в глазах смотрящих ты моя жена, — он пожал плечами и дернул эту треклятую лестницу. — Меня больше интересует, как ты вообще ту́да забралась? С лавки, что ли, прыгнула?

— Перешагнула и… — пояснила, краснея.

— Ладно, шею не сломала, и хорошо. Самому нужно было озаботиться этим. Ты раньше-то как купалась в них?

— Никак. В баню ходила. А так — низкая лохань и три ведра воды. Джо, не смущай меня. Это же немыслимо…

— Ну, — его улыбка стала шире. — Ты сейчас мне воробышка напоминаешь, только очень мокрого. Вот так. — Он наконец достал эту трижды проклятую лестницу и раздвинул ее. — Нужно поставить в воду. Дальше поднимаешься, придерживаясь за бортик, и перешагиваешь на лавку. И все предельно осторожно, потому что скользко. Хорошо?

Я закивала.

Он снова хохотнул.

— Джо, я сейчас здесь просто от стыда сгорю.

— Да ладно, я не позволю такому случиться. Но ты просто невероятная красавица.

— Джо, — прорычала я.

Меня больше не смущало его имя. Кажется, я его распробовала, и мне оно безумно понравилось.

Продолжая посмеиваться, он поставил на лавку эту лесенку и отошел. Выдохнув, я выпрямилась и быстренько установила все как нужно. Поднялась и, аккуратно, чтобы ничего не перевернуть, выбралась из бочки.

В этот щекотливый момент стало совсем страшно. Вот повернется он сейчас, а я обнажена. Кошмар. Кое-как прикрывшись коротким полотенцем, быстро нашла взглядом сорочку на кровати и поспешила к ней, желая как можно быстрее одеться.

Шаг, и нога вдруг заскользила. Я наступила в лужу на полу. Мгновение, и белые круги перед глазами.

— Виола!

Еще мгновение, и надо мной склонился дракон. Открыв рот, я не могла сделать ни вдоха. Дыхание сперло.

Затылок горел. Но думала я сейчас не о голове, а о том, как на мне держится полотенце. Хотя какая уж разница, там все равно видно столько, что лучше бы в обморок и надолго.

— Да как же ты, — поморщившись, Джо присел рядом и, обняв за плечи, приподнял. Я смотрела на него во все глаза, пытаясь прийти в себя. Его пальцы скользнули по шее, ощупывая мой затылок.

— Шишка. Виола, моргни хотя бы, я тебя умоляю.

Какой моргни, да когда же пол подо мной разверзнется, и я провалюсь ну хоть куда-нибудь.

— После увиденного ты просто обязан на мне жениться, — прошептала первое, что в голову взбрело.

— Тогда выходи за меня замуж, — он склонил голову набок. — Клянусь вечно любить и носить на руках.

— Да когда же ты успел влюбиться-то? — во мне заговорила уязвленная гордость. Такое позорище. А я ведь продолжала лежать, укрытая одним полотенчиком. — День знакомы.

— Уже считай второй, — он улыбнулся и осторожно поднял меня на руки, вставая с пола. — Да и после такого ни моя жизнь, ни мои сны прежними не останутся.

— Молчи, — взмолилась я. — Это кошмар. Да после такого меня только в храм послушницей, да и то не в каждый примут.

— Ну не драматизируй, — Джо улыбнулся и опустил меня на кровать. — Ты уж слишком строга. Но в храм я не против заявиться. Просто имей в виду, предложение я сделал, твое «да» готов подождать. Я терпеливый. А теперь говори, кроме головы, что болит?

Услышав вопрос, поморщилась.

— Душа от стыда ноет, — честно призналась.

Он хмыкнул, распрямился и таким взглядом прошелся по моему телу, что я вспыхнула как лучина. Он изучал. Задержался на ногах, далее — выше. В ужасе я вцепилась в полотенце, пытаясь разом под него спрятать всю себя.

— Не вижу ни одной причины стыдиться, — ты совершенна. Никогда не видел столь красивую женщину. Волосы — живой огонь, глаза — сочная трава, кожа — белый снег. Можешь не мучиться душевными терзаниями, они ни к чему.

Наверное, мои глаза в этот момент стали еще больше, потому как, поведя бровью, он взял мою сорочку и выставил передо мной.

— Самой не позволю, Виола, слишком уж сильным было падение. Так что руки вверх и надеваем.

— Я не могу, — пробормотала.

— Что так? — он склонился, нависая.

— Полотенце держу.

— Зачем?

— Чтобы ничего не было видно.

— Виола, — он покачал головой, — боюсь, я уже все там рассмотрел и везде. Еще когда ты раздевалась.

Открыв рот, я лишилась дара речи.

— Руки вверх, — скомандовал он, и я, наверное, от шока подчинилась. Мягкая ткань скользнула по моим плечам и опустилась на талию.

— Да пошутил я, — он мило, даже как-то невинно, улыбнулся. — Разглядел не когда ты раздевалась, а когда упала. Полотенце съехало.

Он громко захохотал, наблюдая за мной.

— Ты! — зашипела змеей. — А смолчать не мог?

— Нет. Но предложение я сделал. Выходи за меня замуж, и тогда все снова станет приличным. И душа от стыда ныть перестанет. А я ни о чем не жалею, на тебя я готов любоваться в любом виде.

— Это ужасно, если кто узнает…

Мужские пальцы скользнули по моим губам, вынуждая замолчать.

— Я знаю, Виола, а больше никому не положено. Давай я укрою тебя одеялом, и ты немного отдохнешь. А я пока сполоснусь. И подглядывать я тебе разрешаю.

Он поиграл бровями.

— Ну нет, — фыркнула, вытащив из-под подола полотенце. — Я еще помню, что такое приличия. И вообще, могу уйти к окну.

— Нет, ты будешь лежать. На затылке шишка, милая. И это не пустяки.

Глава 6

Не знаю, как так вышло, но я лежала на боку, укрывшись с головой, и внимательно прислушивалась.

Шорох одежды, шаги. Всплеск воды. Я не двигалась, но любопытство просто сгрызало.

Да, а вдруг он там оступится?

Ну и без того у него нога травмирована. Да и я — нормальная молодая женщина, мне нужно где-то набираться опыта. Да и вообще, ну где я ещё красивого дракона в одних подштанниках увижу?

А так будет что вспомнить.

Пока искала себе оправдания, уже ладонью сделала маленькую щелку между простыней и одеялом. Картина, представшая взору, заставила замереть.

Вода в бочке доходила Джо до пояса. Он стоял лицом к кровати, по