Вечные Пески. Том 4 - Лео Сухов

И лишь когда от башни осталась куча мусора, бурусы двинулись дальше. Своей целью они, что неудивительно, выбрали дворец, стоявший в самом центре Белого Игса. Честно говоря, я разрывался в этот момент. С одной стороны — сожаление от грядущей потери кочевников. С другой — тихое облегчение, что Мгелай и его друзья сейчас сдохнут.

Впрочем, это не помешало мне запросить помощь у шептунов. Надо было дистанционно ударить по великанам. Да я и сам попытался достать бурусов ветром. К сожалению, пока не смог, а вот опытные шептуны с задачей справились, даже на таком расстоянии. И один из великанов всё-таки рассыпался чёрным песком.

А кочевники, между тем, решились сами атаковать. Я видел, как распахнулись ворота дворца, как оттуда вылетели всадники: человек триста, может, четыреста. Они понеслись к бурусам, гикая и размахивая кривыми саблями. Первый великан даже не повернулся — просто шагнул вперёд, и переханы шарахнулись, сбрасывая оземь седоков.

Те, что удержались в седле, наносили удары по ногам великанов. Жаль, бурусам эти настойчивые попытки были, что укусы мелких мух. Против них всегда хорошо работали баллисты, а луки и мечи — так, чутка почесаться. И всё равно бурусы задержались, добивая назойливых людей. А это подарило дворцу Мгелая ещё немного времени.

Начался последний натиск. Небо на востоке уже приготовилось светлеть. Завыл утренний ветер, нагоняя на городские улицы песок, принесённый из пустыни.

Первый луч ударил по стене, и ахалги посыпались градом. Их крылья будто плавились, а тела рассыпались в прах, не долетая до земли. Пауки забились в трещины, пытаясь укрыться, но солнечный свет находил их везде. Песчаные люди оседали, превращаясь в чёрный песок, который ветер сразу же сдувал со стены.

Бурусы шли. Они были уже в сотне шагов от дворца, может, чуть больше. Я видел, как стража на крыше мечется, не зная, что делать. Мгелай, наверно, молился всем богам, которых знал, даже старым. И ведь выжил, гад такой.

Первый бурус остановился. Его нога осела в песок по щиколотку. Он попытался сделать шаг, но заметно пошатнулся. Я видел, как его тело начинает распадаться — медленно, неохотно. Сначала осыпались огромные покатые плечи, затем — длинные руки, достающие до земли, потом — грудь размером с богатый двухэтажный дом. Он ещё стоял, похожий на недостроенную статую, когда второй великан обречённо рухнул на колени.

Бурус упал. Земля вздрогнула. Чёрный песок взметнулся облаком, оседая на стены, на лица защитников, на всё, что было вокруг. Полсотни шагов эти монстры не дошли до дворца.

И, видимо, стоило признать: хоть Мгелай и помойный иух, но невероятно везуч.

Глава 79

Утро пришло с запахом гари и чёрным пеплом, кружившим над Белым Игсом. Я спустился со стены, когда солнце поднялось на целых две ладони. Ноги гудели, плечи ломило, но отдыхать было недосуг. Впереди — долгий день, а за ним ещё более долгий переход.

Дворец Мгелая напоминал растревоженный муравейник. У ворот суетились слуги, таскали тюки, запрягали гнуров. Внутри, в длинном зале с очагом, уже собрались ханы. Лица у них были серые, осунувшиеся. Агалеш сидел в углу, поджав ноги, и смотрел в пол. Мгелай восседал на своём месте, но величия в нём не было. Так, домашняя птица на насесте.

— Воевода! — хан ханов чуть шевельнулся, когда я встал рядом. — Сколько потерь…

— Могло быть хуже, — ответил я. — Я ведь предупреждал. Если бы бурусы успели ударить по дворцу, здесь бы никого не осталось.

Мгелай тяжело вздохнул. А я продолжил давить:

— Помнишь, что я сказал вчера, хан ханов? Уходи из города. Объяви об этом.

Мгелай дёрнулся, будто его ударили.

— Но мы только… — проговорил он сквозь сжатые зубы.

И замолчал.

— Сколько ты потерял за эти дни, хан? — я воспользовался паузой. — А сколько ещё потеряешь? Хочешь лишиться и старой поддержки, и новых племён? Пора уходить из Белого Игса. Он больше не твой. Оставь его демонам. Твои люди ещё не готовы к войне с ними.

Мгелай посмотрел на меня. В его глазах читалась надежда. Он ждал, что я скажу что-то такое, что позволит ему остаться, сохранить лицо, не выглядеть трусом перед своими ханами…

Я молчал.

— Воевода… — начал Мгелай.

— Собери людей, хан ханов! — сказал я спокойно, не желая тратить слова. — Объяви им, что мы уходим. Кочевники сильны в движении. Города не для вас. Ваше преимущество в другом. Скажи им это.

Он понял. Кивнул, тяжело поднялся. Остальные ханы расступились, пропуская его к выходу. Я молчаливой тенью пошёл следом.

На площади перед дворцом уже толпились люди. Израненные, перепачканные сажей, с потухшими глазами. Женщины держали детей, старики опирались на палки. Воины стояли отдельно, хмурые. Слишком много смертей их глаза видели этой ночью.

Мгелай помедлил, выйдя на крыльцо. Остановился, набрал воздуха в грудь. Я встал чуть позади, спокойно скрестив руки на груди. Вдоль ступеней выстроились ханы, старательно делавшие хорошие лица при плохой игре.

— Люди мои! — голос Мгелая прозвучал твёрже, чем я ожидал. — Кочевники! Этой ночью мы бились с демонами, и мы выстояли! Но город — не наше место силы! Стены не спасают нас, камень не защищает нас! Наша сила — в движении, в степи, в быстроногих переханах и лёгких телегах!

Он обвёл притихшую толпу взглядом.

— Мы уходим! Уходим прочь! Прочь, подальше из города! Отдохнём, наберёмся сил! А потом решим, куда двигаться дальше! Настало время уйти в новый путь, чтобы сберечь свои жизни! Своё добро! Наше единство!

Толпа загудела, но не враждебно. Кто-то закричал: «Верно!», кто-то активно закивал. Я перехватил взгляд Мгелая. Он смотрел на меня, уточняя, всё ли правильно.

Я кивнул.

Четыре гонга. Вот сколько времени заняли сборы. Кочевники умели это делать. Я наблюдал, как грузятся телеги, как женщины впрягают гнуров, как воины проверяют луки и копья. Всё чётко, без лишних криков и суеты. Кочевники умели уходить с быстротой, которой я завидовал. Мои люди, привыкшие к осадной жизни, собирались медленнее. Однако со временем и они научатся у кочевников.

Телеги людей Мгелая были на широких колёсах, с ободьями из гибких планок. Они могли тянуть почти любой груз, не проваливаясь в песок. Я насчитал больше трёх сотен таких повозок. Сами же кочевники поголовно ехали на переханах. И даже все мои люди теперь ехали верхом. Видно было, что многим выходцам из Илоса это непривычно. И всё равно лучше, чем идти по пескам на своих двоих.